— Но осталась еще одна вещь… — сказал я тоном лейтенанта Коломбо. — Где ты взял ключи?

— Так в арке заднего колеса, синьор. Многие чоло так делают, там коробочка на магнитике. Я проверил — они там и оказались.

Права его Марианна, не настоящий я чоло, раз про такие подробности не знал. Но мне простительно.

В понедельник к нам в офис заехали «Больцман и Флорес» с новостями. Пока Глория распекала за какую-то ерунду Трейси, адвокат зашел в наш с Линдой кабинет и выложил все, как есть.

— Копы дожали раненого грабителя до сделки с правосудием и признания, так что Линду в суд по его делу не вызовут, — рассказал Лео.

— И что он показал? Где компьютер? — закономерно спросил я.

— Да ничего ценного. Что его нанял латиноамериканец по имени «мистер Пи». Еще имелись «мистер Джи» и «мистер Эйч». Их целью было вынести вообще всё, но Линда и кошка им помешали. Схватили то, что показалось самым ценным. Цель выбирал его подельник, он же вырубил охранника. Членов банды он не знает, только первые буквы имен. Товар собирался сбросить «Пи».

Линда звонко ругнулась и тут же зажала рот ладошками, явно не ожидая, что получится настолько громко.

— Ага, всё так и есть. Я вам советую не экономить на охране и страховке.

— Лео, а как по поводу того разбирательства… ну… ты говорил?

— Пока никак, пацан, большая часть претензий абсурдна, мелочная месть даже не моей стервы бывшей, а ее дядюшки. Самое моё уязвимое место — миссис Флорес. А потому, кто бы что ни спросил, запомните — она никогда не давала вам юридических консультаций и не составляла для вас договоров. Максимум — передавала мои слова и подготовленные мной документы. Ты, конечно, подставил меня, пацан, когда из-за дурацкой шутки заставил вынести ее фамилию в название фирмы. Это не запрещено, но появился повод сказать, что я выдаю женщину без лицензии за настоящего адвоката. Но я сам виноват, что повелся и решил сделать даме приятно.

— И что вы будете делать?

— Решать проблему в правовом поле, пацан. Как и всегда.

Шесть недель уже прошло после операции и к четвергу пришло время планового осмотра у доктора Розенталя. В этот раз меня позвали в кабинет сразу. Доктор долго изучал горло Линды через хромированную трубку с лампочкой и остался доволен.

— Таки красота, — подвел он итог наблюдений. — Края гладкие, смыкаются полностью, никаких сюрпризов. Юная леди, с завтрашнего дня отменяю ваш временной лимит на разговоры. Но зарубите на своем прелестном носу — шептать по-прежнему нельзя, а кричать — нельзя вдвойне. Даже если молодой человек что-нибудь натворит.

— Почему я должен что-то натворить?

— Потому что вам восемнадцать и вы влюблены, юноша. У медицины, знаю по своему опыту, нет от этого лечения.

В тот же день к дяде Лёше Алкорну приехал контейнер из Тайваня, с образцами экранов для Тетриса с четырех фабрик.

— Парень, приглашаю тебя завтра на конкурс красоты «мисс Тетрис 1983», — объявил он, когда дозвонился к нам в офис.

— Мы будем выбирать лучший экран? — догадалась Линда, подслушавшая разговор.

— Почти правильно. Два лучших экрана. Изначально я отобрал десять фабрик, шесть отсеялись по разным причинам, на четырех заказал пробную партию по сотне штук. Сейчас они нам обошлись по двадцать долларов за каждый, но с по-настоящему массовым производством собьем цену до доллара с небольшим. Жду завтра.

И мы с Линдой заехали к нему с самого утра, выступить членами жюри.

Кларк, электронщик Эла, открыл коробку и показал нам экран. Тусклый, серый, типичный ЖК. Если прищуриться, становились различимы кубики.

Тут же распаковал трех других претенденток.

— Представляю вам конкурсанток «Мисс Тетрис 1983», — объявил Алкорн. — У нас тут четыре финалистки: Ши-Тай Электроникс, Мезостейт Индастриз, Тайвань Лайтер и Гаосюн Хитачи Электроникс.

Как и полагается в подобных случаях, мы всех посмотрели. Лучший вариант, вестимо, оказался у Хитачи — контрастный, отзывчивый и с низким заявленным процентом брака. Но он же и самый дорогой, цена в полтора раза выше конкурентов.

Ши-Тай мог похвастать отличной контрастностью, но в каждом третьем мы обнаружили потекшие кристаллы. С ними если и работать, то с драконовскими штрафами по качеству. Мезостейт — просто тусклый, особенно на солнце. Методом отсева самым нормальным, хоть и не идеальным, показался Лайтер.

— До вечера проверим еще на жару, на холод, на ударопрочность… — перечислил Алкорн. — Хитачи и тут наверняка окажутся в лидерах, и я склоняюсь к ним, но и альтернатива нужна.

Выходные провели в подготовке к понедельнику. Хэллоуин — как много в этом звуке для сердца русского слилось… примерно нисколько, если честно. По крайней мере, до начала девяностых. Но далее Голливуд сделал своё дело и пропаганда загнивающего капитализма донесла до нас существование кануна «Дня всех святых».

В чем религиозный смысл праздника, я за многие годы просмотра буржуйского кино так и не выяснил, как и за почти два года лично на берегах светлого Валинора. Сдается мне, типичный американец сам мало понимает, что там есть какой-то смысл, кроме прикольного маскарада и раздачи конфет под «сладость или гадость».

В любом случае, всем в офисе было приказано прийти в костюмах. Не мной и не Линдой, мы люди скромные. Это Чак у нас массовик-затейник, а его инициативу почти все поддержали. Оставалось молча примкнуть к коллективу. День плавно перетек в вечер и небольшую скромную костюмированную вечеринку.

Говард нарядился в костюм Хана Соло. Он и правда чуточку похож на Харрисона Форда. Уокер стал Скайуокером. Ральф — Чубаккой, ему потребовались лохматый парик, закрывающий глаза, перевязь и арбалет. Роберто наотрез отказался от костюма Ар-Ту из мусорного бака. Я тоже становиться Си-Три и заворачиваться в золотистую фольгу не пожелал. В итоге он стал Робином Гудом. Юки, как я понял, изображала кицунэ — традиционная юката плюс японская маска Лисы.

Майкл — идеальный Лэндо Калриссиан. Лиза тоже осталась верна «Звездным Войнам» и надела форму имперского офицера.

Ар-Ту из бака мы в итоге все-таки получили — пустого, но мигающего лампочками и периодически пищащего на машинном языке дроидов.

Из Чака в черном плаще и шлеме получился очень упитанный Дарт Вейдер. Трейси пообещала нарядиться принцессой Леей, но вместо ожидаемого металлического бикини всех обломала, явив косички-бублики и белую хламиду. И ведь не поспоришь, что образ не каноничный.

Селеста и Монти оделись, как пираты, говорили, как пираты, надели на головы дуршлаги и дарили всем конфеты. Дело его макароншества живет и процветает. Блестящий аристократ Монти даже «Йарр» говорил с видом собственного достоинства.

Эдди и Бесконечность Тьмы стали бандой рейдеров с пустошей из Безумного Макса. Кожанки и заклепки в наличии. Бренда оделась им в тон — этакая Брунгильда времен постапокалипсиса. Томми и Гарри с подружками пришли — развратной медсестрой и развратной вампиршей. Эти девушки у них периодически меняются и больше я о них ничего не знаю.

Я — капитан Звездного Флота, естественно. А Линда — моя вулканская первая помощница. Простенько, но нам обоим нравится Стартрек. Компанию нашей ячейке трекки составили инженер Джон Харрис в красной рубашке и Мария — представитель медслужбы.

— Я думал, вы с Линдой костюмы Гомеза и Мортиши наденете, — разочарованно протянул Коннор, одетый Оби-Ваном.

— Твоя вера в друзей — твоя слабость, — прошипел ему из-под капюшона Блейз в образе Императора Палпатина.

Уже само по себе имя «Гомез» для меня достаточно неблагозвучно, чтобы даже не рассматривать образ. А под Мортишу у Линды разве что волосы подходят.

Заглянули к нам и Лео с Глорией. Адвокат в костюме дьявола и его помощница — ангел. Рамон в маске Зорро привел Эсмеральду, одетую в традиционное испанское платье.

Удивили Эми и Джейн — их костюмами стали Пенни Смит и Марта Джонс. Первая заплела волосы в косу, вторая, наоборот, отпустила кудряшки. И обе в коротких маечках, шортиках и тяжелых ботинках.