«ТБ-3 'тяжёлый бомбардировщик третий» (АНТ-6) — советский тяжёлый бомбардировщик, стоявший на вооружении ВВС РККА в 1930-е годы.

ТБ-3 был цельнометаллическим, свободнонесущим, четырёхмоторным тяжёлым монопланом с неубирающимся двухстоечным колёсным или лыжным шасси и хвостовым подрессоренным костылём.

Лётный экипаж включал восемь человек: два лётчика, бортовой радист, штурман-бомбардир, два стрелка, бортовой техник (борттех) и два младших техника (они же стрелки выдвижных башен). Наземный технический экипаж включал 5 человек — три моториста и два техника по самолёту.

Длина самолёта — 24,400 м. Размах крыла — 39,494 м. Высота самолёта, выставленного в горизонтальное положение по строительной оси, по килю — 8,452 м.

Вооружение — четыре пулемёта 7,62 мм, расположенные на открытой передней турели, на бортовой турели и на выдвижных башнях под крылом. Питание пулемётов дисковое. Башни выдвигались и поднимались вручную. Бомбовая нагрузка до 5 тыс. кг.

К началу Великой Отечественной войны 22 июня 1941 года ВВС СССР располагали 516 боеготовыми самолётами, не считая 25, находившихся в подчинении ВМФ СССР. 23 июня ТБ-3 начал ночные бомбардировки территории противника. Самолёты ТБ-3 фактически не пострадали в первые дни войны, так как базировались достаточно далеко от границ (к августу 1941 года ТБ-3 составлял 25% всех бомбовых ВВС), и в целом, потери были относительно небольшими — за 1941 год по всем причинам, включая небоевые потери и брошенные при отступлении, было потеряно менее 40 самолётов.

В качестве ночного бомбардировщика ТБ-3 оказался весьма удачным вариантом, так как невысокая скорость способствовала точности бомбометания. Немаловажно, что изначально в экипажи ТБ-3 отбирались наиболее опытные пилоты, и при хорошей погоде за ночь один экипаж мог совершить до трёх боевых вылетов.

Длительное время ТБ-3 использовался как грузовой и десантный самолёт, способный взять на борт до 35 солдат.

Длина разбега: 200 м

Максимальная скорость: на высоте: 197 км/ч на 3 тыс. м, у земли: 177 км/ч.

Практическая дальность: 1350 км

Вооружение: стрелково-пушечное: 4−8×7,62 мм пулемёта ДА.

черновик

Южнее Барановичей. Выгоновская пуща, река Щара.

Мощный взрыв раскидал брёвна, а вместе с ними и двух мотоциклистов, переправлявшихся на наш берег.

Сразу стреляю в пулемётчика, вокруг раздаётся стрельба, сразу четыре пулемёта бьют с нашей позиции, кося немцев на той стороне, а я выбиваю пулемётчиков на этой, как и остальные стрелки с винтовками, дистанция восемьдесят метров, для точности самое то, да и стоят они плотно, только успевай передёргивать затвор. Немцы оказались застигнутые врасплох, я убил пятерых пулемётчиков, а остальные люди Пащенко. Сам он, сжимая пулемёт, поливал противоположный берег, где стояли ещё десять мотоциклов. Общая численность передового немецкого отряда составила два взвода моторизированной пехоты и сейчас за пару минут, от них не осталось никого.

Сержант подаёт команду, и два десятка солдат срываются с места, бросаясь к мотоциклам, многие из которых продолжали работать, а вот немцы валялись убитые или раненые. Приказ добивать раненых был отдан заранее, поэтому их безжалостно застрелили и быстро занялись трофеями. Только после этого, они отправились на другой берег, и я вместе с ними. Мотоциклы там были все расстреляны, их изначально не собирались брать с собой, опасаясь, что за передовым отрядом последует основной, но, видя, что новых немцев на дороге не проявилось, рискнули собрать трофеи с той стороны, заодно и заминировать пару мест.

Две лимонки мне взял у капитана, поэтому чем удивить немцев у нас было, с убитых собирали всё, что можно, включая сапоги, которые остро необходимы штрафникам, и, хотя многие смогли ими разжиться в последнем бою, оставалось немало тех, кто ходил в обносках. Забирали всё, сухпайки, ремни, индивидуальные медицинские пакеты, оружие, патроны и военные билеты (зольдбухи). Под колесо одного из мотоциклов подложил гранату, предварительно сняв чеку, а вторую лимонку подложил под убитого немецкого офицера. Только после этого, поправив таблички «Мины», мы вернулись на наш берег. Здесь оставили две тройки с мотоциклами, разместив их в стороне друг от друга, чтобы они охватывали как можно больший участок реки с задачей пугануть немцев, но в прямой бой не вступать.

После чего мы, гружённые трофеями, отправились обратно. Здесь выяснилось, что водителей на все мотоциклы не хватает, и пришлось на месте объяснять новичкам, как рулить, взяв некоторые на буксир. Возвращение вышло непростым, но ждать всех я не стал и отпаривался на своём мотоцикле вперёд, чтобы руководить размещением людей.

К моему удивлению, когда я приехал, у лагеря уже стояли ещё десяток палаток, в которых и разместили штрафников, а гражданские сами занимались обустройством временного жилища. Но основная проблема оказалась в стаде, которое они пригнали, пришлось заниматься обустройством загонов и навеса для животных. Всё делалось без моего участия, и это порадовало, так как к моменту моего приезда, спать хотелось неимоверно, но прежде необходимо доложить майор Нечаеву, и я отправился в штаб, где застал у него капитана Лаврова.

— Проходи Станкевич, присаживайся, капитан Лавров уже доложил о ваших совместных успехах. Операция проведена блестяще, поэтому давай сразу, по существу, как ты думаешь, что в ответ предпримут немцы и когда? — сказал майор, когда я вошёл в штабную палатку.

— Виктор Семёнович, если смотреть по карте, то я бы на их месте выдвинул несколько полков вдоль узкоколейки, там гарантированно пройдёт техника и она выходит практически к центру Выгоновской пущи и к самим болотам, тяжёлую технику точно не пошлют, максимум бронетранспортёры, ну и машины, чтобы перевезти личный состав, а потом отведут их в тыл. Их, кстати, можно попробовать перехватить, такого от нас точно не ожидают. Затем найдёт проводников из местных, кого посулами, кого угрозами и заложниками, но основные дороги и проходы они узнают. Поэтому нужно заманить их в ловушку, самим слить информацию о нахождении партизанского лагеря. Выбрать место, где будет нам удобнее, разместить там ложные шалаши, плохо скрытые и жечь костры, даже днём, но так, скрытненько, под ёлками. Можно кого и из местных в лагерь привести, или до лагеря, показать, куда продукты носить, из местных. Не очень любящих советскую власть, но любящих деньги, такие проговорятся. Когда немцы выдвинут свою пехоту, устроить им огневой мешок и перебить их там. Ещё один ложный лагерь нужно сделать на севере, также с кострами, пусть немцам будет цель для бомбёжек.

— А что ты думаешь по дальнейшим операциям, на чём стоит сосредоточиться? Нет, у нас и самих есть разные варианты, просто хочется выслушать твоё личное мнение, а не профессионального военного, попросил Нечаев.

— Ну, я бы первым делом объехал все соседние деревни и провёл зачистку от полицаев, да так, чтобы это было одновременно во многих деревнях, но для этого нужно знать, где стоят немецкие гарнизоны, чтобы устроить засады, когда они бросятся им помогать. Из пленных создал бы отряд «Свободная Германия», который будет воевать против самих же немцев, поверьте. Не все согласны с проводимой Гитлером политикой и таких можно найти среди немцев, зато представьте, какой это будет медийный эффект, слухи быстро разойдутся среди немецких частей, а мы ещё и листовки будем расклеивать и подбрасывать, для чего нам нужна типография. Сам факт существования в тылу немцев подполья, призывающего сражаться за свободную германию без Гитлера, будет как иголка у них в заднице. Всех будем клеймить и повязывать кровью, такого, немцы не простят и им всем останется или сражаться с нами, или быть убитыми фашистами. Понятно, что надолго это не сработает, но сам факт, если ещё и осветить эту тему в международных средствах массовой информации, даст сильный международный эффект, и неважно, тысяча человек будет в этой армии или пять. Тем более если сами немцы, будут расстреливать своих полицаев, всё это снимать на фото и распространять. После зачистки деревень, от полицаев и немцев, взяться за все мосты, а главное, заранее заминировать часть дорог, с дистанционным подрывом, но для этого нам нужны детонаторы, подрывные машинки и взрывчатка, для первичной детонации, основу мы возьмём у немцев. Всю округу, в основном дороги, засеять имитацией мин, чтобы сапёры сбились с ног, ища настоящие мины, ну а мы их будем ещё и отстреливать.