– Это только начало, – сказал я. – Чтобы закрепить эффект, тебе нужно будет ещё поднять Мудрость. И тогда ты сможешь стать нормальным, – я окинул его скептическим взглядом. – Нормальным в разрезе своего поколения, скажем так. Но для этого нужно завтра выжить и получить уровень.

– Я выживу, – твёрдо сказал Антон. – Спасибо Вам. Я… я не знаю, как отблагодарить.

– Отблагодаришь потом, – отмахнулся я. – Если всё получится. Главное, не сжигай больше никого.

– Да я же не специально! Оно само! Я же уже говорил!

– Говорил‑говорил, – согласился я.

– И всё же, почему Вы мне помогаете?

– Почему? – сделал вид, что задумался я. – Да потому, что могу. Потому, что считаю, что у нас каждый Игрок на счету, а у тебя есть потенциал стать довольно сильным Игроком. Если тебе помочь. Как «Цветы для Элджернона».

– Не смотрел, интересный фильм?

– Хм, это не фильм, а книга… Хотя может и фильм есть, но я не смотрел.

– Ааа, тогда точно не знаю, – помотал головой Антон. – Книги же скучные. А про что там?

– Про то, как над одним парнем провели эксперимент и сделали его умнее.

– Прикольно, – без особого энтузиазма произнёс парнишка.

– Да, прикольно. Правда, там всё плохо кончилось… но не в этом суть. У нас точно всё поулчится.

Рейд в «Пепелище» начался как обычно. Сбор в холле «Кристалла», проверка снаряжения, короткий брифинг от руководителя – сурового мужика с позывным Борода.

Я мельком глянул на состав группы, уделив особое внимание интересующей меня троице.

Лом предсказуемо оказался огромным детиной с кувалдой наперевес. Шнырь был незаметным, суетливым типом в сером системном плаще. Он постоянно озирался по сторонам, словно искал, что бы украсть. Доцент на их фоне выглядел несколько чужеродно. Интеллигентного вида мужчина в очках смотрел на окружающих с вежливой улыбкой. Про такого в последнюю очередь подумаешь, что он способен взять заказ на хладнокровное убийство.

Увидев Антона, Доцент чуть заметно кивнул своим подельникам. На их лицах тут же появились довольные и слегка кровожадные улыбки.

– Держись рядом, – шепнул я Антону.

«Пепелище» оказалось миром, пережившим глобальную катастрофу. Бескрайние равнины, покрытые слоем пепла, торчащие из‑под него останки зданий, чёрное небо без единой звезды. В воздухе висела мелкая серая пыль, от которой першило в горле.

Монстры здесь водились соответствующие. В основном нам пока попадались пепельные гончие, которые больше всего были похожи на обгоревших до костей собак. Борода оказался не из рискованных, поэтому отряд продвигался медленно, тщательно вычищая территорию от тварей.

Первые два часа прошли спокойно. Лом и Шнырь держались на расстоянии, Доцент общался то с одним Игроком, то с другим, видимо, формируя у них позитивное к себе отношение. На нас они внимание почти не обращали, но я осознавал, что они выжидали удобного момента.

И этот самый момент настал, когда мы углубились в руины какого‑то города. Отряд растянулся, зачищая одно здание за другим. Антон, помня мои наставления, держался рядом. Лом и Шнырь незаметно оказались по разные стороны от нас, отрезая от остальной группы.

– Эй, Антон, кажется? – окрикнул пироманта Доцент, подходя с невинным видом. – Надо помочь разобрать завал. Там, вроде как, есть проход. Если окажется тайник – получишь свою долю за помощь.

– Не интересует, – ответил я вместо Антона.

– Не с тобой разговор ведут, умник. Так что не лезь не в своё дело. И вообще, топал бы ты дальше, а то отстанешь ещё от основной группы, а тут гончие бегают. Мало ли что может случиться… – подключился к беседе Лом.

– Ты сам куда лезешь? Твоё «ценное» мнение вообще никого не волнует. Или ты тут вместо пробки? Стремишься залезть в каждую дырку?

– Чё⁈ – опешил Лом.

Доцент же на мгновение замер, злобно сощурившись, но тут же взял себя в руки и жестом заставил Лома заткнуться.

– Парень, тебе же нормальный совет дали. О твоей же безопасности беспокоятся, – дружелюбно протянул он, – А ты так себя грубо ведёшь. Нехорошо.

Всё то время, пока говорил, он улыбался вежливой улыбкой, глядя мне прямо в глаза. Но под конец скривился, словно съёл что‑то неприятное. И причиной резкой смены настроения, как я понимаю, было высочившее перед моими глазами сообщение, об успешной попытке ментального сопротивления. Хотел залезть мне в голову, но не получилось? А он опаснее, чем я предполагал.

– Что именно «нехорошо»? Мешать вам выполнить заказ на него? – я мотнул головой в сторону Антона, решив переть в лоб. – Или может быть нехорошо отстаивать свои принципы? А может кофе по утрам пить? Ты конкретизируй.

Я специально говорил громко, чтобы нас могли услышать остальные. Естественно, разгорающийся конфликт не мог остаться без внимания, и кто‑то позвал лидера. Борода подошёл к нам и хмуро спросил, обращаясь ко всем сразу:

– Что за хрень здесь происходит?

– Да тут какой‑то псих другого психа защищает, – оскалился Лом, сжимая кувалду. – Давай я ему сейчас объясню, как надо себя вести с приличными людьми.

– За это можешь не переживать, – показательно спокойно произнёс я. – Я в курсе как. Проблема в том, что ты к таким не относишься. Так что окстись, болезненный.

– Я тебе сейчас кувалду в жопу засуну!

– Себе засунь, гомосек конченный!

– Стоять! – рявкнул Борода. – Никто никого не трогает. Доцент, что произошло?

Доцент пожал плечами, сохраняя невозмутимость.

– Я просто попросил их помочь, – спокойно ответил Доцент, поправляя очки. – А этот, – он кивнул на меня, – начал агрессивно себя вести. Наверное, это из‑за частого пребывания в Разломе. У некоторых, как ты знаешь, Борода, едет крыша.

– У некоторых она изначально с дефектом, – парировал я, не сводя с него внимательного взгляда. – Особенно у тех, кто без малейшего сомнения, за малую мзду готов убивать таких же Игроков.

Борода переводил взгляд с одной стороны на другую, явно не понимая, о чём идёт речь, кто прав, а кто виноват. И, судя по выражению лица, он не особо‑то и желал разбираться. Ему нужно было, чтобы отряд двигался дальше, выполняя задачу, а не выяснял отношения.

– Кончай базар, – рявкнул он. – Работаем. Лом, Шнырь, держитесь ближе ко мне. Вы, двое, – он ткнул пальцем в меня и Антона, – не отставайте и не создавайте проблем. Особенно ты, пиромант. Доцент, давай без глупостей. И проследи, чтобы твои вели себя прилично. Всем всё ясно?

– Так точно, командир, – с лёгкой усмешкой ответил Доцент, но в его глазах промелькнуло раздражение.

– Держи себя в руках, – шепнул я Антону, видя, что он начинает закипать. – Просто будь осторожнее. Я же предупреждал, что тебя попытаются спровоцировать.

Отряд двинулся дальше, углубляясь в руины. Мы шли почти в самом хвосте, впереди маячила широкая спина Лома, сбоку, словно тень, скользил Шнырь. Я кожей чувствовал их внимание, их готовность действовать. Борода бросил несколько взглядов в нашу сторону, но потом впереди что‑то произошло, и он поспешил туда.

Нужно было срочно что‑то придумать. Я почти физически ощущал направленные на нас взгляды троицы, и их желание разобраться с нами.

– Стая! – закричал кто‑то впереди. – С летунами!

Началась суета. Игроки забегали, готовясь отбивать нападение монстров. В этот момент Шнырь, который скользил где‑то сбоку, вдруг оказался прямо за спиной у Антона. В его руке блеснул узкий, покрытый какими‑то узорами клинок.

– Осторожно! – крикнул я, толкая Антона в плечо.

Пиромант качнулся в сторону, и нож Шныря, предназначенный для убийства бронированных противников, лишь полоснул по его рюкзаку, разрезав лямку. Антон вскрикнул, разворачиваясь, и в его ладонях уже заплясали языки пламени.

– Стой! – заорал я, перехватывая его руку. – Погоди пока!

Но было поздно. Антон, испуганный и взбешённый, уже не контролировал себя. Из его рук вырвался сноп искр, и несколько из них попали на сухую, пропитанную пеплом траву под ногами. Трава вспыхнула мгновенно, и огонь, словно живой, побежал во все стороны.