Смотри вон мелкий, слева, вот дает

Ну натуральная ракета

Соперник ждет, или не ждет?

Но не догнать его, тут до скончания света

А вон опорник, здоровенная дубина

Он выжигает все на раз

И вся игра уходит в тину

Ну да такое вот сейчас

А это бек, центральный, тоже здоровенный

Король он воздуха и по ногам мастак

И за собой оставит след не тленный

И забивает тоже так

А это крайний, ну защитник тоже

Везде успел и все сумел

И у него два сердца тут похоже

И все лежат, а он то смел

А это кто? Центральный хав похоже

Вот он везде….где мяч, вот там и он

Не возмутим и чувствует, ну кожей

Куда летим, зачем идем?

А это форвард, забивала

Еще он столб и о него побьются

Бывает много, бывает мало

Но забивает…. тогда кошмары тут творятся

А это кипер, ну вратарь, так проще

Стоит он в рамке, как последний постовой

Мячи летят, но не пробить его тут больше

Один он тут и для своих он свой

А это вот, редчайший экземпляр

Тот что фантазией зовется

Кошмар соперника, надежды юбиляр

Вот без него ни что не создается

А это тот, кто все придумал

Расставил всех по их местам

Он Главный, Тренер, он не мал

И вот всегда и все решает сам

А вместе все, они команда

Да, та, что будет побеждать

И сомневаться тут не надо

Они способны все решать.

Керчь встретила их так, как умеют встречать только очень старые города, давно переставшие кому-то что-то доказывать. Не шумом, не суетой, не попыткой понравиться с первого взгляда. Она просто стояла на своем месте — у воды, у ветра, у солнца, на пересечении дорог, эпох и морей — и словно говорила: хотите, смотрите; не хотите, все равно никуда от меня не денетесь.

Яхта пришла утром, когда воздух уже прогрелся, но еще не стал ленивым. Море светилось ровным летним блеском, чайки вели себя нагло, как местные завсегдатаи, а на причале было то особенное курортно-портовое движение, в котором никто вроде бы никуда не спешит, но все постоянно чем-то заняты.

Дан первым соскочил на берег, потянулся и посмотрел по сторонам так, словно примерял город на себя. За ним сошли девушки — и причал немедленно стал красивее, чем был минуту назад. Это заметили все. Даже суровый капитан Игорь Сергеевич, человек, который умел смотреть на шторм с выражением «ну и что ты мне сделаешь», при виде этой пестрой, сияющей компании чуть заметно усмехнулся и велел мотористу проверить снасти, будто именно снасти были главным источником беспокойства.

— Ну что, — сказал Дан, оглядывая своих спутниц, — пойдем смотреть древности. Надо же мне соответствовать. Я человек почти исторический, значит и гулять должен по местам с репутацией.

— У тебя не репутация, — заметила Лена. — У тебя уже фольклор.

— Это еще лучше, — не смутился Дан. — История — это то, что в учебниках. А фольклор — это то, что люди пересказывают с удовольствием.

— И с недоверием, — добавила Наташа.

— Зависть — тоже форма признания, — важно ответил он.

Оля только покачала головой, но уже улыбалась. С Даном невозможно было долго держать серьезное лицо. Он даже утро превращал в маленькое представление, причем не специально — просто так был устроен. В нем все время что-то искрило: мысль, шутка, энергия, желание двигаться дальше, смотреть, трогать, жить.

Керчь ему понравилась сразу. Не как туристу нравится красивый вид, а как человеку, который чувствует место. Здесь было что-то очень правильное — грубоватое, выветренное, честное. Камень, лестницы, старые стены, подъемы, спуски, запах моря, рыбы, пыли, солнца. Город словно не пытался скрыть свой возраст. Наоборот, носил его как орден.

Они пошли вверх по улице, потом еще выше, туда, где город начинал раскрываться слоями — старое под новым, новое на старом, и все вместе удивительно живое. Дан время от времени останавливался, смотрел на развалины, на камень, на арки, на обломки какого-то давно ушедшего мира и молчал. Для него это было редкое состояние, поэтому девушки переглядывались с легким интересом.

— О чем задумался? — спросила Несса, подходя к нему ближе.

— О наглости времени, — ответил он. — Представляешь, тут кто-то жил две тысячи лет назад, строил, любил, торговал, ругался, считал себя очень важным. А потом пришли другие. Потом еще. Потом еще. И вот мы идем, глазеем, обсуждаем, где пообедать.

— Ты хочешь сказать, что все тленно? — с наигранной тревогой спросила Маша.

— Нет, — сказал Дан. — Я хочу сказать, что обедать все равно надо. Это единственная цивилизационная константа.

Маша фыркнула.

— Вот теперь я узнаю нашего философа.

Они поднялись еще выше. Отсюда город, вода и дальние линии берега соединялись в одну широкую картину, от которой хотелось дышать глубже. Где-то там сходились Азов и Черное море, и в этом чувствовалось что-то почти символическое: разные воды, разные ветра, разные дороги, а пространство одно. Дан стоял, прищурившись, ловил лицом ветер и испытывал то знакомое чувство, которое приходило к нему иногда на больших пространствах — на стадионе перед матчем, на берегу перед отплытием, в городе, где все только начинается. Чувство пути. Не просто дороги из точки в точку, а движения по собственной траектории, которую уже не отменить.

Наташа, заметив, как он замолчал, тихо взяла его под руку.

— Красиво? — спросила она.

— Очень, — сказал он. — Здесь хорошо понимаешь, что мир большой. И что в нем еще много чего можно успеть.

— Например?

— Например, сначала погулять. Потом поесть. Потом купить вам что-нибудь на рынке. Потом искупаться. Потом обязательно найти мяч и устроить безобразие.

— А если безобразие найдет тебя раньше? — поинтересовалась Лена.

— Тогда я его возглавлю, — серьезно ответил Дан.

Это было настолько похоже на правду, что все рассмеялись.

Они долго ходили по городу. Не спешили, сворачивали туда, куда хотелось, задерживались у старых стен, у смотровых площадок, у переулков, где тень еще держалась за камень, хотя день уже уверенно вступал в свои права. Дан слушал уличный шум, чужие разговоры, иногда цеплял взглядом чьи-то лица и почти машинально отмечал походку, характер, настроение. Привычка спортсмена, привыкшего читать соперника за доли секунды, давно распространилась на весь мир. Он и город ощущал так же — не глазами туриста, а как игру, в которую надо быстро вникнуть.