Тогда как подруга озаботилась другим:
– Нам показалось, или ты в самом деле входил в дом?
– Входил. И всё по причине личного приказа дэма…
– Ещё скажи, что он только что являлся в твой палисадник? – хихикнула маркиза.
– Специально для вышедших недавно из Диких провинций даю пояснения. – Говоря это, Поль прошёл к столу в гостиной и уселся за него. Всем остальным жестом тоже предложил рассаживаться. – Властелинам не обязательно являться лично, чтобы мы услышали его голос. Достаточно послать порученца со специальным устройством, называемым рация. Вот по нему и можно переговариваться.
– Тебя срочно вызывают на миссию? – попыталась догадаться Галлиарда.
– Если бы. Тут проблемы гораздо серьёзнее, и хочу со всеми вами посоветоваться.
После чего сжато передал суть разговора с Прогрессором. Коснулся своих выводов по поводу возможного побега всей компанией за Большую стену. И в конце этого пересказа перешёл к неожиданному приказу передать трофейные плоды порученцу. Вот потому, мол, и заходил в дом.
– Но, как услыхал, что ты на кухне рубишь очередной плод, мне поплохело…
Не дослушав его, Аза унеслась в прихожую с воплем:
– Ты отдал мои пиняссы этому козлу?! – убедившись, что бесценного лакомства в самом деле нет, возопила так, что, наверное, по улице соседи вздрогнули. – О-о-о! Что за наглость?! Это наши с Галли трофеи! Только наши! Можно подумать, что подлый Бенджамин голодает или своих плантаций не имеет. Ворюга!
Не выдержав, на возмущённую подругу шикнула баронета:
– Да уймись ты! Чего это на тебя нашло? И как мог Поль ослушаться прямого распоряжения дэма?
– Как, как!.. Мне бы сказал! – Маркиза смотрела на парня, как на врага.
– А ты что могла сделать?
– Я бы спрятала и заставила его сказать, что всё уже съедено! – Говоря это, Рейна быстро успокоилась, вернулась за стол и уже совсем иным тоном рассуждала дальше: – Вам же понравилось? Было очень вкусно? Значит, можно было бы и соврать. Хоть раз в жизни…
После чего замолкла и окончательно поникла, склонив голову и признавая, что была неправа. Потому что все четверо, включая ребенка, пялились на неё в недоумении и с осуждением. А после должной паузы все сделали вид, что никакого глупого и бессмысленно срыва не было и оказавшаяся вдруг такой сладкоежкой маркиза ничего обидного и социально опасного в адрес властелина не выкрикивала.
Чувствуя к себе доверительное отношение, которое возникает только в дружной семье, Элен Макиллайна сразу перешла к обсуждению главного вопроса:
– Стоит ли идти по вызову к Азнаре Ревельдайне? Я твёрдо убеждена, что нет.
– И я с этим совершенно согласна! – поддержала няню баронета Фойтинэ. – Нельзя к ней идти. Она никогда не простит мне нечаянного убийства начальника тюрьмы, а отыграется на тебе.
– А мне, наоборот, кажется, что следует отправляться как можно быстрей. – Аза уже успела забыть о своём неприглядном поведении только что и с апломбом пустилась в поучения: – Любой власть имущий любит, когда ему покоряются и подчиняются. И оказывают при этом должное уважение. Наверняка властительница просто хочет взглянуть на друга такой отчаянной и решительной женщины, как Галлиарда. Шутка ли: и сама сбежала, и меня ещё при этом спасла.
– Скажешь такое! – мило засмущалась баронета. – У меня всё случайно получалось, и если бы не ты…
– Но ведь получалось? Значит, выше подбородок и не скромничай. Ну и возвращаясь к твоему вызову, Поль: бросай всё и отправляйся немедленно. Чем быстрей с этим справишься, тем быстрей сам вернёшься домой и спокойствие в него вернёшь.
– А если не вернётся? – не соглашалась баронета с подругой. – Если его убьют?
– Вот заладила! Да кому он нужен?
– Да и мы не были нужны! А вот ведь нас обеих похитили! – привела резонный довод Галли. – И вспомни, какие только нам издевательства обещали перед смертью.
– А кто обещал? Лично дэма? Наверное, это просто тот огромный чиновник нас решил попугать по собственной инициативе.
– Ага! И послал начальника тюрьмы нас насиловать? Мол, попугай их немножко?
Поль тоже вмешался со своим мнением:
– С другой стороны, Надариэль вроде как меня поощряет и отличает среди всех остальных а’первов. Не должен просто так отдать на потеху Азнаре…
Спор продолжился с ещё большей силой. Ну разве что Ласка сидела на удивление тихо и только прислушивалась к перепалке взрослых. Более получаса пытались переубедить друг друга, но к общему знаменателю прийти не удавалось. Сам же Труммер умом понимал, что явиться в Имение восемнадцатого сектора следует как можно быстрей, а вот сердце тревожно щемило при одном только воспоминании о работе в Крепости Азнары. Вспоминал перепуганные лица порученцев и распорядителей, шепчущих: «Они недовольны!» Жалел измождённых, обессиленных парней и ачи, которых порой приносили в массажные помещения. И не мог забыть обещание самому себе никогда больше туда не возвращаться.
Ведь если дэма и её развратное окружение не щадили, оскорбляли и унижали временно нанятый персонал, то что они могли совершить с человеком, осмелившимся нарушить святые законы ДОМА? Ведь как раз обращение с просьбой, хищение гарпии, воровство пинясс, не вспоминая уже о побеге пленниц, – это невероятный по длине список для самого жестокого наказания. И плевать, что бежал из тюрьмы не он, как и воровал не своими руками, но, раз заступился и просил за свою подругу, значит, всю прошлую её вину и будущую добровольно возлагаешь на свои плечи.
Ну и самое главное, как уже не раз упоминалось: пожелай Кобра смерти или немедленного ареста всей компании, от дома уже давно бы остались руины, а они все втроём находились бы в темнице, из которой никто сбежать не в состоянии.
Да и спор следовало сворачивать. Тем более что Аза вдруг стала отходить от основной темы:
– Ты так ничего и не рассказал о своей сестре. Не странно ли это? И с какой стати Прогрессор так приказал тебе ее опекать?
– Потом об этом поговорим, – отмахнулся Поль. – Только и скажу, что моя сестра, как и я, круглая сирота, и мы с ней прошли братание на крови. Дэм очень этим впечатлился и дал задание создать райские условия для малышки, пока она не будет всем обеспечена. А по поводу моего вызова… Предлагаю просто голосовать… Согласны? Тогда кто против моей поездки в восемнадцатый сектор?
Как он и предвидел, подняли руки Галлиарда и Элен.
– Кто «за»?
Поднятой руке Азы не удивился, а вот скромно поднятой ручке сестры оказался изумлён:
– Ласка! Ты уверена, что мне нечего бояться?
– Конечно! – заявила она с не присущей ей серьёзностью. – Дядя Бенджамин – очень добрый и тебя в обиду не даст. Да и ты любую тётку обведёшь вокруг пальца. Она же старая, правда?
– Ха-ха! Старая, говоришь? Ты видишь перед собой Азу? Ну так вот, Азнара выглядит всего лишь чуточку старее. Лет на пять, может, на десять.
Малая так пристально уставилась на маркизу, что та не выдержала, показала ей язык и прыснула не совсем искренним смехом. Ну и непонятно почему, дитё сделало следующие выводы:
– Если она такая, как Аза, то обмануть её будет трудно… Но ты же у меня самый умный, правда?
Пришлось кивать головой и принимать окончательное решение:
– Ладно, тогда мой голос тоже будет «за»! Меня только волнует, чем вы займётесь в моё отсутствие? – Заметив, что подруга на него смотрит как на покойника и уже готова расплакаться, жёстко предупредил: – Не вздумай меня провожать слезами! Веди себя спокойно и по-деловому. На тебе остаётся весь дом… второй дом и ведение хозяйства. К тому же у нас совсем мало денег. И я, к сожалению, не могу придумать, где их взять. Разве что опять друзей побеспокоить? В счёт будущего вознаграждения, может, и одолжу златов тридцать…
Аза фыркнула и в противоречие собственным, недавно прозвучавшим утверждениям заявила:
– Вдруг ты погибнешь? Или тебя надолго запрут в темницу? Поэтому лучший выход – это устроить немедленный аукцион по продаже вещей покойного цветочника. Тебе они не нужны, зато денег могут принести немало. И если сейчас сразу известить старосту квартала, то уже сегодня к вечеру или к завтрашнему утру можно будет продать первую партию.
