– Молчать, смертный! Ты мне уже хуже горькой редьки надоел! А твои товарищи… – он взмахнул ладонью, одновременно подзывая к себе и офицеров-егерей, и замершего в оконном проёме Гроссера. – Этого и всех, кого он скажет, поселить во флигеле усадьбы «2-пИ». Ну и оставить там пока под домашним арестом. Я потом разберусь. Или кто иной… Треть егерей остаётся здесь, проводит следствие и… – он глянул в умоляющие глаза офицеров, после чего барственно продолжил: – …и зачистку, а также раскрытие всех каналов незаконного сбыта и добычи золота. Чуть позже пришлю сюда экспертов. Ну а дальше будет видно…

После чего развернулся и двинулся к своему флайеру. И только взойдя на аппарель, повернулся и грозно рявкнул:

– А ты чего стоишь как истукан?! Живо грузись в машину!

Труммер поспешил к нему, вопрошая в недоумении:

– Куда грузиться-то? Здесь тоже есть пассажирский салон? Как и в «Катринге»? – упоминание о флайере, потерпевшем разрушительную катастрофу, заставило прославленного генерала покраснеть от злости:

– Пасть закрой и больше не открывай без моего разрешения! – нервно отодвинул своё противоперегрузочное сиденье чуть вперёд и скомандовал: – Вон в ту щель влезай! – ещё и кулаком пару раз подтолкнул а’перва, когда тот втискивался в неудобное и страшно узкое пространство. Потом и сам стал усаживаться, ворча и ругаясь себе под нос: – Салон ему подавай?! Нахалюга недоразвитый!.. Надо было тебя вообще засунуть в освободившийся отсек из-под снарядов!.. Вот тогда бы знал, как грубить старшим…

И всё-таки Поль не выдержал, открыл рот:

– Дон Флигисс! Я же здесь удавлюсь! Меня перегрузками поломает! Может, я вместе со всеми в сектор полечу?

– Не боись! Солдат ребёнка не обидит! – хохотнул генерал. – Пусть и умственно недоразвитого… Довезу в целости и сохранности! А то тебя ещё куда-нибудь понесёт, и тогда мне… хм, неприятно будет.

Флайер и в самом деле набирал скорость и высоту плавно, без рывков и перегрузок. Так что поощер тяжело вздохнул и подумал:

«Может, и долечу живой…»

Шесть дней прошло с момента доставки письма от Поля, но домой он до сих пор так и не прибыл. Также Галлиарду Фойтинэ немало беспокоило долгое отсутствие Азы, маркизы Рейны. Та вертихвостка, как умчалась в тот же день ругаться со своими тренерами, так больше и не появлялась. И весточки не прислала.

И что в таком случае делать? Куда бежать? Кого звать на помощь?

Друзья приходили. Много спорили. Думали, гадали, но так и не пришли ни к какой дельной мысли. Разве что изрекали набившую оскому истину:

– Если тут замешана дэма Кобра или дэм Прогрессор, простым смертным в это дело соваться бесполезно. Будем надеяться, что у Поля всё хорошо, он парень везучий и просто задерживается на очередной миссии. Да и Аза – тоже.

В остальном же всё шло нормально. Обе учительницы, сёстры Макиллайна опекали Ласку круглосуточно. Уроки математики сменялись танцами, занятия пением плавно перетекали в уроки физики. Все это делалось в интересной, игровой форме. Качество и высокий уровень преподавания прямо-таки зашкаливали. Можно сказать, что единственная ученица получала невероятные по объёму знания, умения и навыки. Ну и сами учительницы нахвалиться не могли сообразительностью своей воспитанницы, её несомненными талантами и лёгкостью восприятия нового материала.

Правда, Элен, старшая из сестёр, все эти дни ходила грустная, тяжко вздыхала и часто выглядывала через окна на улицу. В её умной, образованной голове произошёл какой-то сбой, покорёживший её восприятие действительности, и она не совсем адекватно оценила произошедшие когда-то здесь события. А именно: она серьёзно запала на одного мужчину и теперь постоянно ждала его прихода. Или свидания с ним.

Всё бы ничего, но этим мужчиной оказался Юрген Флигисс, главный консул восемнадцатого сектора. То есть второй человек после божественной дэмы. И вот спрашивается, что за блажь ударила в голову Элен? Кто она, ещё не получившая официальной опеки даже для проживания в Ро́зморе, и кто он, легендарный генерал, водивший непобедимые армии по иным мирам! А вот же!..

И сколько с ней ни беседовали, сколько ни предупреждали, Элен упорно твердила одно и то же:

– Он обязательно появится! И мы с ним отправимся на свидание. Я в это верю!

Единственно, кто поддерживал её в этом заблуждении, – так это Ласка. Она с присущим только детям упрямством и непосредственностью восклицала:

– Точно, точно! Из них получится великолепная пара! И дети у них будут, такие маленькие и такие хорошенькие, а я буду с ними играть и катать на Кузе.

Лучше бы она помалкивала и не лезла в отношения взрослых. Потому что после таких восклицаний старшая из сестёр Макиллайна украдкой смахивала слёзы и грустила ещё больше.

С кем не было никаких хлопот, так это с Кузей. Гарпия не шумела, не летала по околицам, любила играть со всеми и служила истинным пугалом даже для мальчишек, которые порой проскакивали по всем садам, пробуя, ломая и балуясь. К объединённым усадьбам никто и близко не решался подходить, даже взрослые. К тому же вдруг получились две нежилые зоны по сторонам. Оба соседа контрабандиста как съехали в неизвестном направлении, так больше и не появлялись. А новые хозяева, выкупившие дома с участками, пока не показывались.

Одно напрягало: гарпия слишком много ела. Практически три ведра каши в день, в которые следовало время от времени добавлять специальные травы, витаминные добавки и определённые приправы, без которых летающие бестии резко снижали свои полётные качества.

И хорошо, что с самого начала Галлиарда избавилась от трофейных лошадей. Их, по подсказкам друзей, отдали в аренду извозчикам. Причём по очень выгодной цене. Поступающих с этого денег хватало на всё хозяйство, на питание всех жильцов, на прокорм Кузи да ещё оставалось на булавки с заколками.

Конечно, с деньгами проблем не было от слова вообще. Средств, оставленных Полем, и так бы хватило надолго, а ведь ещё алпи приходилось продавать. Эти травяные таблетки – заменитель алкоголя, достались по наследству от старого соседа-контрабандиста, убитого его подельниками. Ещё сам Труммер договорился о продаже с владельцем харчевни Пагода, с землянином Чин Хун Хо, и о регулярных поставках. Поэтому ежедневно в дом заскакивали друзья, участвующие в этой нелегальной торговле, и забирали очередную партию и обменивали у китайца на деньги. Сами получали свою долю, а всё остальное в золоте отдавали баронессе Фойтинэ. А она только и думала: куда спрятать или вложить очередной весьма крупный приход.

Вот и сегодня заскочил Вак Лейзи, по прозвищу Сосулька, названный из-за своей худобы. Тоже а’перв, но по профессии гаазанд. Иначе говоря, умеющий делать внушение, что не раз помогало всей компании и выручало в сложные моменты жизни. Именно ему легче всего было, облачившись в специальную куртку с внутренними карманами, работать курьером по доставке алпи. Хотя легче всего было бы отправлять таблетки в Пагоду по воздуху, но Кузя слушалась только Ласку, а отправлять ребёнка с контрабандным товаром (да и вообще куда-то!) ни один взрослый не посмел бы.

– Всё-таки народная примета себя оправдывает, – рассказывал Вак последние новости, уже загрузившись таблетками и попивая чай на кухне. – Как только один дэм наведывается с официальным визитом к другому дэму, значит, жди великой войны.

– Неужели стали хватать всех бомжей, кто не имеет опекунства? – обычно с этого действа и начиналось формирование армий, которые отправляли в иные миры, в Дикие земли или в неведомые дали.

– Пока никого не хватают, хотя бомжи и бросились активно за Большую стену. Зато объявили набор добровольцев, которые умеют хорошо плавать. При этом в контракте указываются очень приличные суммы. Офицерам-резервистам, вообще, полуторные ставки обещают.

– Где это они плавать собираются? – поражалась сидящая с ними за столом Элен Макиллайн. – Насколько помню, такого ещё в истории не упоминалось.