В иллюминаторе мелькали небо и земля, каждую секунду меняясь местами. И с каждой секундой земля становилась ближе.

Последнее, что я увидел – фасад здания, с невероятной скоростью мчащийся навстречу коптеру, а в следующий миг коптер сотряс удар сокрушительной силы, послышался звон бьющегося стелка, треск рвущегося металла, мне что‑то прилетело в голову и я провалился во тьму.

«Хорошо полетали, ничего не скажешь», мелькнула в голове последняя мысль, и я отрубился.

Я пришел в себя от боли. Тупой, разливающейся по всему телу, будто меня переехал каток, потом развернулся и проехал обратно. Голова раскалывалась, в ушах звенело, во рту привкус крови и гари.

Твою мать. Я когда‑нибудь смогу очнуться от каких‑нибудь более приятных ощущений? Сплошное дежавю уже просто‑напросто…

Так, ладно. Ныть потом буду, если время останется. Сейчас нужно понять где я и что со мной. Что у нас тут?

Я лежал на чем‑то холодном и неровном. Бетон? Камни? Металл? Хрен знает. Глаза открывать не хотелось – веки словно свинцом налились. Ну, хотя бы тело слушается, уже неплохо.

Итак, мы упали. И я каким‑то чудом выжил. Опять. В который раз уже? Сбился со счета, если честно. Впрочем, не могу сказать, что я этим недоволен. Сейчас более насущный вопрос – упали куда?

Я напрягся, попытался подняться. Тело взвыло от возмущения – все мышцы и кости в один голос заорали, что это плохая идея. Кое‑как перевернулся на бок, уперся ладонью в холодный шершавый бетон, оттолкнулся. Сел, хотя голова закружилась так, что перед глазами поплыли цветные пятна.

Желудок скрутило, к горлу подкатила тошнота. Я сглотнул, заставил себя дышать медленно, ровно, ждал пока мир перестанет вращаться вокруг меня.

Огляделся, пытаясь понять что происходит.

Слева горели обломки коптера. Машина лежала метрах в десяти от меня, перевернутая на бок, искореженная, с вырванным крылом и разорванным корпусом. Пламя вырывалось изнутри, лизало остатки обшивки, чадило густым черным дымом. Свет от огня выхватывал из темноты куски окружающего пространства: серые бетонные стены, покрытые трещинами и потеками ржавчины; обломки перекрытий; кучи строительного мусора; торчащие из потолка прутья арматуры…

Твою мать. Опять какие‑то катакомбы. Мы провалились в подземелье.

Я посмотрел вверх, туда где должно быть небо. Метрах в пяти над головой зияла рваная дыра в бетонном перекрытии – коптер пробил его при падении. Сквозь пролом виднелось еще одно перекрытие, тоже разрушенное, и еще одно выше… Сколько уровней мы пробили? Три? Четыре?

– Симба? – позвал я мысленно. – Ты здесь?

Пауза. Тишина. Только треск горящего коптера и далекое эхо капающей где‑то воды.

Уф. Только не это. Только не отказ систем, только не это дерьмо снова, пожалуйста…

– Симба! – повторил я громче, с нажимом.

– Онлайн, шеф, – отозвался ассистент, и я выдохнул с облегчением. Голос Симбы звучал, как обычно – спокойный, бесстрастный, механический, будто и не было никакого крушения. – Извините за задержку. Проводил диагностику повреждений после столкновения.

– Ну и как? – я откашлялся, сплюнул кровь. – Жить будем?

– Экзокостюм: целостность 97 %. Критических повреждений не выявлено.

– Я очень рад за экзокостюм. А сам я как?

– Множественные ушибы мягких тканей, подозрение на сотрясение мозга легкой степени, возможно – растяжение связок левого коленного сустава. Рекомендуется немедленное введение стимулятора и анальгетика для восстановления боеспособности. Активировать медблок костюма?

– Действуй, – кивнул я.

Укол в шею – холодный, резкий. Я почувствовал как под кожей разливается ледяная волна, быстро расходится по венам, растекается по телу. Почти мгновенно боль отступила – не исчезла совсем, нет, но притупилась, стала терпимой, фоновой. Голова прояснилась, туман перед глазами рассеялся как дым. Сотрясение никуда не делось, конечно, но думать стало легче. Действовать тоже.

Хорошо. Отлично. Теперь можно работать.

Я снова огляделся, на этот раз внимательнее, методичнее. Подземелье. Большое помещение, будто какой‑то ангар. Потолок низкий – метра три, не больше, нависает, давит сверху. Стены бетонные, серые, облупленные, покрытые паутиной трещин. Пол завален обломками, строительным мусором, кусками металла, арматурой. В углах – кучи непонятного хлама: проржавевшие трубы, обломки мебели, какие‑то ящики. Воздух спертый, сырой, холодный. Пахло плесенью, затхлостью, гнилью и еще чем‑то – чем‑то органическим, мерзким.

Что это за место? Подвал старого здания? Технический этаж метро? Бункер времен холодной войны?

Впрочем, это сейчас не важно. Сейчас нужно найти оружие и свалить отсюда подальше, пока команда Рокота не очухалась. если там кто‑то выжил, конечно…

И в этот момент откуда‑то сбоку послышался шорох.

Я отреагировал, не думая.

Уход в сторону, активация клинков, разворот, взмах, удар… Клинок скользнул по чему‑то упругому, а в следующий момент я увидел того, кто на меня бросился. Искаженное лицо, кожа, обтягивающая череп так, что он превратился в гротескную маску, голый мускулистый торс с руками, перевитыми жгутами мышц, и несколько пар ног, оканчивающихся шипами.

Твою мать! Сетник!

Уйдя от удара копьем, которое сетник сжимал в руках, я поднырнул под следующий замах и ударил снизу вверх. Клинок пробил голову сетника, войдя под челюстью и выйдя из темени. Тварь дернулась и обмякла. Я деактивировал клинок и отскочил в сторону, давая трупу упасть на землю.

Только этих тварей мне для полного счастья не хватало…

– Симба, – пробормотал я. – Активируй «Скат». Поддерживай сканирование постоянно. Эти твари не ходят поодиночке…

– Выполняю, шеф, – отозвался Симба. Тактический интерфейс тут же расцвел десятками сигнатур. Твою ж дивизию, мы что, в гнездо упали?

Так. Оружие. Мне срочно нужно оружие…

Я внимательно осмотрелся.

Рядом с коптером, у самого борта, лежал труп. еще один нашелся ближе ко мне, у стены. Рядом с ним валялась винтовка.

Так, вот это уже хорошо.

Я двинулся в ту сторону, быстро, пригибаясь и стараясь не шуметь. Вот и тело…

Боец в экзоброне, шлем разбит, лицо окровавленное, глаза стеклянные и пустые. Умер сразу, еще при ударе. Неудивительно, учитывая, что из груди у него торчит железный прут. Не повезло парню. Насадило, как шашлык на вертел, даже броня не помогла…

Я подобрал оружие, лежащее рядом с телом. «Питбуль». Такой же, как я выбрал в хранилище, только со следами использования. Стандартное вооружение спецназа «ГенТек», как понимаю. Спаренный магазин, голографический прицел, подствольный модуль…

Нормально.

– Шеф, опасность! – рявкнул Симба прямо в мозг. – Критическое сближение!

В интерфейсе мигнул вектор атаки.

Тень метнулась из‑за обломка стремительно и почти бесшумно. Пожалуй, если бы не Симба, я бы и отреагировать не успел. А так…

Я упал на колено, развернул корпус и вскинул винтовку.

Очередь.

Первая пуля попала в плечо, развернула сетника в воздухе, отбросила в сторону. Вторая – в шею, брызнула фонтаном черной вонючей крови. Третья – в голову, череп взорвался как переспелая тыква, осколки костей и серая мозговая ткань веером разлетелись по стенам.

Тварь рухнула у моих ног, дернулась пару раз в агонии и затихла навсегда.

Я поднялся на ноги, отступил на шаг.

– Долбанная мерзость… – пробормотал я.

Огляделся снова, прислушиваясь.

Где‑то слева, метрах в двадцати, послышались звуки борьбы. Крики – мужские, злые. Автоматная очередь, короткая, контролируемая. еще одна. Глухой удар, будто кто‑то тяжелый врезался в стену всем телом. Мат сквозь зубы.

Значит, кто‑то еще жив. Кто‑то сражается, пытается выжить. Рокот? Или кто‑то из его бойцов? Впрочем, неважно. Мне не до чужих проблем. Со своими бы разобраться…

В интерфейсе вспыхнули новые сигнатуры, «Скат» очертил контуры невидимых врагов красным ореолом, подсвечивая их в слое дополненной реальности, и я выругался. еще четверо, с разных сторон, окружают…