Страшно мне было?

О, да! И еще как!

Да, немного уверенности добавляло то, что Кроули и Ван Дорн клятвенно заверили меня, что они обо всем позаботятся. Но все равно… Мало ли, что там придумали два прожженых интригана — мой отец и Оберон Ван Дорн. Надо же, никогда не могла представить себе, что эти двое когда-то споются… Они же кровные враги!

С этими примерно мыслями я и «вынырнула» из пряного сумрака зеленого коридора на выгибающийся плавной дугой берег озера Иштар.

И страшно мне было или нет, вообще стало неважно, потому что дух от вида привычно так захватило. С этого ракурса воды озера были темными, почти черными. С тяжелыми ртутными переливами. И в них, как в зеркале, отражалась разноцветная чаща, нависающая над водой с противоположной стороны. Здесь было тихо, убийственно тихо. Так, словно в двух шагах не было ни шумного колледжа, ни круглосуточно бурлящего Сити. Безмятежность и покой. И могучая стена Запретной Чащи. Граница которой проходила чуть дальше от берега, так что никакой опасности не было.

Никакой… опасности…

— И что теперь? — спросил Мартин, оглядываясь.

— Будем ждать, — пожала плечами я и направилась к обшарпанному деревянному пирсу из почерневших досок. Там еще раньше стояла лодочка, чтобы желающие могли романтично так покататься по зеркальной глади озера. Но сейчас от этой лодки остался только прогнивший скелет, наполовину утонувший в песчаной прибрежной полосе. А соорудить новую никто как-то и не подумал.

— Птицы не поют, странно, — задумчиво сказал Мартин, неотступно следуя за мной. Я потрогала ногой старые доски. Даже не скрипнули. На века построено. Наверняка даже магию какую-то применили, чтобы эта шаткая на вид деревянная конструкция не развалилась.

— Как в Запретной Чаще, да? — усмехнулась я и собралась.

— Но граница же там, дальше, — нахмурился Мартин, вглядываясь в противоположный берег.

— Да, дальше… — эхом ответила я, вглядываясь в мешанину ярких листьев и веток.

Да твою ж мать…

Мелькнул и скрылся в оранжевых листьях клена красный колпак.

Тишину нарушило мерзкое хихиканье.

Еще один колпак. И еще.

Раззявленная зубастая пасть. Зашумели кусты, как будто через них пробирается что-то большое и тяжелое.

— Мартин, справа! — крикнула я. Он только начал поворачивать голову, и стало понятно, что не успеет. Я с силой толкнула его, скрипнув зубами от боли в сломанном ребре. «Отличная мы боевая команда, — саркастично подумала я, когда мы рухнули на траву. Он на спину, а я сверху. — Сломанные ребра и разбитые лица!»

И в тот же момент над нами противно свистнули первые колючие «снаряды» самых нетерпеливых Красных Колпаков.

Безмятежные воды озера вспенились, от того берега к нашему рванули длинные черные «торпеды» зухосов. И, раздвигая мохнатыми лапами кусты, на противоположный берег выбрался здоровенный, как слон, кругопряд. Проклятье, я даже не знала, что они могут вырастать до таких размеров! Он же как дом!

— Но там же граница… — обалдело проговорил Мартин. — Она не проходима для монстров…

— Если кто-то ее заранее не испортил… — зло прошипела я.

Когда когтистые лапы первых двух зухосов вылезли из воды на берег, у меня сработали отработанные рефлексы, и руки сами собой сложились в жест защитного купола. Но энергия, разумеется, шибанула меня сначала в башку, и одновременно с этим заполыхала нестерпимой болью лодыжка, засияв всеми своими камешками. Мой арестантский браслет на ноге был самой мерзкой из всех возможных конфигураций. Обычные артефакты такого рода просто глушит магию. Но в особых случаях, типа моего, суд напяливает совершенно изуверский «аксессуар». Он не мешает концентрировать и фокусировать энергию. Просто направляет ее на тебя же.

Я заорала, скатившись с Мартина и сжалась в бесполезный комочек боли. И только запах паленой кожи напоминал мне, что я все еще в сознании.

К чести Мартина, он опомнился быстро. Несмотря на сломанные ребра и разбитое лицо. И первых зухосов, бросившихся к нам, отшвырнула фиолетовая Волна Бейла. И тут же нас окружил переливающийся мыльный пузырь купола. От «снарядов» красных колпаков такой не защитит, можно только уворачиваться. Но когти и зубы зухосов и жвалы кругопряда остановит. Хотя бы временно.

Ах, как жаль, что я сейчас такой бесполезный кусок мяса! Если бы не этот браслет, я бы даже с азартом и вызовом восприняла этот весь движ. Но я могла только темную магию. А тот, кто испортил ограду между Запретной Чащей и Индевором, подогнал туда именно тот набор тварей, которым моя темная магия вообще до фонаря. Красные Колпаки в ответ на темные воздействия только хохочут. Как от щекотки. А зухосы с кругопрядами неразумные. Им пофигу вообще. Ну, то есть, чисто технически, кругопряд вроде как разумный даже, и если бы я была темной вроде моего отца, то я его положила бы конечно. Но мой профиль тьмы был не об этом. Впрочем, как и Мартина. Мы с ним, в каком-то смысле, темные близнецы по стартовым условиям…

Пузырь защитного купола затрепетал под атакой сразу четырех зухосов. И еще несколько торопливо гребли через озеро к нашему берегу. Перед моим лицом по песку запрыгала колючая луковица сучьего вымени. Ну да, фантазия этих мелких говнюков всегда была извращенной. Они могли и свои магические снаряды делать, но зачем, когда можно набить карманы всякими плодами неприятных магических растений и швыряться ими. Хорошо еще, что для огнецветок сейчас не сезон, а то бы нас в этом защитном куполе запекло, как в духовке.

«Приятно познакомиться, два темных мага с хрустящей корочкой, — с сарказмом подумала я, медленно возвращаясь из своего персонального ада в реальность. — Вот только где же моя огневая поддержка?…»

И будто в ответ на мои мысли раздался визг, переходящий в хныканье. А потом мою спину обдало волной жара. Зухос, в пасть которого я уперлась взглядом, когда подняла с песка голову, обуглился с одной стороны и завалился на бок. А потом сверху посыпались острые осколки льда вперемешку с фиолетовыми всполохами пламени. Кругопряд, как самый сообразительный, живо перебирая всеми своими восемью конечностями и поджав подпаленный хвост, убрался в заросли. Красные колпаки принялись бестолково носиться по берегу, верещать и швыряться теперь уже неприцельно. Всем подряд, кажется, включая свои какашки.

А два декана, Кроули и Ван Дорн, стояли на нашем берегу и фигачили без перерыва. Прямо по площадям. И так филигранно, что наш чахленький купол, который от магии совсем даже не защищает, волны разбушевавшихся по их указке стихий даже не задевали. Четенько так по краю проходили.

Я оперлась на ладони и села на песок, даже с некоторым восторгом глядя на то, что творят наши магистры. Мне до их уровня еще расти и расти, даже когда браслет снимут. Я по площадям стихиями бить не умею.

Но тут было что-то уж очень много тварей. То есть, мало того, что в самой защите брешь, там еще и приманка какая-то поставлена. Когда училась, мы неоднократно совершали вылазки в Запретную Чащу, как легальные, в рамках занятий по боевой магии, гербологии и монстрологии, так и нелегальные. Когда проспорил. Ну или срочно было нужно получить редкий ингредиент, но в лабораторию с этим запросом соваться было нельзя. И никогда я не видела, чтобы в одном месте было СТОЛЬКО тварей. Вроде ходили слухи, что есть специальные приманки, как адресные, так и общие. Но егеря — товарищи неболтливые, и свои секреты кому попало не рассказывают.

Черный вихрь портала ракрылся на самой кромке озера, выпуская из своего мрачного чрева моего отца и двух его телохранов. Последние, без всяких промедлений, шибанули в озеро «ледяной мост» и с разбегу проскользили по нему на противоположную сторону. Вызвав среди остатков Красных Колпаков еще большую панику.

— Не дайте ему уйти! — излучая праведную ярость выкрикнул отец, взмахнул тростью, вызывая дикий порыв ветра, который пробил в чаще на той стороне просторный такой коридор.