Все без исключения ченнелингеры подлежали обязательной регистрации и работали только на администрацию секторов. Если не вообще на первых сановников, таких как главный консул и управляющий Имением. Даже в Диких землях властям вменялось сообщать о таких уникумах куда положено. В ином случае отыскивали такого умельца и, если он пользовался своими возможностями во вред иным смертным, могли казнить прямо на месте поимки. Не очень-то их любили. Правильнее сказать – боялись. Вот и держали всегда рядом, под строжайшим контролем.
А то ведь были случаи в истории: идёт куда-нибудь высший чиновник в окружении своих телохранителей, а тут вдруг, раз! И преданный, вскормленный с самого младенчества охранник сносит голову своему благодетелю, кормильцу и покровителю. Хотя и поговаривали знатоки, что есть определённые устройства-амулеты, которые вполне прекрасно защищают носителя от постороннего воздействия на его тело. Но опять-таки на всех телохранителей подобных, жутко дорогостоящих устройств не напасёшься.
Дверь открылась вполне легко, видимо, никто не опасался, что трупы пойдут гулять и разбегутся. Коридор извивался, напоминая своим видом какое-то боковое ответвление шахты. По его полу простирались рельсы для платформы или для вагонетки. Ну и самое полезное: в коридоре было несравненно теплей, чем в подвальной камере. Недаром грузчики здесь бродили в простых, домотканых рубахах.
«Но они-то ладно… А вот как мне здесь за своего сойти, будучи в нижнем белье?»
Также обнадёживали слова о каких-то выживших в потоке воды. Если уж кто и мог выжить, так это те, кто не сразу тонул. А для этого следовало успеть снять с себя всё железо. Друзья-то сняли… И даже пытались выплыть. Теперь ещё выяснить, что это за «грот» такой и где он находится?
Электрическое освещение и аномальное тепло сразу указывали на высокий статус здешнего хозяина. Титул вроде самый низкий, барон, а вот иметь свою шахту, скорей всего небольшую гидроэлектростанцию, лояльных грузчиков да личного ченнелингера – это в Диких землях не каждому герцогу удаётся. И в какую сторону идти-то?
Вздрагивая от засевшего внутри холода, Поль стянул с себя исподнее, выкрутил и напялил вновь. Потом решил не брезговать трупами, не только приодевшись с них, но и максимально вооружившись. Благо, что ножей, коротких мечей в ножнах, шестопёров на поясах – хватало. Ещё и шлем вполне приличный отыскался закрытого вида. Но ходить по здешним тоннелям, скрывая лицо, – глупость несусветная. Сразу зафиксируют как чужака. Потом уже не отвертишься.
Так что шлем был закреплен сзади, к поясу. После чего изрядно всё ещё ослабленный поощер двинулся по коридору в сторону, противоположную укатившим платформу грузчикам. И вполне естественно, что он мечтал сейчас только о кружке горячего бульона. Или о кружке горячего вина. Или, на крайний случай, о встрече с парочкой врагов, которых можно было бы выдоить «откат-подбором» досуха. А подобное будет не так просто: любой первый встречный может оказаться нормальным, хорошим человеком. Совесть не позволит такого убивать.
«Зачем убивать? – желание выжить стало торговаться с совестью. – Можно просто взять частичку силы для собственной бодрости. Всего лишь малую кроху, и вполне хватит. Наверное… Главное, хорошо сконцентрироваться и не потерять «подбор». А у меня это получится в таком ослабленном состоянии?»
И сам понимал, что никак не получится. Иначе говоря, после двух откатов человек может умереть, а от этого самому а’перву ничего не обломится. Только и оставалось надеяться на изначально агрессивные действия со стороны местных аборигенов.
Коридор кончился комплексом ворот и устройств, окружающих шахтный ствол и вполне исправное на вид лифтовое хозяйство. Людей нет, а вот снизу, из ствола, не только пар поднимается. Слышны также какие-то голоса, команды. Но разобрать ничего нельзя, всё по причине густого, изрядно тёплого пара. Как раз из-за него и теплынь стоит в коридоре.
О данных горах Труммер почти ничего не знал. Только и слышал, что они существуют и что в них, помимо нескольких ледников, есть и десятка два горячих источников. Как они выглядят и как вообще действуют вулканы, а’перв узнал, будучи с миссиями на Земле. А вот как подобные «силы природы» взаимодействуют в ДОМЕ, даже представить себе не мог. Если Земля – планета, то ДОМ – это невероятная по размерам плоская поверхность. Вернее – только одна сторона куба, имеющего шесть таких поверхностей. По крайней мере, о таких масштабах обмолвился как-то раз Прогрессор, будучи в хорошем настроении. Что находится на иных пяти поверхностях, он и словом не намекнул.
Но есть ли в ДОМЕ вулканы – сведений не существовало от слова вообще. А вот горячих источников и даже гейзеров – хватало. Значит, и здесь нечто подобное расположено. Потому что сама мысль, что здешний барон просто кипятит от нечего делать воды рядом протекающей реки, казалась абсурдной.
После рассмотрения рукоятей, кнопок и рычагов пришло понимание, что включить подъём клети – просто. Так же понималось, что рычаги задействуют какие-то звонки вверху и внизу, обозначающие «Внимание! Закрыть двери!», «Отойти от дверей!», или ещё нечто подобное.
Так что ничего не оставалось, как, тяжело вздохнув, отправиться по узенькой лестнице, которая крутым серпантином обвивалась вокруг шахтного ствола.
– Если не умру, то хоть прогреюсь окончательно! – ворчал себе под нос недавний утопленник. – Но как же это они меня просмотрели среди мёртвых? Неужели никаких признаков не заметили, что я дышу, например?.. Или в фазе клинической смерти находился?.. И почти не дышал?.. Тогда могу считать себя счастливчиком… И то не факт! Может, для меня было бы лучше сразу попасть в этот таинственный «грот» и познакомиться с тамошним ченнелингером? Не откладывая это дело, так сказать, в дальний ящик?.. А то у меня какие-то неприятные предчувствия. Как бы этот «кспариментатор» какого вреда моим товарищам не нанёс.
Он себя сразу настраивал, что товарищи живы, не утонули.
Поднимался долго. Ворчал постоянно, но всё тише и тише. Обессилел до крайности. Во время одного из кратких отдыхов, сидя на ступеньке, присмотрелся внимательнее к окружающей породе. Нельзя сказать, что он разбирался в ней на уровне дипломированного геолога, но уж простейший кварц опознал. А там и небольшое желтоватое вкрапление рассмотрел:
«Могу и ошибиться, но это вроде как золотокварцевая руда. Или просто повезло наткнуться на маленький кусочек подобной породы?»
Но чуть выше ещё раз заметил нечто подобное.
Что выбрался наверх, понял по поредевшему паровому облаку и по подспудному ощущению большого пространства вокруг. Да и жарче почему-то стало чуть ли не в два раза.
«Такое впечатление, что рядом плавильная печь, – шевельнулась мысль в оцепеневших от усталости мозгах. – О! И ходит там кто-то! Грохочет чем-то… Или это скрежещет камнедробилка? Хотя всё логично: шахта-руда-металл. Вот смеху-то будет, если тут золото в больших объёмах добывают».
Чеканку золотых монет дэмы вели только в своих Крепостях. И подделать эти единые монеты, отличающиеся только профилем каждого из сорока двух божеств, считалось почти невозможным делом. Никто, будучи в здравом уме, на территории сектора за подобное не брался. А вот в Диких землях творили что хотели. И чем дальше дворяне обитали от Большой стены, тем больше отвергали власть божественных сущностей. Хоть и боялись их до потери сознания. Боялись, лебезили, прославляли. Но при этом они не только свои деньги клепали разного формата и разного номинала, но и секторные деньги копировали, пуская в обиход по царствам и королевствам.
По этой причине дэмы старались взять под контроль любую золотодобычу в ближайших пределах, заставляя сдавать благородный металл администрации ДОМА. Конечно, при этом оплачивали такое действо вполне прилично. Но… нарушителей всё равно хватало.
Остатки пара развеивались плохо. Это могло как помешать чужаку при ориентации, так и помочь. Поль двигался осторожно в противоположную от скрежета сторону, туда, где тише, пусть там и пар показался гуще. Всё равно пришлось идти медленно, больше посматривая под ноги да полагаясь на слух. И всё равно встреча с первым человеком в этом тумане оказалась неожиданной. Тот банально бездельничал, сидя на какой-то лавке и откинувшись спиной на стену. Но рассмотрев проявляющийся в тумане силуэт вооруженного вояки, местный работник сорвался с места, словно его током ударило. Умчался, как ветер, только и успев выкрикнуть:
