— Вы все пропустили, Гидеон, — тут же отреагировал Тарвен, наглаживая бороду и делая вид, что коленопреклоненный император — самое обычное дело. — Эта вейра — один из выдающихся умов империи. Редчайший дар, редчайший. Ее мнение будет полезно нашему маленькому собранию.

Маленькое собрание тут же уставило на меня очи, пытаясь освоить трепанацию на расстоянии.

— Мы собрались, чтобы окончательно утвердить мир с Италикой, — Гидеон, который и есть глава Варх, непримиримо окатил меня холодом серых глаз. — Помощь иномирной девицы нам не нужна.

— Ну почему же… — не согласился Айден. — Далеко не все аспекты этого дела разрешены. Нам не помешает свежий взгляд человека со стороны.

Он вернул к своему месту, но не сел, а так и остался стоять, опираясь на спинку бархатного кресла.

На его губах тлела задумчивая улыбка.

— Какие аспекты? — совершенно сознательно купился на подначку глава Варх.

— Например, кто именно был тем черным магом, который был настолько хорош, что сумел поймать меня? Гранаты — удержавшие меня наемники — умерли один за другим от нарушения кровной клятвы. Больше спросить некого.

Мое сердце, и без того измученное донельзя, забилось куда-то в живот и сидело мышкой.

А я так устала от бесплодных мыслей, что уже не хотела гадать, кто меня узнал, кто не узнал, где руна и как дожить до завтра. И меньше всего знала, что я делаю здесь. Среди первых лиц империи.

— Беатрис Венци, — осторожно напомнило одно из таких лиц. — Она была судима и казнена Нисто Таш. Таковы отчеты. Это очевидный факт, известный всем…

— Не всем, — неожиданно резко отреагировал Глен.

Он сидел по правую руку от меня и смотрел куда угодно, лишь бы не в мою сторону. В зазолотившихся глазах бродили огневые искры.

— Я знал ее ближе остальных драконов. Крайне спокойная и остроумная особа. И мотив ее предательства никуда не годится. Предать страну, потому что обиделась на бывшего? Это просто смешно.

— Я слышала, она была невестой Абеля Кальви, — упрямо сказала Ладвана, повернувшись к Айдену. — Тот, как известно, стремился к сотрудничеству с Вашим Величеством, и уязвить его, отобрав у него желанную цель — вполне женская месть. Женщины вообще жестоки, особенно если их маринуют десять лет без желанного статуса.

Айден промолчал и перевел взгляд на Глена, словно предлагая оспорить.

Тот мгновенно взвился:

— Не говори о том, чего не знаешь, вейра Варх. Я видел ту донну в динамике. Если бы она хотела замуж, то давно была бы замужем.

— Донна была хороша, — неожиданно подтвердил Давиан, мазнув безразличным взглядом по моему лицу. — Со стороны ситуация выглядела совершенно иначе. Словно Абель Кальви здорово накосячил и не знал, как отыграть назад без ущерба своей непомерной гордости. Та девочка держала его на тонком поводке, что крепче стали.

— Скорее всего, донна Венци взяла на себя чужую вину, — со вздохом присоединился Ланд. — Я провел небольшую работу и выяснил, что после ее казни род Венци полностью закрыл долги и разжился очень годным поместьем. А на место невесты Абеля Кальви пришла удобная политическая пешка, которой ходит король Эрих.

Мне стало откровенно неуютно. Слушать свою историю со стороны было несколько… Вульгарно? Неловко?

— А что думаешь ты? — вдруг спросил Айден.

Его цепкий, внимательный взгляд методично ощупывал мое лицо.

Как долго он смотрит на меня так? Ловит и считывает микроэмоции, раскладывая на звенья нейронную цепь.

Я замешкалась. Я находилась внутри сюрреалистичного мира, внутри которого рассуждала о себе в третьем лице. Это же дико, как ни посмотри.

Но… Я могла частично обернуть эту ситуацию себе на пользу и узнать что-то новое.

— На Беатрис Венци среагировало Драконье око, — напомнила осторожно. — Этот аргумент был решающим в вопросе ее виновности.

Драконы, изначально зачарованные домыслами о моей личной жизни, тут же оживились и загалдели, обсуждая, что же там произошло. Лидировала версия, что я, то есть Беатрис, все равно черный маг. Правильно, Нисто ее убил. Он был справедливым драконом.

Как я поняла, для остальных жизнь черного мага Беатрис Венци закончилась на острие меча Нисто Таша. Немногие знали реальную версию событий, случившихся в заброшенном замке Фалаш.

— На самом деле, Драконье око одинаково реагирует на любого темного мага, — лениво сказал Айден, наслушавшись самых дичайших домыслов. — Однако на донну Венци оно выдало откровенно нестандартную реакцию, а это значит только одно. Его спровоцировали заметить эту конкретную донну. Достаточно взять у неё немного крови, или слюны, или иной жидкости, чтобы Око проанализировало ее магию и захотело найти. Правда, жидкость должна быть относительно свежая. Сутки, максимум двое…

Драконы опять загалдели.

Я недоуменно моргнула.

Я даже не могла сформулировать, что шокировало меня сильнее: тот факт, что Айден догадался об этом, или что Драконье око на меня буквально натравили, как охотничьего пса. Но кто? Абеля не было. Его ближайших соратников, которым он доверил бы такое дело, — тоже. Король Эрих до этого дня меня в глаза не видел. Нисто Ташу я даром не сдалась. Ну не Леона же! Да и как бы она достала мою кровь?

Я не ранилась на балу. И ни на кого не плевала, вроде бы. Разве что взяли мою вилку, которой я в кафе умяла завтрак. Вилка же подходит? Я ее облизала.

Устало потерла виски. Вилку могли забрать только сестра или мать… Но они проходили Драконье око до меня или после меня?

Я почти насиловала собственный мозг, выдавливая полустершиеся воспоминания тех дней. Герцогиня Морелли, принцесса Кантуш, мои подруги, Леона с ядовитой мамочкой, армия фрейлин, слившаяся в единое цветастое пятно у дверей в залу, где проходила проверка. Лоранца.

Я проходила Драконье око с Лоранцей, но она прошла первая, и на ней была моя шаль… Но ведь на шали не было крови. Наверное.

Нет. Бесполезно. Я всю очередь проболтала с Халцидом и плохо помнила, кто как проходил Драконье око. Кто прошел один, кто прошел вдвоем, может, там и втроем пытались пройти.

— … и все равно, даже с черной магией убить вас было бы сложно, — пробился в голову незнакомый голос. — Вы легко отражаете черномагические заклятья.

Я подняла голову.

Вещал незнакомый мне старец, а ректор Тарвен одобрительно кивал на каждое его слово.

— Меня пленили не черным заклятьем, — с непередаваемым равнодушием заявил Айден. — С чего вы вообще взяли, что меня сразила черная магия? Я никогда этого не говорил.

У старца отвисла челюсть. И у Вархов, вроде бы, тоже. У повернувшегося ко мне Глена на лице был чистый шок. Я начала бояться, что он попросит меня подержать его за руку.

Меня бы саму кто подержал…

— Меня пленили огнецветами, — насладившись всеобщим потрясением, наконец, сжалился Айден. — Маг заставила расцвести все поле. И на этом поле спали огнецветы. Я устойчив к небольшой дозе, но их было слишком много.

Перед глазами послушно развернулись хроники рода Фалаш. Среднестатистического дракона можно было убить только ядом Арахны, но Фалаши были исключением. Их род происходил от ледяных драконов, чьим естественным врагом являлись огнецветы — цветы чистого пламени. Малая доза не причиняла большого вреда, но большая или регулярная могла путать сознание, двоить ауру, заставить потерять сознание или заблокировать первичную ипостась.

Айден, надо думать, как раз потерял сознание.

Наступила новая пауза.

А мне вдруг стало очевидно, что о слабости Айдена Фалаша человеческому черному магу рассказал дракон. А если быть математически точным — один из присутствующих здесь драконов. Поэтому Айден собрал их здесь вместе.

Непонятно только, зачем он притащил сюда меня. Ничего особенно интересного я ему не скажу, даже если признаюсь, что я та самая Беатрис. Тут кто угодно знает больше меня.

— Это все меняет, — наконец, выдохнул глава Варх. — Это меняет все, Ваше Величество! Это саботаж. Это… предательство драконьего рода! Очевидно, что людей просто использовали, не с их силой тягаться с драконами.