Натянув на себя черный спортивный костюм, я внимательно прислушался к дому. Вроде все было тихо, так что, нащупав нужную нить, я представил себе, как оказываюсь за воротами. Миг, и вот я уже стою между деревьев, вдыхая свежий ночной воздух. В кармане лежала тетрадка с каракулями Захерта, и я очень сильно надеялся, что это не просто замысловатые закорючки.

Двадцать минут спокойного шага, и вот передо мной появляется край зоны. Дойдя до своего любимого оврага, я спустился на дно и, достав тетрадь, направил каплю силы в глаза. Простенький конструкт ночного видения сделал так, что темнота отступила, и я уставился на первую руку. Вытянув правую руку вперед, я выпустил силу и, создав тонкую нить Хаоса, принялся рисовать нужную фигуру. Вышло это у меня далеко не с первого раза, но в итоге я получил желаемый результат. Так, теперь надо наполнить силой. Перед тем как это сделать, я активировал покров, а потом поставил еще и щит, так, на всякий случай. И лишь после этого я направил в руну порцию энергии Хаоса.

Поначалу ничего не происходило, а потом в то самое место, над которым висела руна, вдруг ударила молния! Да еще яркая такая, мощная, попади она в кого‑нибудь, беды не миновать.

Улыбка сама собой возникла на моем лице. Первая руна однозначно меня порадовала, теперь посмотрим, на что способны остальные. В тетради их было чуть больше двадцати, и если у каждой будет свой эффект, это будет очень, очень хорошо. Так что, открыв тетрадь на второй странице, я уставился на руну и приступил к ее воспроизводству.

Полтора часа спустя. 

Когда очередная руна передо мной погасла, я вдруг понял, что даже несмотря на постоянный канал с великим Хаосом устал. Из двадцати с лишним рун я сумел воспроизвести пока что восемь, остальные никак мне не давались. То ли дело в умении, то ли в чем‑то другом, пока непонятно. Но даже этих восьми хватит, чтобы очень, очень сильно расширить мой магический арсенал, хе‑хе. Первая руна была концентрированной молнией, вторая отвечала за локальное повышение гравитации, с третьей по пятую были разные ловушки, связанные с почвой, а вот шестая, седьмая и восьмая оказались куда серьезнее. Одна из них была огненным молотом, обрабатывая площадь пять на пять метров, другая могла сделать почти то же самое, только уже с помощью ветра, и последняя, пожалуй, самая интересная. Восьмая руна была самой сложной, но с ее помощью можно было создать лес пик. И пик непростых, каждая пика состояла из чистого хаоса. Площадь опять же где‑то пять на пять. Что‑то мне подсказывает, что изначально она должна была сработать иначе, но энергии огня в моем источнике было недостаточно, так что я даже не стал пытаться напитать ее этой стихией. Вернув тетрадь обратно во внутренний карман, я покинул овраг, перед этим убрав все следы своих экспериментов. Хорошо, что почва тут пропитана Хаосом, иначе бы мои эманации были видны бы всем. А так моя родная стихия просто сожрала все следы, переработав чужую энергию. В этом плане, конечно, с зонами мне сильно повезло.

Екатериноград. Один из особняков знати. 

– Значит, Захерт больше не сможет на нас работать, – пожилой мужчина с впечатляющим животом вопросительно глянул на стройную молодую женщину, и та отрицательно покачала головой.

– Нет, господин, его взяли, – мелодичным голосом ответила женщина, – и самое поганое, что все его наработки тоже ушли к опричникам, по крайней мере люди, которых мы подослали в его особняк, ничего не нашли. А ведь результаты у него были.

– Я и сам знаю, что были, – мужчина поморщился.

А ведь когда совет решил отдать камень, найденный на севере, немцу, он был одним из немногих, кто сказал «нет». Да вот только решение принималось большинством, и это самое большинство сказало «да». И теперь ни камня, ни рабочих рун, ничего. А теперь совет требует вернуть камень, да вот только Захерт умудрился его уничтожить в процессе своих исследований. Но разве им объяснишь?

– Мы должны найти записи барона, – тяжело вздохнув, произнес он, – так что завтра ты отправляешься в Вийск. Кто там сейчас новый владелец особняка?

– Вороновы, – женщина улыбнулась, – бывшие порталисты.

– А, помню‑помню, – мужчина закивал, – когда‑то они были хороши. Не зря говорят, лучшие всегда уходят первыми, – на его губах появилась ироничная ухмылка, – что ж, думаю, тебе не составит труда втереться в доверие к главе рода. Насколько я помню, там старик без дара, а значит, недели тебе хватит, чтобы взять его под контроль. Если надо будет, переверни этот город вверх дном, но найти мне мои руны. Мы потратили на их расшифровку целое состояние, совет не готов закрыть глаза на такие траты.

– Как прикажете, господин, – женщина грациозно поклонилась, – я все сделаю.

– Умница, – старик сально улыбнулся, – ты еще не передумала? Мое предложение до сих пор в силе, Анастасия.

– Мой ответ все еще «нет», господин, – спокойно ответила женщина, – я никогда не смешиваю работу и личную жизнь.

– Ну‑ну, – разочарованным голосом ответил старик, – тогда иди. Завтра ты уже должна быть в Вийске. Легенду возьмешь стандартную.

Анастасия молча поклонилась и вышла из кабинета, а старик в очередной раз, тяжело вздохнув, потянулся к телефону. Пришла пора отчитаться перед советом, и лишь боги знали, как сильно он не хотел этого делать. Что‑то в этой истории с Захертом не так, но он никак не мог понять, что…

Вийск. Следующее утро.  

Проснулся я в прекрасном настроении. Быстро приняв душ, натянул на себя чистые брюки и футболку и спустился на первый этаж. В нос тут же ударил запах свежих блинов и хорошего чая.

– Доброе утро, Леня, – за столом я увидел деда, который как раз уминал эти самые блины, – как спалось?

– Шикарно, – я усмехнулся, – а ты, вижу, уже отдаешь должное мастерству нашей кухарки? Блины у нее всегда удавались на славу.

– Да и сегодня тоже хороши, – дед кивнул, – садись, тут на двоих хватит.

Я с удовольствием сел за стол и присоединился к старику. Минут за двадцать мы употребили целую гору блинов, запивая все это дело горячим чаем. И лишь когда тарелка опустела, дед решил узнать, какие у меня планы на сегодня.

– Учитывая, что это выходные, я, пожалуй, займусь заготовками под артефакты, – пожав плечами, я отодвинул в сторону пустую тарелку, – возможно, уже сегодня к вечеру у меня будут на руках первые готовые изделия, благо у Захерта в закромах нашлось достаточно нужных ингредиентов.

– Хм, хорошо, – дед медленно кивнул, – я хотел поговорить с тобой насчет твоего самого важного умения, – последние слова он произнес чуть ли не шепотом, – ты готов попробовать вернуть дар еще одному человеку?

– Дед, а ты уверен, что хочешь сделать это так быстро? – я нахмурился. Маги – это хорошо, однако полагаться лишь на них мне не нравится. В корпусе магов нас учили, что в одиночку битвы не выигрывают, и чем сильнее маг, тем больше у него должна быть свита.

– Это мой старый друг, – старик покачал головой, – когда‑то он был лучшим магом металла в империи, почти добрался до ранга архимагистра, а потом случился шторм. Он сам виноват, слишком увлекся своими исследованиями и сунулся в земли рядом с зоной. Однако это не отменяет того факта, что империя потеряла возможного архимагистра, а я лишился друга. Ведь с тех пор он почти ни с кем не общается и даже не выходит за пределы своего особняка. Денег у него много, титул никуда не делся, вот он и окружил себя наемниками и гвардейцами и делает вид, что весь мир перестал существовать. Хорошо хоть его дети себя так не ведут и продолжают заниматься родовым делом. Если ты вернешь ему дар, Леня, мы получим такого союзника, что сможем спокойно заниматься твоими артефактами и другими проектами.