От необходимости оправдываться за несчастную сельдь меня спасли музыканты. По ушам всем собравшимся резанул звук, какой бывает при подключении микрофона к мощным колонкам и на импровизированной сцене — просто открытой площадке — взял в руки микрофон Карл Карлсон, менеджер «Бесконечности тьмы». Вся группа собралась позади него, готовая к выступлению.

— Друзья мои, мы собрались здесь, чтобы дать напутствие во взрослую жизнь замечательному юноше с большими музыкальными и поэтическими способностями… — начал он. Профессор Кроуфорд отсалютовал спикеру бокалом шампанского, подтверждая мой «великий талант».

— Но позвольте мне рассказать с самого начала. Я в музыкальном бизнесе уже больше двадцати лет. Начинал еще в шестьдесят первом, будучи таким же мальчишкой, как и наш герой дня. Работая в отделе продаж крошечной студии, название которой тяжело вспомнить даже мне самому…

Мистер Карлсон говорил, говорил, даже вещал обо всех этапах своей карьеры в музыкальном бизнесе, навевая сон во имя великого Ктулху на всех собравшихся пока. Где-то на второй минуте я услышал, как Билли тихонько наигрывает на барабанах знакомый прилипчивый мотивчик.

— Эй, Карл! — воскликнул Эдди, имеющий свой собственный микрофон. — Закрой свой рот! Твои лицемерные речи сводят меня с ума!

Ни на один полноценный концерт группы я за последние полгода так и не попал, но как понимаю, парни очень хорошо эту часть выступления отработали. Карлсон так искренне возмущение изобразил! Собравшиеся гости посоветовали ему заткнуться чуть ли не хором.

— Си-Си! С днем рождения! — зкончил солист, когда последние аккорды отгремели.

Продолжения концерта не последовало, так как группа покинула свои места и их места заняли другие артисты.

— Короче, мы ваши соседи, тоже из Эль-Серрито, называемся Металлика… — Хэтфилд еще не научился красиво говорить.

— И мы в восхищении тем, как автор композиций наших друзей из «Бесконечности тьмы» понимает мифологию Говарда Лавкрафта, — подхватил их новый басист Клифф. — Поэтому мы посовещались и решили исполнить для него и вас нашу новую песню «Зов Ктулху». Надеюсь, вам понравится!

О Великий Спящий, эта песня для тебя! Та самая, узнаваемая, целиком инструментальная минут на десять. Наша группа первой им хлопать начала, когда закончили.

А далее нормальная, не слишком шумная вечеринка пошла. Если гитара и звучала, то только акустическая — я же обещал соседям, что слишком шумно не станет.

Билли притащил еще вчера много мяса от своего знакомого мясника из Эль-Серрито Плаза, а Линда «тайно» от меня замариновала привычным мне способом. У американцев есть много своих рецептов маринада, с которыми я не знаком. Но мы по-простому, «по-панамски», с уксусом, луком, помидорками и под гнетом. Чудесно вышло. Шампуры Рамон прямо у нас в гараже на неделе согнул и заточил, для него дело привычное.

Я на правах именинника сам шашлыки жарил и даже Дюке кусочком угостил, не выдержав его просящих глаз, хотя собакам такое не рекомендуется. А вот Каналья стянула свой кусок прямо из тазика, до того, как он отправился на термообработку. «Каджит ничего не крал, да?»

— Лео, я немного переживаю насчет пожарного надзора, — сказал я своему адвокату, накладывая ему сочного поджаристого мяса.

— Ерунда, Кристобаль, ты в глубине своего участка, далеко от чужих строений, — ответила вместо Больцмана Глория. — Отличная вечеринка, ты Линде памятник за нее поставить должен.

И какой же американский день рождения без торта. Большой, кремовый, с восемнадцатью свечками, его вынесли вдвоем Елена и Белла. Хотелось бы наш исконный Наполеон, но эту часть «панамской кухни» я еще на Калифорнщину не принес, есть куда расти. Свечи задул с первого раза и желание обязательно надо загадать. Чтобы меня больше не били по голове? Никаких грабителей и прочего криминала? Пусть мы соберемся через год той же доброй компанией? Миллион желаний? Хочу, чтобы у девушки, устроившей мне этот чудесный вечер, гладко прошла операция на голосовых связках. На всё остальное мы можем и сами повлиять.

Согласно массовой культуре, меня в этот момент попытались бы макнуть в крем лицом, но мои друзья — нормальные приличные люди и так измываться над бедным канальей не стали. И мне почудилось, что Елена где-то за спиной прошипела Гектору «Ни се те окурра», что-то близкое к «даже не думай».

Закрыли приятную вечеринку раздачей подарков всем приехавшим. Лично провожая людей у главных ворот и принимая дополнительные поздравления, я давал каждому маленькую желтую сувенирную уточку. Мэри Мэк свой «магический талисман» прямо к груди прижала, как величайшую ценность.

Линда, как я понял, закупила их целый мешок, причем на свои собственные деньги, как и все остальное, чтобы не залезать в общий карман. Это же ее мне подарок. Глупенькая, всё ей невзначай возмещу под видом премии и ни о чем не пожалею.

Технический перерыв. Следующая глава в ночь с воскресенья на понедельник

Кого-то из гостей мы оставили на ночь у себя дома, кого-то прямо в офисе, а большинство живущих поблизости разъехались по домам. Желязны мы с Линдой лично отвезли в отель Дюран. Он человек обеспеченный, потянет их расценки, если по межгороду звонить не станет.

— Приятно удивлен вашей вечеринкой, — расставаясь, похвалил легендарный писатель. — Еда была вкусной, а дискуссии с мистером Кроуфордом и мистером Пондсмитом — очень содержательными.

— Возьмите, пожалуйста, как сувенир, это маскот нашей студии, — сказал я, протянув утенка.

— И мистический талисман! — хихикнула Линда. — Уточки приносят удачу. Если вам потребуется с кем-то обсудить сложную проблему, поговорите с утенком. Крис постоянно так делает и это помогает.

– В моем последнем сборнике стихотворений есть «Утки», — улыбнулся Роджер, забирая резинового утенка, и процитировал:

Скользя по ряби тихих вод,

Не ведая земных забот,

Они плывут сквозь ивы тень,

Встречая свой привычный день.

А ведь на самом деле неплохие стихи. Я не большой ценитель поэзии, несмотря на сравнения с Эдгаром Алланом По. Одно плохо — я так и не придумал хорошего повода отправить Желязны пройти полное медицинское обследование. Прямая просьба «иди проверь почки» откровенно странной покажется. Да и не уверен, я что проблема в них, нужно все проверять. Ну и ладно, какие мои годы. Успею еще в процессе работы над Дорогой Ярости с ним если не подружиться, то хотя бы до приятельских отношений дойти. Все тексты и часть артов мы пообещали согласовывать.

А утро началось у меня не с кофе, а со скандала. Я как раз вернулся с пробежки, как встретила мою персону сердитая Изабелла, перегородив грудью тропинку к дому, где ждали завтрак и душ.

— Тобалито, нам надо серьезно поговорить! Как ты мог променять меня на нее? Чем я, по-твоему, хуже? У меня что, чичис меньше? Вообще-то, больше! Сабэс⁈ Хочешь, прямо сейчас покажу?

Речь ведь не о Линде? Они вообще-то дружат.

— Изабелла, может быть, не надо? — окликнула подругу скромняшка Мэри. — Тут же соседи смотрят.

— И пусть смотрят! Пусть видят, что тут каналья, который пообещал мне свою рото-штуку и мои фото на коробке с игрой, и выбрал другую!

— Белла? — слабым голосом позвала с крыльца Линда. — Что случилось?

Я уже понял, что. Кое-кто опомнился по поводу того, что обещал стать вторым лицом «Темпл Ран 2». Но не признавать же свой промах? Лучше обвинить пострадавшую сторону, вынужденно искавшую другую модель и оплатившую ей полноценные два дня съемок, несмотря на то, что уложились в полтора.

— Тонта пердида, ты чего скандалишь? — окликнула сестру Елена. И пошло-поехало типичное для них «орале». Мне очень по-человечески нравятся все эти латины, они симпатичные и искренние, но когда они собираются вместе, какая-то стая сорок получается.

— Эленита! Не мешай, у нас деловые переговоры! Линдочка, а как ты это допустила? — накрашенный ярким фиолетовым лаком ноготь указал на грудь Линды. — Чем я, по-вашему хуже, чем она?