— Ты мой мираж или явь? — шепчет мне чуть ли не в губы этот незнакомец, а я застываю, ибо еще никто не находился ко мне так близко.

Да я и думать толком не могу, пока этот нависает надо мной, прижав своими стальными руками мои запястья к постели. Зато я каждой клеточкой чувствую жар его мощного тела!

Перевожу сердитый взгляд с обнаженного рельефного торса на смуглое лицо и невольно сглатываю.

Черные густые волосы, строгие черты лица, нахмуренные брови. Мой пленитель красавец, каких я не встречала. Но как же его глаза похожи на те, что мучили меня в кошмарных снах о прошлом.

Но они не красные, слава Свету. Они темны как ночь. И самую малость светятся.

Бездна! Он же дракон!

Уже этого достаточно, чтобы завопить во все горло, но мысли в панике разбегаются, ибо тут еще много всего того, что не укладывается у меня в голове.

Как я вообще тут оказалась?

Помню, как немногим ранее стояла у зеркала в башне нашего тайного ордена, разглядывая прическу из золотистых локонов и белое платье. Совсем не похожее на подвенечное, ибо то, что меня ждало — вовсе не брак по любви.

То был долг, который я не могла не исполнить. На душе скребли кошки, а женщины все не унимались:

— Лагея, не печалься! Посмотри на это с другой стороны. Тебе не придется больше нести свою ношу. Генерал Галас отличный мужчина! Это лучшее решение для всех! — говорили они, вот только думали не обо мне. Но здесь и грех жаловаться.

Кто я такая, чтобы ставить себя выше интересов других, выше судьбы целого мира?

Все дети рождаются в любви, чтобы стать отрадой своих родителей. Я же была рождена с единственной целью. Я феникс с энергией чистого света. После смерти мамы, я единственная, кто может запечатать Тьму.

И я всегда знала, что в моей жизни не будет места любви и простым человеческим радостям знала, что могу погибнуть молодой, но не думала, что все обернется так. Что я потеряю крылья и стану лишь инструментом, лишь сосудом, который должен отдать свой свет супругу, и стать обычной пустышкой.

Наверное, нужно порадоваться — умирать в битве мне не придется, вот только это слабое утешение. И жалкая постыдная участь для той, кто воспитывался боевым фениксом.

Выполнить свое предназначение, защищать мир — вот, чему меня учила мама. Что ж, теперь мой долг в том, чтобы стать орудием в руках будущего мужа, которого я видела всего ли пару раз за жизнь. Та еще участь!

Бездна знает, чего мне это стоило, но я собрала волю в кулак и пошла по золотистой ковровой дорожке, ступая шаг за шагом, будто босиком по раскаленным углям. А весь наш орден, точнее то что от него осталось после последней битвы с Драконом Тьмы с нетерпением ждали моей жертвы. Точнее свадьбы. Тут уж, как кому.

Помню лицо жениха. Оно выглядело молодо, а длинные волосы уже седые. И эта светло-серая одежда еще больше уподобляла его айсбергу без эмоций и чувств.

Помню ту бурю, что унимала внутри себя, веля поступать по долгу и чести. А затем беловласая пожилая жрица вскинула пальцы в воздух, начиная обряд и…

Темнота. Только вспышки. Скала, падение… А у меня больше нет крыльев.

Так почему я не разбилась? Почему я здесь с этим голым незнакомцем? Точнее полуголым, до пояса прикрытым простыней, но это сути не меняет.

Груда мышц все еще нависает надо мной, опаляя своим жаром.

Слишком… близко…

— И как же ты сюда пробралась, маленькая мышка? — Мурашками по телу отзывается низкий голос незнакомца.

Кого этот дракон тут мышкой назвал?

Хотя… в нашем случае, так оно и выходит. Он большой дикий кот, а я в самом деле мышка, которую поймали… в своей постели! Что за позорное положение дел?

— Ты дар речи потеряла или драконьего не знаешь? — выдает он мне.

— Сначала отпусти! — говорю ему, а голос проседает.

В горле все пересохло от напряжения.

— Значит, говорить, ты все-таки умеешь, — с какой-то странной полуулыбкой подмечает незнакомец.

Весело ему? А я вот красная до кончиков ушей от злости и негодования. И, наверное, не только поэтому…

— И драконий знаю, — говорю ему, предпочитая не упоминать, что жила ещё в те времена, когда на нем весь мир говорил. Правда потом “проспала” сотню лет, но кого это волнует? — Может, уже слезете с меня?

— Что бы ты сбежала? — щурится он, а от огня в темных, отдающих в вишневу глазах, по телу вновь разбегаются мурашки.

Что ещё за реакция? Это от страха так?

— Боитесь, что не поймаете девчонку? — парирую я, и в глазах дракона загораются совсем недобрые искры азарта.

Ой, кажется, я это зря…

Кое-кто у нас не привык, чтобы ему дерзили.

Ну так привыкай! Я многое пережила за свои несчастные девятнадцать лет, но обнаженные наглецы меня еще не прижимали.

— Вас что манерам не учили?! — бубню сердито, но мой голос прерывает противный скрип двери.

— Ваше Высочество, вы уже пришли в себ…! — влетает в наш напряженный мир чей-то голос, и тут же обрывается на полуслове.

Вошедший сюда старец в зеленой мантии тут же роняет поднос, и тот с металлическим звоном лязгает о деревянный пол вместе со всем содержимым. Но господин настолько шокирован сценой, что, кажется, даже этого не замечает.

Склоняет седую голову на бок, будто под углом картинка в его глазах изменится, и моргает несколько раз.

Кажется, его сейчас удар хватит. И меня, если этот дракон не слезет!

— Лайдэ, может, ты расскажешь мне, что в моей постели делает эта девица? — требует ответ у вошедшего… Его Высочество дракон?

Едва его горячее тело отстраняется от меня, как кожу тут же обдает холодом.

— Д-девица?! — подпрыгивает старичок и смотрит во все глаза на мою персону.

А я тем временем, сама не знаю почему, спешу прижать к груди простынь. К счастью, я одета, в отличие от этого наглого незнакомца, что играет горой мышц средь белого дня. Хотя, и он не совсем обнажен. Штаны все-таки имеются, хвала Свету.

Погодите. Если бы я переродилась, то была бы обнаженной, и очнулась бы в тот же самом месте, где и умерла. А я здесь, и воздушное белое платье все еще на мне.

Тогда выходит, что мне все-таки удалось прорезать пространство и переместиться? Моя магия снова подчиняется мне?

Но я совсем ее не чувствую…

— Я… я не знаю, Ваше Высочество! — тем временем выпаливает гость.

— Ты издеваешься? — ведет бровью дракон. — Мы посреди Вечного моря, а ты говоришь, что не знаешь, откуда на корабле взялась девчонка?

Где мы? В море? Как же я так вляпалась?!

— Мой господин! — влетает в каюту еще один дракон, но тут же притормаживает, завидев меня.

Моргает, трет кулаками глаза, а затем вновь смотрит на меня и роняет челюсть.

— Ты что-то хотел, Гам Эл? — спрашивает его тот полуголый, которого назвали Высочеством.

— Д-да, — бедный даже заикается, а затем мелит что-то про наставника и лекаря.

— Глаз с нее не спускай, — призывает юноше главный.

Хватает со спинки кресла черную рубашку и, бросив в меня еще один пронзающий взгляд, уходит, прихватив с собой старичка.

Дракон:

Выхожу из каюты и ловлю десятки взглядов. Я привык видеть в них уважение и почет. Четыре года я иду со многими из этих бойцов бок о бок из передряги в передрягу.

Но то что я вижу сегодня, мне совершенно не нравится.

Там — страх. Они почти не дышат. Потому что помнят, что я сделал в прошлом сражении. И я это прекрасно помню…

Прохожу мимо онемевших бойцов и сворачиваю к каюте наставника. Лекарь как раз в дверях.

— Как он? — спрашиваю я.

— Уже в сознание. Силы быстро к нему вернуться, — отвечает целитель, пытаясь не смотреть мне в глаза. Понятно.

— Свободен, — отпускаю его и толкаю темную дверь.

Пригнувшись под косяком, захожу в каюту.