А он тем временем сжигает взглядом, от которого внутри все ноет и болит.

— Жизнь лекаря, лишенного дара, уж точно не ценнее жизни правителя, — говорю я и хочу отпить, чтобы все это, наконец, закончилось, но он вырывает чашу и ставит ее на поднос с такой злостью, что зелье расплескивается. Не до конца, слава богам. На пару глотков тут хватит. А мне нужен лишь один.

— Пей, — велит владыка, поднимая для меня синюю чашу.

Он это серьёзно? Откажется от своего здоровья в пользу моей жизни?

В этом нет никакого смысла, только если….

— Я не Мия, правитель, — говорю ему с болью в голосе. — Та, перед кем вы чувствуете вину, та, кого вы хотите спасти, не я. Вы опять нас путаете.

Застывает. Но лишь на секунду. В его синих глазах творится что-то совсем мне непонятное. Непонятное уму, но сердце к этому предательски тянется.

— Не путаю. — выдаёт он так, что все внутри переворачивается. — Уже давно не путаю, Анна.

Еще миг, и он тянет меня к себе, заставляя впечататься в него всем телом и ощутить его жар его кожи, что проникает даже сквозь ткань. Накрывает мои губы таким страстным поцелуем, что я теряю равновесие. Буквально обмякаю в его руках. Сердце бьется как бешеное, оглушая меня.

Это тело Мии так стремиться ему подчиниться или…. Я ведь не сошла еще с ума!

— Ты бы знала, чего мне стоило все это время не касаться тебя, — шепчет мне прямо в губы, обхватив руками мое лицо, чтобы я не попыталась сбежать.

А я и не думаю. Внутри меня будто взрываются тысячи фейерверков. То, что я чувствую сложно объяснить словами. Это похоже на безответную первую любовь, которая наконец-то стала ответной. На глаза почему-то просятся слезы, а все внутри дрожит, как листья на ветру.

Почему так? Что же это со мной? Я не могла быть в него влюблена, сама того не осознавая. Это были чувства Мии, не мои. Но почему тогда внутри такой трепет от его слов? Почему по заложенному сердцу разливается тепло от одного лишь взгляда короля? Взгляда, говорящего громче тысячи голосов.

Почему тогда я предательски таю в его объятиях того, от кого готова была бежать? Я не понимаю, что происходит….

— Я думала вы ненавидите меня.

— Невозможно долго ненавидеть то, что так отчаянно желаешь. — говорит мне король, заставляя сердце биться все чаще. Я не должна ему верить! — Но можно сходить с ума, если от этого бежать. Ты моя единственная слабость. Анна.

Он произносит мое имя так, что меня накрывает волнами гипноза. Я хочу. Я хочу услышать еще раз, как он меня зовет. Не зло, не строго, а чувственно. Так как сейчас….

А он вновь накрывает губы поцелуем, заставляя забыть обо всем. заставляя трепетать, бояться, пытаться оторваться от него и тут же вжиматься, будто если отойду хоть на шаг — погибну.

А ведь в самом деле погибну…. Но это сейчас будто и не осознаю. Мысли путаются, чувства плещутся внутри как цунами. Я сгораю в его руках. И я, глупая, совсем не боюсь стать пеплом.

Пеплом в его руках. Если уж мне суждено, то пусть это случится так в забвение страсти, пылающей так, что мы оба забываем, чего ради все этого затевалось.

— Зелье! — спохватывается король и тянет мне синюю чашку первой, а затем красную. Едва делаю последний глоток, как король вновь крадет мой поцелуй, запуская пальцы в копну моих волос. А затем опускается ниже к шее, заставляя меня испытывать такое, о чем я и подумать не могла.

В пору бы испугаться. Ведь он — страстный, дикий, неуправляемый огонь. Но я не боюсь, даже когда король, схватив меня на руки и закружив, опускает на белые простыни. Касается шнурков моей одежды и вдруг останавливается.

— Я буду нежен, — обещает он, несмотря на свою дикую жажду. — Ты веришь мне.

Киваю…. А он держит свое слово, заставляя меня гореть от страсти и трепетать от чувственности. Я беспомощна. Я — его. А он несет меня к звездам.

Мне тепло. Мне уютно и впервые так спокойно, будто я дома. Хотя, я толком и не знаю, что такое дом. Не помню. Сквозь темную пелену вижу какие-то нечеткие картинки. Детский смех, разговоры, звон хрустальной посуды. Чувствую ласки теплых лучей солнца.

Но ласкает мои плечи не оно, а король, в чьей постели я медленно пробуждаюсь.

На секунду паникую и стыжусь своей наготы, прикрытой тонкой простыней, и боюсь открывать глаза. Боюсь, что моя чудесная сказка закончится.

А как иначе? Какое будущее может ждать безродную целительницу, лишившуюся дара, и владыку этого государства? Его нет. Этого будущего для нас нет.

Но куда больше меня страшит другое. Я боюсь вновь увидеть холод безразличия в синих глазах короля или услышать страшные слова. Что все, что было ранее, не имеет значения сейчас.

— Я знаю, что ты не спишь, Анна, — касается моего слуха его шепот.

Вздрагиваю и моментом открываю глаза. Застываю, пока мозг в панике считывает эмоции короля.

— Ваше Величество….

— Ардер, — говорит он, мягко улыбаясь.

— Что? — немного теряюсь то ли от тепла на его лице, то ли от непонятного слова.

— Меня зовут Ардер. Ардер Саарх, когда мы вдвоем зови меня просто по имени, — говорит он и я моргаю пару раз.

Не могу поверить, что это не сон. Что меня не гонят, что я в постели короля, который не открывает от меня взгляда. Более того, он назвал свое настоящее имя. Имя, которое при жизни короли не называют, опасаясь проклятий ведьм и колдунов. Их имена открывают лишь после смерти. А он мне сказал….

— Произнеси.

— Что?

— Произнеси мое имя, — просит он, а я вот-вот икать начну от мысли об этом.

Короля и по имени…. Такая, как я?

— Ардер, — шепчу, набравшись смелости, и он улыбается так, будто увидел солнце после месяца проливных дождей. Целует мою руку и я замираю.

А как он смотрит….

Это ведь не потому, что я похожа на нее. Боги, молю….

— Ты прекрасна. Но слишком умна для женщины.

— А?

— Твоё? — показывает он мне тот самый лист с предложением по “перевороту” всех законов государства. Не всех, конечно, но… эм…. Права женщин все такое.

Боги, я о нем совсем забыла!

— С каждой секундой ты удивляешь меня все больше, — выдает король.

— Это плохо или хорошо? — напрягаюсь я, натягивая на себя простыни.

— Это опасно и очень заводит, — опасно улыбается он и тут же затягивает меня в страстный поцелуй, заставляя позабыть обо всем на свете. Вновь погружая меня в бесконечный сладостный сон.

да, сон. Это не может быть правдой. Я не могу чувствовать того, что чувствую, а он не может поступать так, как поступает, и все….

Король отрывается с явной неохотой, а я не понимаю в чем дело.

— Я обещал, что тебе не наврежу. Придется потерпеть мне пару дней, — выдает он, а я все еще ловлю шок от его белоснежной улыбки.

— Ваше Величество….

— Ардер, — поправляет он меня.

— Ардер, — тихо повторяю я, и всякий раз произнося это имя внутри меня все вздрагивает. Но хуже того, я забываю, о чем сейчас хотела его спросить. Зато быстро вспоминаю про уборную, что благо, находится в его покоях.

Туда и спешу, и лишь сделав несколько шагов, ощущаю несколько иные ощущения. Немного саднит, но не больно. Зато краска приливает к щекам. Спешу поскорее омыть лицо ледяной водой, а затем и вовсе встаю под струи душа. Надеюсь, меня там не посчитают утопившейся или безвести пропавшей.

Едва обматываюсь полотенцем, стучат.

Придворная дама вносит легкое тонкое платье. Хочет помочь мне одеться, но я решаю справиться сама.

Красивая нежно-розовая шелковая ткань обнимает мой стан, и струится длинной юбкой к полу. Оно прекрасно настолько, что я целиком и полностью выгляжу иначе. Словом, как дама из высшего сословия. Но ведь это все обман.

Это все сон, который рано или поздно закончится. И хоть я это и знаю, но сейчас ни о чем не жалею. Глупая? Так влюбится в короля…. Как? Когда? Я точно не в себе. И чем дольше думаю, тем опаснее становятся мысли.

Надо бы выйти, а мне не хватает духу открыть дверь. Я не знаю, как себя вести, что говорить. Будто вся моя смелость в миг испарилась.