Так подготовительный день ни о чем и пролетел. Демо-зал мне понравился. На пробу обе игры там на экран вывели, чтобы техник подкрутил настройки проектора до более удачных, и звук испытали. А ведь здорово! Я во времена выхода Сан-Андреас читал в сети историю парня, получившего доступ к экрану кинотеатра, куда он свой иксбокс и подключил, чтобы поиграть. Выдумка, наверное, но сейчас и у меня тот же опыт появился.
Стенд нам достался хороший, угловой, напротив компании, продающей софт для дантистов — запись на прием, база данных медкарточек и тому подобная миерда. На нас с той стороны смотрели с жалостью. Игры ведь вымирающий вид развлечений, по общественному мнению. Их даже похоронить успели, в пустыне. И залили бетоном, чтобы точно не выбрались.
Распечатанные нами в типографии приглашения гласили:
«VVVVVV НА БОЛЬШОМ ЭКРАНЕ. ЭТО НЕ КНОПКА ЗАЛИПЛА, А НАЗВАНИЕ НОВОЙ ИГРЫ КАНАЛЬЯ ГЕЙМС. ТАКЖЕ В ПРОГРАММЕ новая игра от Говарда Уоршоу. Вы его знаете, даже если ни разу не встречали имя. В понедельник 28 ноября, в 2:30 дня. МАЛЫЙ КОНФЕРЕНЦ ЗАЛ НА ТРЕТЬЕМ ЭТАЖЕ. Приходите, у нас бесплатный кофе и вкусные печеньки.»
Насчет того, сколько народу получится заманить на демонстрацию, уверенности не имелось, но на всякий случай к корзинке с уточками, привезенными из дома, я купил пару кило вкусных подсоленных крекеров в ближайшем супермаркете. По заветам дяди Эла Алкорна, у любой детали обязан иметься альтернативный поставщик.
И вот в означенный понедельник мисс Сентябрь 1982 приступила к раздаче автографов. На наших пригласительных листочках.
— Ребятки, смекаете, просто бумажку они выкинут, а с автографом сохранят. Смекаете? Клёво я придумала? — поделилась Трейси, одарив своей подписью дантистов. Пришла она сегодня в костюме Пенелопы Смит — то есть короткой маечке, еще более коротких шортиках и c косой.
— Да, очень умно, — согласилась Линда.
— Тогда я пошла! — блондинка подхватила стопку листовок и походкой от бедра отправилась куда-то в сторону стенда Майкрософт, заставляя всех мужчин вокруг выворачивать шеи.
— Босс, я пойду в конференц-зал, помогу настроить проектор, а то что-то мне страшновато, — вызвался Говард. Да он нервничает! Это прямо удивило, пока я не понял.
— Это что, твоя первая выставка в качестве участника, а не гостя? — сообразил я.
— Ага. Всё время боюсь, что кто-то покажет пальцем и заорет «смотрите, это он сделал ЕТ». Не берите в голову, я справлюсь.
Минуты потекли медленно, как патока. Опять пришла в голову набившая оскомину мысль, что нет хуже чем ждать и догонять. К нам подходили посетители, мы с Линдой и Чаком показывали игры — Патито, Шесть Ви и обязательные Тетрис и Каналья Комманндер, дискеты раздавали, но как-то внутри огонек неуверенности тлел. А вдруг никто на наш киносеанс не придет?
— Бонжур, мон ами! — бодро поздоровался Филипп Канн, пришедший к нам с нашей же листовкой в руках. — Очаровательная фемина вручила мне ваше приглашение на демонстрацию и я обязательно приду. Остались ли еще листовки? Я раздам их знакомым журналистам. Они обязаны увидеть эту канар! — и он указал на монитор, где Линда как раз демонстрировала уточку. Оказывается, французские утки — почти канальи по произношению. Это стоит где-то обыграть.
— Спасибо, Филипп, а как у вашего стенда дела?
— Я не стал его покупать. Знаешь, что мне сказали организаторы, мон дьё? «Если у вас нет денег на предоплату, устраивайте презентацию в Макдональдсе!» Так я и поступлю! Сегодня, в четыре часа, вы приглашены, ресторан через дорогу от главного входа в экспо. Мы им всем еще покажем, мон ами!
Задумался на секунду, не позвать ли месье Канна на наш стенд, но он уже взял у Линды протянутую пачку приглашений и бодро направился в другую сторону. Колоритный товарищ.
— Да-да, вот эти ребятки. Они и сделали Тетрис, — уже где-то в районе полудня вернулась Трейси под руку с высоким, прямо-таки двухметровым, дядькой лет сорока. — Си-Си, младшенькая, это мистер Би, он говорит, что в молодости тоже делал игры.
— Да, было дело, даже фирму свою открыл, а сейчас вообще пиццу продаю, — улыбнулся «дядя Стёпа».
— Си-Си, дай ему приглашение! — потребовала Трейси.
— Это же не входной билет, — удивился я. — Вход свободный для всех желающих.
— Не будь дурашкой, я автографы всех нас для его детишек пообещала. Представляешь, их у мистера и миссис Би пятеро и двое из пяти смотрят ЙЕП! Так что расписывайтесь все!
— И я? — смущенно спросил Чак.
— А ты что, игры не делаешь, сахарочек? Или мне почту разбирать не помогаешь? Взял ручку и расписался.
К назначенному времени я находился в конференц-зале на третьем этаже, а хмурый усатый техник по имени Эрл настраивал проектор, рядом с которым лежало сразу два К64 с полностью загруженными играми. Небольшой лайфхак для того, чтобы не заставлять собравшихся ждать, пока ужасный дисковод пережует дискету. Переключение при помощи коробочки с тумблером. Вот такой вот доисторический КВМ-переключатель.
Выглядело помещение солидно — настоящий мини-кинотеатр почти на сто зрителей. Если хотя бы каждый пятый получивший бумажку откликнется — получим аншлаг. Хотя сомнительно, что все наши приглашения стрельнут, конечно. Я подобные бумажки обычно безжалостно в спам отправляю, даже не читая.
Без пяти двенадцать зал оставался пуст. Ну, не придут — и не надо, дурацкая затея… В следующий раз лучше позаботимся. У батьки реклама все равно своя организована. Разве что потраченных денег жалко. Мог бы на них…
Помечтать о благах, доступных за наличные, я не успел, так как дверь наконец-то распахнулась и вошли первые три посетителя. Дантисты с соседнего стенда. Видимо, из солидарности с моей Ауди. Я их встречал на парковке, приехали на Вольво.
Далее… парни в голубых рубашках со стенда Майкрософт. Не Гейтс и не Балмер, но вон тот отвечал мне в Нью-Йорке про размер шрифтов в Ворде. Чарльз его зовут!
А далее — краснорубашечники из Атари, сразу четверо рядовых сотрудников. И среди них тоже знакомое лицо — больше года назад, на фестивале Возняка, он слил баксов двадцать, пытаясь поставить рекорд во Флэппи Бёрд.
Джерри Пурнелл! Модератор с компьютерной ярмарки, с прической безумного гения, и по совместительству журналист! И еще один репортер — Джон Маркофф из Нью-Йорка, следом за ним двое парней с бейджами «Электроник Геймс», какие-то совершенно случайные люди, широко улыбающийся на весь зал Роб, «дядя Стёпа», также известный как мистер Би, инженер из Автодеск, ведущая с прошлогоднего турнира, месье Канн. «Бесконечность тьмы» полным составом, включая менеджера. Люди, люди, люди… и лица, лица, лица. Случайных все же больше, но как минимум треть — репортеры.
За каких-то десять минут свободных мест не осталось. На середину сцены вышла Трейси и помахала зрителям.
— Приветики! Меня зовут Пенни Смит. Если вы живете в Калифорнии и по пятницам после обеда смотрите телевизор, то видели меня на шоу «ЙЕП». А если знаете меня откуда-то еще, то прячете этот журнал от своей жены под кроватью.
Зал рассмеялся, один из дантистов очень густо покраснел. Наверное, и в самом деле прячет. Эдди заорал, что его тыковка лучшая.
— Я тут, чтобы мои друзья представили вам свои игры. Давайте не станем тянуть. И начнем с игры про уточку! Ее покажут моя подруженька Эль-Кей и Говард Уоршоу!
Техник по моему сигналу переключил сигнал и на экране появилась уточка с утятами, зазвучала мелодия из «Спасибо».
— Привет всем! Давайте я вам расскажу правила…
Программист почти скороговоркой разъяснил про уточку и яйца.
…и если цепочка докатится до норы, лиса позавтракает, — закончил он.
— Привет, меня зовут Линда, я художница этой игры. Каждый пройденный уровень — спасенный утёнок, — объяснила она тоненьким голоском школьницы. Кто-то хрустнул печенькой-уточкой, взятой из корзинки у входа, и получил осуждающие взгляды.
— А можно попробовать? — спросил внезапно «главный дантист».
Пять минут — и он, довольный, наблюдал, как по загрузочному экрану идет мама-утка и ее первый утенок. Кажется, мы попали в аудиторию. Три в ряд — это ведь про таких вот обычных казуалов, далеких от профессионального гейминга.
