Если Поль деликатно старался не пялиться на синяки, покрывавшие лица троицы молодых людей, то Аза, пусть и не представившись здесь пока богиней, имела право на любые вопросы:

– Карел, а что с ними случилось? Они поссорились между собой?

– Нисколько! Как раз между собой они невероятно дружны! – продолжал радоваться с каким-то ехидством купец. – Им не повезло в другом. Скажем так: неправильно выбрали стратегическую линию поведения, за что и были наказаны судьбой и провидением.

– Судьбой? Как интересно! Ты мне обязательно должен рассказать всё в подробностях. Обожаю подобные истории.

– Несомненно! – заверил хозяин дома. – Но пока накрывают столы, чего изволят мои дорогие гости? Умыться с дороги и привести себя в порядок к банкету или сразу посетить мой кабинет и удостоить меня короткой доверительной беседой?

Держался он вроде ровно, открыто и как-то бесшабашно, только вот с каждым словом всё больше и больше в его тоне проскальзывали восторженные нотки. Подобострастие, что ли? Или какое-то неуместное вожделение? Или готовое вот-вот прорваться злорадство? Да и посматривал он только на одну гостью, словно сразу признавая её неоспоримое первенство во всём. И Поль нисколько не удивился бы, если бы купец сразу признался в опознании покровительницы Азнары, а теперь и окончательно удостоверился в её существовании о бок себя. Исходя из этого, следовало не расслабляться, а, наоборот, утроить бдительность. И к вышеупомянутой «доверительной беседе» уже подойти во всеоружии. Потому что с богиней мечтают не только пообщаться. Хватает отщепенцев и больных на всю голову, которые мечтают совершить исторический подвиг, уничтожая небожителя.

Но для начала ангел-хранитель решил выяснить, как их и где будут устраивать на ночь. Поэтому и ответил с напором раньше чуть приоткрывшей свой ротик Азы:

– Сперва хотелось бы проверить, как устроят наших людей. Потом свои спальни осмотреть. Чуть разложиться с вещами, умыться, а там и пообщаться можно под стаканчик горячего вина.

Недовольно на него посмотрели почему-то оба: и купец, и напарница. Но оспаривать прозвучавшее пожелание никто не стал, и хозяин дома тут же с готовностью повёл гостей на второй этаж. По ходу сразу проинформировав, что на чердачном этаже проживает исключительно прислуга. Рыцарей, лейтенанта и Ветра распределяли по комнатам по двое, а то и по три человека. Даме и командиру отряда выделили две комнаты вместе. Причём спальня девушки соседствовала с кабинетом купца. Куда он и удалился, кивнув с максимально возможной доброжелательностью:

– Как только устроитесь и переоденетесь, жду вас двоих вот в этой комнате. Кстати, вещи в шкафах, можете использовать как вам угодно, они новые и предназначены для высокопоставленных гостей. Да и в стенах между спальнями имеются двери, которые при желании закрываются изнутри засовами.

После чего скрылся за дверью, не желая лишний раз утомлять гостей своей назойливостью. Что не преминула отметить маркиза:

– Деликатный человечек… не навязывается.

– Как сказать, не навязывается! – ворчал Поль, заглядывая в отведенные им комнаты. – К себе-то в дом уболтал заглянуть, чуть силой не тянул… Хм! Нам вроде неплохие спаленки достались! – после чего заглянули к остальным, которые интенсивно обустраивались. Там комнатушки по комфорту оставляли желать лучшего, но в любом случае казались роскошью, если сравнивать с ночлегом в лесу, под мокрыми еловыми ветками. Ну и заодно раздал всем наущения: – Не расслабляться! Оружие держать при себе и наготове! За столом вина не пить. Если что, ссылайтесь на данный богине Азнаре обет двухнедельной трезвости. А ты за столом сядешь возле меня, – предупредил он напоследок юного правдознатца. – Если кто солжёт, аккуратно толкаешь под столом мою ногу своей.

Ветра, Хенли Дайнворта и лейтенанта разместили в одной комнате рядом со спальней Труммера. Проверив скрипучесть двери к ним, он запер её изнутри на засов, а потом пригласил напарницу в свою комнату для короткого совещания. Причём говорили шёпотом, опасаясь, что и здесь могут подслушивать через невидимые щели.

– Нормальный дядька, – слишком уж выказывала своё расположение девушка. – Хотя и очень сомневаюсь, что он именно купец. Да и сына своего с невесткой и свояченицей скорей всего именно он побил. У него до сих пор кожа на костяшках кулаков сбита. Так что лупил кого-то в домашней обстановке, а не в бою. В рукавице подобных следов на костяшках не останется.

– Молодец! А я, честно признаться, не заметил. Зато почти уверен, что он знает, кто ты такая. И, кажется, что-то хочет для себя выторговать во время беседы в кабинете.

– Выторговать? – сомневалась Аза. – А если нет? Вдруг там засада какая или коварная ловушка?

– Именно поэтому я войду первый, всё осмотрю, проверю, а потом уже и ты…

– Но с тем же самым успехом ловушка могла быть сразу в спальнях.

– В самом деле… Хотя всё это меня очень настораживает. Не будь такая слякоть и ночь, ни за что бы к этому Карелу не подался… Кстати, моя одежда сохнет прямо на ходу… У тебя тоже?… Странно! Неужели её параметры улучшились, и она теперь не только от пуль защитить может?

– Похоже на то, – согласилась девушка, ощупывая себя. – Но действительно странно, почему она так быстро не сохла в посёлке бортников?

– С этими вопросами к дэме обращайся. А в данный момент меня это радует. Не надо рисковать, снимая с себя защиту. Да и сам факт щедро предложенных иных одежд должен настораживать. Мало ли они изнутри какими ядами обсыпаны?

– Не будь параноиком, – шепнула ему Аза, завершая переговоры. – Вокруг полно иных, более простых возможностей, чем травить нас втихую.

После чего демонстративно стала осматривать шкаф в спальне своего ангела. Там оказались вполне удобные, мягкие пижамы, несколько халатов разного типа, гора удобных тапочек и горки чистых домотканых рубах с брюками.

Женщина есть женщина, сразу помчалась осматривать свои шкафы, воскликнув:

– Может, и мне какая пижама глянется!

А Труммер ощупывал добротные халаты и размышлял. Если учитывать разгул лихолетья на Аверсе, то подобные гостевые апартаменты вызывали немалое удивление и казались как минимум неуместны. Как помнил Поль из рассказов настоятельницы Лукерии Люден об обстановке в здешнем королевстве, то многие маркизы и герцоги испытывали лишения. А тут какой-то купец, живущий в лесной глуши, возводит подобные хоромы. И не боится при этом никого? К примеру, своего тёзку, барона Южди? Тот ведь совсем недалеко расположился, в центре данного леса. При этом только и занимается разбоем, подмяв под себя всю округу. Почему на Шули, спрашивается, не напал? Или у них договор о ненападении?

Так или иначе, большая часть вопросов получит ответы во время предстоящей беседы. И лучше, если ответы будут правдивые. А как удостовериться, врёт купец или нет? Хорошо бы с собой юного правдознатца взять, да тот и согласен, но как его усадить с собой рядом?

Вроде как придумал, но пошёл советоваться с напарницей по миссии. А та уже оказалась примеряющей новое платье. Естественно, что не из лучших салонов Параиса, но тоже так ничего. Тем более что на Азе оно смотрелось великолепно.

– Ты что, всё остальное с себя сняла? – поразился парень и получил намёк:

– Что надо, осталось на мне! – она имела в виду АЩКАВ. – Да и не переживай ты так, уверена, всё будет хорошо.

– Надеюсь. Но в любом случае, пусть в твоей комнате посидят Хенли с парой своих рыцарей и Ветер. Если шум за стенкой услышат из кабинета, заглянут с визитом.

– Делай, как хочешь, мне всё равно, – беззаботно отмахнулась девушка, украшая свои короткие волосы какими-то брошками и ленточками.

Труммер и отправился распорядиться, но неожиданно осознал в душе неприятную ревность:

«Для кого это она так наряжается? И почему так доверчиво относится к встрече? Хочет меня специально позлить или…? – только и успокоил себя отговоркой: – Ничего, скоро всё станет ясно!»

В кабинете у купца было не так вызывающе-роскошно, как мило и уютно. Большой стол оказался девственно чист от бумаг и каких-либо гроссбухов, как подспудно ожидалось, а был заставлен изящными стаканами, тарелкой с мясной нарезкой и двумя парующими кувшинами с терпко пахнущим вином. Слова о разогревающих напитках хозяин воспринял как указ к действиям.