«Проклятье!» — прошипела я. Резко оттолкнулась ногами, взвившись, как распрямленная пружина. Обхватила голую Марту, выбивая ее из их идеального тройничка. И мы вместе с ней покатились кубарем к противоположной соломенной стене. Еще не вполне осознавшая, что происходит, Марта резко рванулась и двинула меня одним локтем по губе, а второй куда-то под дых. Да так сильно, заррраза, что у меня моментально весь воздух из легких вылетел.

«В драке против нее у меня никаких шансов, стопудово… » — подумала я, не обращая внимания ни на звон в голове, ни на вкус крови во рту, ни на отсутствие кислорода.

С самого начала сегодняшнего «шоу» я как-то выпустила из вида Лагезу, следя только за метаморфозами ауры Мартина. А зря! Совершенно зря!

И сейчас я почти завороженно смотрела, как перемешанные всполохи страха, унижения, похоти и обиды с одной стороны и ненависть, ярость, похоть и стыд с другой смешиваются, сплетаются, содрогаются в конвульсиях, расплескивая во все стороны клочья почти осязаемых чувств.

И как постепенно все эти тошнотворное многоцветье темнеет, теряя краски и оттенки. И превращается в то, чем должно было стать совсем даже не сегодня!

Впрочем…

«В этом есть даже определенный шик… — отстраненно подумала я. — Для тьмы, разумеется…»

Прямо мой педагогический триумф, можно сказать — лежать, придавленной голой девицей в полтора раза больше меня, чувствуя спиной каждую соломинку в этой долбаной стене. И трогая языком разбитую губу.

Идеально, просто…

— Отпусти меня, ты… — Марта так яростно задергалась, что у меня ребра хрустнули от контакта с ее локтем. А, ну да, ей-то не видно, что тут на самом деле происходит. Для нее все выглядит так, будто Лагеза и Мартин, все еще в некоторой постогразменной прострации, просто смотрят друг на друга. Ей не видно, как темные щупальца только что самоинициировавшихся темных магов потянулись друг к другу. Как сначала у Мартина, а потом у Лагезы угасли искры последних человеческих чувств, поглощенные блаженной темной ненавистью. Чистой, незамутненной, стремительно заполняющей души обоих моих учеников. От кончиков волос до кончиков пальцев.

— Заткнись, дура, — прошипела я. — В твоих интересах сейчас вообще не отсвечивать!

— Да что ты мне… — взвизгнула Марта и локоть ее снова засветил мне под дых.

Но вскочить она, к счастью, не успела.

Потому что в этот момент тьма Мартина встретилась с тьмой Лагезы.

Вопль нечеловеческой боли был коротким и потонул в грохоте аплодисментов и воплей из зала. До Марты наконец-то дошло, что это я не кайф ей решила обломать, и замерла.

Мартин и Лагеза рухнули на пол, как два мешка с… Ну, с чем-то.

— Вот теперь уже можно с меня и встать, — сказала я, ткнув замершую Марту пальцем в голое плечо.

— Что… Что с ними случилось? — сдавленно спросила Марта, скатилась с меня и встала на ноги. Надо же, она даже в таком виде и в такой ситуации умудряется смотреться чуть ли не невинной овечкой… И не скажешь, что она несколько минут назад кончила с двумя членами внутри…

— Вот сейчас и посмотрим, — сказала я. Ох, блин… Кажется, она и правда сломала мне ребро, дылда здоровенная!

С некоторым трудом я встала на ноги.

— Они… они что, друг друга убили? — прошептала Марта.

Вообще, со стороны и правда можно было так подумать. Дыхания было незаметно, бледные оба, как гипсовые посмертные маски самих себя. Смуглый Лагеза как будто пеплом присыпанный…

— Они живы, не ссы, — отозвалась я, выдержав драматическую паузу. — Ну что ты стоишь, натягивай платье. Я одна их до медблока не дотащу.

Вид я имела, конечно, бравый и ироничный. Но мысленно уже предвкушала тот разнос, который мне устроят на малом совете. Мне ведь дали добро на одного темного. А у меня тут двое. Новеньких, только что стихийно иницировавшихся…

— Спасибо, — тихо сказала Марта.

— А, ты еще здесь? — я подняла голову и сфокусировала взгляд на стоящей передо мной блондинкой. — Можешь идти обратно на бал, все нормально будет. А за что ты меня благодаришь, кстати?

— Ну, за те слова в зале, — замялась Марта. — Я уже думала, что мне конец теперь. Моей репутации… Всему…

Ну да, наверное, на ее месте я бы тоже за репутацию переживала.

— Пожалуйста, — усмехнулась я.

На лице Марты появилась кислая улыбка.

— А с ними… все будет хорошо? — спросила она, кивнув уже слегка приведенной в порядок блондинистой головой в сторону двери медблока.

— К утру очухаются, если ты об этом, — сказала я. — Но жизнь им предстоит сложная. И скорее всего, короткая.

— Ну… ладно, — Марта снова помялась. — Тогда я пойду, да?

— Конечно, я же сказала, — я пожала плечами. И посмотрела на свои босые ноги. Блин, а туфли-то я в лабиринте, похоже, забыла. Как-то не до них было в тот момент.

Марта радостно, почти вприпрыжку ускакала по пустому коридору.

А я осталась. Суровая дежурная медичка меня бесцеремонно выставила, выслушав, что произошло с Лагезой и Мартином. Сухо кивнула, заявив, что я моя помощь не потребуется. Но уходить я все равно не спешила. Кто знает, может они окажутся крепкими и очнутся раньше… Со спонтанной инициацией не угадаешь. Так что посижу пока. Подумаю…

Вообще, конечно, когда мы вытащили с Мартой два бесчувственных тела из лабиринта это вызвало тот еще нездоровый ажиотаж. Пока мы отсутствовали, на балу случилась драка, с применением магии и мгновенным отчислением кого-то из Инферно, потом скандально как-то прошел королевский танец, потом еще, говорят, бюрошники явились… Какие еще бюрошники могут быть в Индеворе, что за бред вообще? Индевор автономен, всемогущие сотрудники Бюро Магических Аномалий сюда не могут вот так просто заявиться, да еще и арестовать кого-то. Разве что ряженые какие-то. Ну, там, сюрприз-розыгрыш. В принципе, в духе нашего колледжа, кто-то мог устроить что-то подобное…

В общем, в тот момент, когда мы появились, такие все красивые, народ уже был взвинчен, так что нас моментально обступили со всех сторон и принялись язвить и высказывать всякие предположения о том, чем мы там занимались,что умудрились двоих старшекурсников до бесчувствия затрахать.

Пришлось рыкнуть, применить немного темной магии для усиления эффекта, грозно пообещать любому, кто преградит дорогу мне и моей ассистентке Марте массу неприятных ощущений…

Темная магия, даже в демо-версии, моментально протрезвляет. Так что всякие шутеечки моментально закончились, тут же нашлись помощники. Которые дотащили до медблока моих подопечных и шустро испарились сразу после.

В коридоре раздались уверенные шаги. Быстрые, но неторопливые. Я знала, кто это идет, где-то в глубине души встрепенулась радость. Но сил поднять голову уже не было. Придавило меня будущими последствиями сегодняшних приключений. И немного ощущением собственной педагогической профнепригодности. Не то, чтобы я прямо рвалась продолжать карьеру темного наставника, но так быстро и феерически облажаться — это ее суметь надо.

— Ты как? — Ван Дорн бесцеремонно подхватил меня под мышки и поставил на ноги. Я посмотрела ему в глаза и вздохнула с некоторым облегчением. Он в курсе. Не придется еще раз пересказывать, что случилось с парнями и почему я тут сижу с таким кислым видом.

— Марта рассказала? — спросила я.

— Столкнулся с ней на входе в бальный зал, — кивнул Ван Дорн и легонько коснулся пальцем моей разбитой губы. — Почему тебе не оказали помощь?

— Сказали, само заживет, будут они еще ценные зелья на всякую ерунду тратить, — хихикнула я. — Почему ты на меня так смотришь?

— Оцениваю, надо ли устроить тебе до утра политическое убежище, или ты в состоянии выдержать надвигающийся шторм, — усмехнулся он.

— И как? — с надеждой спросила я.

— Ты в порядке, — усмехнулся он и звонко шлепнул меня по заднице. Так неожиданно, что я даже ойкнула.

— Они прямо сюда скандалить идут? — спросила я.

— Нет, мне велено доставить тебя немедленно в кабинет ректора Картера. — Так что идем. Где твои туфли?