Пиромант тянул из трубочки ‑то ярко‑синий коктейль, с какими‑то шариками на дне.

– Привет, как дела? – поздоровался я.

– Привет, чиназес! – ответил Антон.

– Чина… что?

– Чиназес! Отлично, говорю.

– Так так и говори, – скривился я. – Что пьёшь?

– Бабл‑ти, хочешь?

– Ноу, сенкс, – я отрицательно помотал головой. – Можно мне кофе, пожалуйста. Чёрный, без молока.

– А ты знаешь, что такой кофе пьют психопаты и жестокие личности? – выдал мне Антон, потягивая свой бабл‑ти.

– А ты знаешь, что если нести всякую чушь, то в один момент можно лишиться парочки зубов? – задал я ему встречный вопрос.

– Да чего ты сразу агришься? Я же просто сказал…

– Сорян, опоздал, – произнёс Валера, плюхаясь на стул рядом. – Готовы? Пацан, ты готов?

– Готов, – мрачно ответил Антон, присосавшись к своему напитку и отвернувшись от нас.

– Чего это с ним? – не понял Валера.

– Мальчик тильт поймал, – усмехнулся я. – О, а вон и Саня с Леной. Привет, ребят!

– Привет.

– Здарова.

– Ну что, все готовы? – спросил я, оглядывая нашу компанию. – Тогда… поехали, что ли? Лена, ты опять за рулём?

– Ну, если никто из вас не успел за сегодня обзавестись правами или купить и оформить машину, то да.

В машине Валера, который в этот раз сел спереди, повернулся к Сане и задал вопрос, ответ на который мне тоже хотелось бы узнать.

– Слушай, Санёк, а ты откуда ствол взял? И как ты тех типов с него не положил? Ты же попал, я видел.

– Так, это, травмат это был же, – замялся Саня.

– Травмат? – удивился Валера. – А по звуку, так совсем не травмат. А, понял! Долго Магомед во кузнице корпел, переделывал травмат он в огнестре‑е‑ел, – пропел здоровяк, после чего засмеялся.

Запарковались мы во дворе, после чего максимально незаметно проникли в дом. Ночью тут было намного жутче, чем днём. Я ещё раз проверил все символы, пока ребята располагались в комнате, где Доцент проводил ритуал.

Когда я вернулся к ним, то уже по привычке использовал заклинание, и оно внезапно сформировало образ Доцента, а у меня возникло чувство направления движения.

Тут же ожила рация, которая была настроена на волну ЧОПовцев:

– Говорит триста четвёртый, вижу движение. Один человек. Мужчина. Откуда он появился, я не видел, и… он исчез! Повторяю, он исчез! Что за чертовщина!

Вместе с последним криком ЧОПовца, изменилось и направление, куда указывало заклинание.

Не сможет повторить свой «фокус», да? Я чуть не сплюнул, вспомнив, с какой уверенностью. Арт мне задвигал про возможности Доцента. Точнее, про его «НЕвозможности».

– Это триста второй, вижу движение. Один человек. Мужчина, – почти слово в слово прозвучал второй доклад. – Исчез. Что происходит? Это Игрок?

– Он, что, перемещается от одного места ритуала к другому? – с изумлением спросила Лена.

– Похоже на то, – кивнул Саня.

– А это значит, что вскоре он появится и здесь, – добавил я, с кровожадной улыбкой.

– Как он это делает, и зачем? – с растерянностью в голосе спросил Антон.

– Он перемещается, – повторил я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. – Собирает энергию с каждого места. Пытается восстановиться.

– Тогда нам нужно быть готовыми, – Валера поднял дубину, и в его глазах загорелся боевой азарт. – Когда он появится здесь, мы его встретим.

– Он может появиться в любой точке, – я быстро оглядел комнату, проверяя, все ли символы активированы. – Но я подготовил ловушку. Как только он войдёт в зону, я её активирую. Главное – чтобы он не ушёл.

– А если он появится не здесь, а где‑то в другом месте? – спросила Лена.

– Тогда мы будем ждать, – твёрдо ответил я. – Он обязательно придёт сюда. Это место – самое сильное из всех. Здесь он провёл самый кровавый ритуал. Здесь он оставил больше всего энергии.

Рация снова ожила:

– Триста пятый! Вижу движение! Он появился здесь! Попытаемся его задержать. – Отставить! Вернуться на позиции!

– Да за него же награда просто космическая! Мы входим!

– Куда, мать вашу? Триста пятый, не лезьте к нему!

– Он нас заметил! Какого…? Пом… – голос прервался, и в динамике раздался треск.

Связь оборвалась.

– Триста пятый, приём! Ответить, триста пятый! Твою мать! Ведём только наблюдение! Повторяю, никто не вступает с целью в контакт, только наблюдение!

Я почувствовал, как в комнате сгустилось напряжение. Первые потери. Пускай и не по нашей вине, но всё равно появился какой‑то осадок. А ведь я так надеялся, что в этот раз всё пройдёт гладко.

Доклады ЧОПовцев сыпались один за другим, одновременно с ними, я делал отметки на карте, вычёркивая уже посещённые им места. По всему выходило, что вскоре он должен оказаться тут.

Я использовал поисковое заклинание в очередной раз. Ответ пришёл мгновенно. Сразу накатила дурнота и чувство тревоги.

– Он появится здесь с минуту на минуту, – сказал я, чувствуя, как от напряжения немеют кончики пальцев. Заклинание Ар‑Тал‑Мора пульсировало прямо посреди комнаты, указывая на приближение чего‑то тёмного и злого. – Все по местам! Антон, пей зелья, ставь защиту и вставай в центр. Как только он появится – сразу же привлеки его внимание. Мы будем рядом.

Пиромант кивнул, но я видел, как дрожат его руки. Он сжимал и разжимал кулаки, пытаясь успокоиться. Рядом с ним встала Лена, положила руку ему на плечо, накладывая какой‑то баф.

– Дыши, – тихо сказала она. – Всё будет хорошо. Мы тебя не бросим.

– Я понимаю, – прошептал он, дрожащим голосом.

Валера занял позицию в углу, сжимая в руках дубину‑трофей. Саня присел у стены, держа в руках свой переделанный «травмат». Причём, сел он так, чтобы не попасть по своим. Лена была готова в любой момент применить свои исцеляющие навыки.

Я встал у входа в комнату, активировав Каменную броню  и приготовив Меч Света .

Через несколько секунд стало трудно дышать, словно воздух стал гуще. Во рту появился металлический привкус крови. В самом центре, где так и стоял алтарь, который правоохранительные органы не захотели или не смогли отсюда забрать, начало формироваться багровое марево. Оно пульсировало, расширялось, и из него, словно из раны в реальности, шагнула знакомая фигура.

Я даже не сразу понял, что это был Доцент.

Он выглядел как тень самого себя. Его лицо было бледным, как у мертвеца, под глазами залегли огромный чёрные круги и мешки. Глаза горели красным, безумным огнём. Ещё ярче, чем в прошлый раз. Намного ярче. На лбу пульсировал символ, словно живой, в такт его сердцебиения. От Доцента исходила волна силы, от которой стало тяжелее дышать.

– Я знал, что ты придёшь! – тут же закричал Антон, подбадривая себя. – В этот раз я расправлюсь с тобой!

Доцент даже не взглянул в его сторону.

Он резко повернулся всем телом и посмотрел на меня. Весь его вид выдавал безумие – выражение лица, блеск глаз, движения рук и тела.

– Ты… – его голос был хриплым, словно он так долго кричал, что сорвал голос. – Почему ты всё время в моей голове? Твой голос… он не даёт мне покоя! Постоянно шепчет! Требует… что‑то требует! Обвиняет меня! Хочет, чтобы я остановился! Но я не могу! Я не могу остановиться! – он шагнул вперёд, и от него повеяло безумием и смертью. – Я убью тебя, убью!

С каждым повторением последней фразы, вены на его лице вздувались всё сильнее.

– А ты не думал, что этим делаешь только хуже себе. Забыл про клятву?

– При чём здесь она? Я смог её обойти! Эти знания, которые я узнал, они ставят меня выше тебя! Выше всех!

– И даже Системы?

Я стоял на месте, глядя в его безумные глаза. Ребята уже заняли позиции и были готовы атаковать. Валера замахнулся дубиной, Лена достала какой‑то амулет, Антон с трясущимися руками, формировал огненный шар, который постоянно срывался, и ему приходилось начинать заново, а Саня целился в Доцента.