– Откуда? Я и пообедать-то успел чисто случайно.

– Так вот, в двух словах. Воевать с собратом, который на тебя сбросил десант, мы с Коброй не стали. Он грамотно оправдался тем, что, наоборот, спасал чужое Имение от идущих на штурм плотов. Дескать, защищал всех нас от нашествия жабокряков.

Услышав это, Труммер скривился, непроизвольно пошевелил некогда отстреленными руками и только тяжело вздохнул. Политика! Да он и изначально понимал, что за смертного никто мстить не станет. А вот героев – награждают. И если вспомнить о строящемся замке, воздвигаемом для простого поощера, то Поль не просто герой в квадрате или в кубе, а в десятой степени.

Это понимание вновь его сильно насторожило. Ибо не могло любое геройство настолько щедро вознаграждаться. Следовало смотреть правде в глаза. Значит, получалось, что щедрость оказывается авансом? Или по ошибке? Если первое, то ладно, можно отработать в будущем. А вот если второе – то при выяснении ошибки замок сровняют с землёй, не успев его даже достроить. Вместе с хозяином. Ну, или как-то так…

И теперь вот приближался момент истины.

– Жаль, что тебя не защитил плащ-артефакт, созданный Азнарой… Но всё равно ты молодец. Пригнанные тобой плоты добавили в нашу копилку знаний очень много чего ценного и полезного. И на основании этих ценностей ты чуть позже получишь новое задание. Только вначале подробно мне доложи: где ты пропадал, чем занимался и как снова оказался возле жабокряков?

Пришлось рассказывать. Очень долго, осторожно, но не теряя бодрости и многословия. Начав со знакомства с китом и последовательно подавая всю намеченную правду. Тем более что Поль помнил краткий пересказ Галлиарды о вещем сне Ласки и как она потом прорывалась к дэму с тревожным сообщением. Следовательно, дэм отправился на поиски и мог вполне пройти по верному следу. Особенно при подсказках младшенькой Труммер. И мало ли какой след оставляет в пространстве аура человека? Да ещё и специально помеченная сразу двумя дэмами!

Так что было рассказано о скелете поднятого со дна самолёта, в котором мерцали какие-то артефакты. Потом про сражение с глубоководным монстром и непроизвольную телепортацию того за грань Излома. О том, как добывал себе воду и сушил матрас, благополучно опустил. Как и сам факт лично устроенного взрыва на пароходе. Только и было сказано:

– Я попытался спрятаться под днищем, а пароход возьми и взорвись. Вот меня и оглушило. А я ведь голый, потому и приняли за спасшегося моряка. Затем меня вычислили местные заговорщики по простой причине: полное незнание тамошних реалий. Но я оказался им жизненно необходим…

Подробный пересказ о существовании «плавающих» полей сопряжения воистину поразил Прогрессора. Он, конечно, старался держать себя в руках, но его многочисленные уточняющие вопросы выдали необычайный интерес. Ещё больше он занервничал, когда узнал о существующем острове Златоран и о населении, там проживающем. Но когда услышал о том, что а’перв вместе с китом забросили в первый сектор сразу двенадцать членов Совета острова, не удержался от грозного крика:

– Труммер! Ты чего творишь?! Да как ты вообще до этого мог додуматься?! Как тебя вообще угораздило?! Что ж ты за человек-то такой?!

Показалось, что вопросы прозвучали риторически. Поэтому поощер, несмотря на враз вспотевшую до самых пяток спину, позволил себе тактично промолчать и только скорбно развести руками. Мол, не виноватый я, так обстоятельства сложились. И, к огромному собственному удивлению, оказался прав: его не ругали и не готовились испепелить или порвать на части, им банально… поражались! А может, и восхищались?

Потому что следующие слова казались мыслями вслух:

– Нет, я знал, что мы лодыри, шланги и тупицы! Знал! Но не обследовать ДОМ до самого последнего островка? Не отыскать все артефакты древности?.. Не искать, куда провалился этот проклятый Тра?.. Ха! Зато строить козни друг другу – тут нет нам равных во всех Вселенных!.. Идио… Недоросли!.. Недоум…

Потом резко оборвал своё ворчание и вновь уставился тяжёлым взглядом на смертного:

– Никому этого ещё не рассказывал?

– Никому. Клянусь!

– Даже супруге своей?

– Нет. Не смею.

– Слушай, Труммер, – тон дэма резко сменился на дружеский и участливый, – а ты жену свою любишь?

– Конечно. Больше жизни!

– А дэму Ревельдайну обожаешь?

– Как самое великое божество во вселенных!

– А как же ты… – Бенджамин в недоумении покрутил перед собой пальцами, пытаясь изобразить невероятно сложные, запутанные отношения.

– А какая разница? – ответил вопросом на вопрос смертный. При этом он хлопал глазами, пытаясь выставить себя тупым одноклеточным. Скорей всего не прошло, судя по понимающей ухмылке опекуна. Но самое главное, что тот пока не пытался выяснить: как тобою оглушаются жабокряки и как была умерщвлена половина десантников.

Зато он неожиданно спросил другое:

– А вот после своего оживления ты не слышишь вокруг себя музыку?.. Она такая, особенная… Пронзает всё сущее нашей плоскости… Называется – Изначальная. Ну?.. Расслабься… Прислушайся…

Минут пять Поль сидел, то открывая, то закрывая глаза, то усердно шевеля ушами. Потом со вздохом признал:

– Нет, не слышу ничего.

– М-да? – Голос дэма стал сочиться сарказмом. – А то я уже грешным делом подумал… Э-э-э… Ладно! Раз не слышишь, значит, пора тебе отправляться к жабокрякам! Заброшу тебя прямо в центр их образовавшегося континента. Что хочешь делай, хоть души их каждого по отдельности, но избавь Пранный океан от этой заразы.

– Я? – ошалел от такого приказа Труммер.

– Кроме тебя некому. Потому что именно ты лидируешь в списках дипломатов и диверсантов, которые хоть чего-то добились на поприще контактов с чужаками. И мы с Коброй верим в тебя! Иди за мной!

И отправился в смежное помещение. Тогда как в голове а’перва теснились горестные мысли:

«Почему-то я уверен, что дэма Ревельдайна ни сном ни духом не знает о моём отправлении в океан. И вообще всё странно: то меня замком награждают, то меня сразу же после этого на верную смерть отправляют… Что-то здесь не то!»

В соседнем помещении отправляемый на погибель дипломат уставился на четыре криогенные камеры, в которых зависли в прозрачной жидкости три целеньких тела жабокряков. Вокруг них хлопотало с десяток лучших учёных сектора, входящих в элиту близкого круга. Тогда как властелин широким жестом указал на камеры и предложил:

– Выбирай любое, которое тебе нравится!

Нехорошие подозрения стали закрадываться в голову Труммера, но он постарался не паниковать, напомнил вежливо:

– Нет, спасибо, я всё-таки сегодня обедал.

– Ха. Ха, – без тени улыбки продекламировал Бенджамин. – Ты меня уже задрал своим притворством и показной тупостью. Поэтому разжёвываю во всех подробностях, так будет скорей и проще. Настроился внимать?

– Со всем усердием, дэм Прогрессор! – А как ещё было отвечать а’перву? Сказать, что его не интересуют разные бредни двинутых на всю голову учёных? И напомнить, что он никогда не соглашался и не согласится на эксперименты над своим телом?

А ведь в данный момент намечается нечто, согласия на которое от смертного не требуется. Хочешь ты, не хочешь, а выслушать придётся. А уже потом плакать, стенать, рвать на себе волосы и идти в отказ. Вот и пришлось сделать лицо в высшей степени заинтересованным.

Глядя на его мимику, Надариэль кривился со скепсисом, но в дальнейшем всё объяснил и разжевал так, словно говорил с ребёнком или с варваром иных плоскостей.

Оказалось, что доставленные трофеи очень помогли тандему божественных союзников в изучении тел жабокряков. Суммируя всё это со своими научными разработками прошлых тысячелетий, им удалось настолько забраться в мозг чужих созданий, что появилась возможность воздействия на этот мозг с дальнейшим перехватом управления всем телом. То есть сознание обычного человека путём сложного переноса помещали в мозг жабокряка, и вуаля! Наилучший лазутчик, диверсант или дипломат – готов!