– Я всё видела, – раздался строгий голос Ирины.

А, нет, поспешил. Побыть наедине с собой мне никто не даст. Глупо было рассчитывать на это, после всего, что произошло. Но Тёма всё‑таки гад ещё тот. Если бы он не подох из‑за своей глупости, жадности или что там подвигло его на откровенно тупой поступок, я бы его сам прибил, ещё раньше Ворона.

– Рад за тебя, – устало ответил я. – И что дальше? Ещё одно заседание дисциплинарной комиссии? – с моей стороны последовал кивок в сторону плачущей женщины.

– Да… нет… не знаю, – Ира внезапно растеряла весь боевой запал. – Зачем он так поступил?

В голосе девушки проскочили истеричные нотки.

– Потому что чудак, через букву «эм»… был им, по крайней мере. А может, просто жить хотел, как и каждый из нас. Или вообще думал, что вытащит её сам, после того, как вытащат его…

– Думаешь? – с какой‑то надеждой спросила меня моя надзирательница.

– Если ты про последний вариант, то нет. И окажись на её месте, – я снова кивнул на рыдающую «красотку», – ты, я или кто‑то другой, он поступил бы точно так же. Своя рубашка ближе к телу, подруга. И если ты думаешь иначе, то просто не попадала в схожую ситуацию.

– А ты как будто попадал! – с какой‑то злостью и обидой воскликнула она.

– Может и нет, но меня вообще в жертву хотели принести, или ты уже об этом забыла? Это же по любому есть в моём досье.

– Нет, – покачала она головой, – но…

– Это другое, – закончил я за неё. – Да, я в курсе. Пойдём, там Ворон что‑то собирается вещать. Надо послушать, что наш лидер скажет. Вдруг у него есть суперкрутой план, как вытащить наши зад… головы из той жоп… дыры, в которой мы оказались.

Ворон выглядел так, словно постарел лет на пять‑десять. Видимо, события последнего часа сказались на нём сильнее, чем я предполагал. Он стоял у каменной стены, прислонившись к ней спиной, и смотрел на оставшихся в живых членов отряда. Он выглядел хмурым, уставшим, но, что мне понравилось, не сломленным и готовым сражаться дальше.

– Что по потерям? – глухо произнёс он, когда все немного пришли в себя. – Говорите.

– Девять человек, – ответил один из бойцов, один из тех, кто до конца сдерживал тварей, не позволяя им прорваться из зала к нам в коридор. – Часть сгорели от ловушек, часть разорвали монстры. А одного… – он слегка замешкался, посмотрел в сторону притихшей женщины, которая так и сидела, покачиваясь на полу, потом бросил быстрый взгляд в мою сторону и выпалил. – Одного прикончил наш Археолог, но тот сам виноват.

– И после этого ты говоришь, что твоя метка ничего не значит, – Ворон сжал руки в кулаки и шагнул в мою сторону.

– Полегче, пернатый, – я даже не подумал сдать назад. Да, понимаю, что парень переживает и нервничает, но это не повод давать ему срываться на мне. Я себя тоже не на помойке нашёл. – Там был выбор, либо вот эта мадам, – я ткнул пальцем в спасённую женщину, – либо стрёмный тип, который без каких‑либо сомнений решил спастись за счёт другого. Даже другой. Доверил бы такому спину?

– А ты, значит, решил, что имеешь право решать, кому жить, а кому нет?

– А если и так? Или тут только ты имеешь такое право?

– Меня назначила Гильдия! За заслуги! Я это право зубами выгрызал. Кровь проливал!

– Да вообще плевать, веришь нет? Или ты реально хочешь обсудить свою компетентность? – я показательно огляделся, махнув рукой в сторону раненых.

– Речь не о моей компетенции, а о том, что ты сделал! – Ворон катал желваки, не спуская с меня мрачного взгляда.

– И что же я сделал? Спас большую часть отряда? Подсказал относительно безопасный путь? Сказал бы мне в самом начале, что ты не заинтересован в сохранении отряда, я бы тогда вообще не напрягался.

– Не перегибай, братишка, – с угрозой в голосе произнёс Ворон.

– Я тебе не братишка, пернатый.

– Хватит! – прервала наш спор Ирина. – Пожалуйста! Сейчас не лучшее время и место, чтобы спорить. Вы все видели сообщение. Нам надо держаться вместе и прикрывать друг друга, если мы хотим выбраться отсюда живыми.

– Кстати, а что член дисциплинарной комиссии думает по поводу намеренного убийства Игрока? – с сарказмом спросил её Ворон. – Очередного, надо полагать?

Я на это лишь демонстративно закатил глаза.

– Этот вопрос, как и остальные поступки, проступки и решения, будем обсуждать уже после того, как мы выберемся. Здесь и сейчас он не имеет особого значения.

– Намеренное убийство Игрока не имеет значения? – показательно удивился Ворон.

– Я… видела произошедшее своими глазами. И я не одобряю то, что сделал Николай, но… допускаю, что он действовал в рамках… допустимого, – было видно, что Ирина пытается подобрать слова. И ведь вроде как защищала меня, но при этом даже не смотрела в мою сторону.

– Всё как обычно, – Ворон презрительно сплюнул на пол. – Двойные стандарты во всей красе.

– Я твоего парня что ли случайно прикончил? – не выдержал я. – Ты чего так завёлся? С хрена ли на мне срываешься?

– Что ты сказал? – руки Ворона окутались тёмным дымом.

– Так у тебя, проблемы не только с умением признавать свои ошибки и благодарить за помощь, но ещё и со слухом?

– Полегче, Коля, не надо нагнетать! – один из бойцов, весь в крови разломных тварей, кусочки тел которых даже застряли в его бороде, встал между нами. – Ворон, ты тоже… не газуй не в ту сторону. Девчонка права, нам сейчас надо думать о том, как выбраться отсюда. Если у вас есть силы на подраться, то идите лучше монстров покрошите. Не всё же нам с пацанами за вас отдуваться, – под конец он усмехнулся, показав, что последние его слова – это просто шутка.

Я качнул головой, показывая, что согласен с его словами. Ворон же посверлил меня глазами ещё пару секунд, после чего хлопнул бородатого по плечу и устало произнёс:

– Твоя правда, Валера. Не время выяснять отношения. А ты, – он ткнул пальцем в мою сторону, – держи язык за зубами и фильтруй, что говоришь.

– Без непрошенных советов обойдусь, – нагло усмехнулся я.

– Да ну хорош уже! – нахмурился Валера. – Вы угораете что ли? Давайте лучше решать, что будем делать дальше? Я так понимаю, что вернуться обратно той же дорогой у нас не получится…

После его слов все повернулись в сторону перекрытого прохода.

– Чисто теоретически, потолок может подняться обратно. Но когда это произойдёт и сколько придётся ждать, я не скажу, – произнёс я. – Да и смысла в этом нет никакого. Пока мы не закроем этот Разлом, нам всё равно отсюда не выбраться.

Стоило мне заговорить, как все взгляды устремились на меня. В глазах оставшихся членов отряда плескались разные эмоции. В основном, конечно, страх, паника, неуверенность. Но были и другие. Тот же Ворон смотрел на меня, словно оценивая и взвешивая. Лицо его при этом оставалось непроницаемым.

Во взгляде Ирины я видел надежду и… опасение. Видимо, своим поступком я слегка сломал свой образ в её голове. Неприятно, конечно, но сейчас мне было не до того, чтобы пытаться ей угодить. Валера был прав, нам бы выжить сперва.

Единственные, кто не потерял присутствия духа, было человек десять‑двенадцать. Те, кто первый ворвался сюда и потом зачистил коридор от монстров, и те, кто прикрывал отход остальных.

– Это я к тому, что неизвестно, сколько у нас времени. Надеюсь, что много. Может, перед тем, как мы отправимся дальше, есть смысл провести ревизию того, что у нас есть?

Ворон кивнул, беря себя в руки. Его взгляд снова стал уверенным и цепким.

– Надо сперва осмотреться. Валера, возьми ещё двоих и пройдите вперёд метров на сто. Надо понять, где мы, и что нас ждёт впереди. Есть ли ответвления… ну, ты знаешь.

– Я бы на всякий случай ещё отправил с ними Олега, – влез я, за что удостоился сразу двух недовольных взглядов. Один от Ворона, второй от Олега.

И последнего я отчасти понимал. До меня он тут считался главным специалистом по головоломкам и ловушкам, а потом пришёл весь такой из себя прекрасный я и отодвинул его на второй план. Обидно, наверное.