Колонна тронулась медленно, не спеша и также медленно поползла вперёд, со скоростью километров десять в час. Новая охрана начала обустраиваться, собирать мусор, убирать следы пьянки и делала это достаточно резво, явно не желая показывать, что здесь случилось, тем, кто едет за ними. Значит, действительно, это едет штаб группировки немецких войск. Может, и целой дивизии, может, поменьше, но в любом случае там должна быть радиостанция, а ещё то, что недавно всплыло в моей памяти. Энигма — шифровальная машина, которую немцы берегли как зеницу ока. Если такую выкрасть, то это серьёзно поможет нашим войскам, во всяком случае я так думал. Поэтому ещё, когда готовился к засаде, собрал все магазины от автоматов и ещё один пистолет, убрав его в карман. Нагружен я был знатно, но немецкий автомат, это, по сути, автоматический пистолет, точность у него хромает, тем более, если часто стрелять, но выбора другого у меня небыли. Теперь всё зависит от того, насколько удачно для меня и неудачно для немцев встанет колонна. Если взорвать один из зарядов под машиной со снарядами, есть шанс сильно навредить всей колонне. В идеале, если подорвать мост, когда на нём будет середина колонны, тогда большие шансы, уничтожить большую часть. По рассказам полицейского жандарма, штабная машина с начальством едет в конце колонны, значит, можно попробовать пробраться к ней после взрыва или к радиостанции, где должна находиться легендарная машинка Энигма.

Вторая колонна появилась через двадцать минут, как ушла первая, и вот здесь я уже сосредоточился, понимая, что ошибиться нельзя. Колонна ехала с такой же скоростью, как ушедшая вперёд и ей состав внешне не сильно отличался, хотя машин и было больше, добавились броневики с солдатами, вместо обычных грузовиков. Мотоциклистов было больше, два лёгких танка Панцирь-2 с 20-миллиметровыми орудиями, ещё больше было орудий, сразу четыре машины, ехало в первом ряду, за броневиками в кузове сидели солдаты, явно артиллерийские расчёты. Колонна ехала более плотной группой с минимальной дистанцией, и меня это устраивало, большая часть должна попасть на заминированные участки. Мне даже не верилось, что всё может получиться и, вероятнее всего, это беспечность немцев, не ожидавших засады. То, что оба моста второй отряд уничтожил, я теперь не сомневался, осталось нам сделать то же самое и огромный участок будет непроходим на сутки. А штаб шёл хорошим довеском к общей операции, вот ещё бы выкрасть Энигму, тогда план будет точно перевыполнен.

Тем временем колонна опять остановилась у моста, и очередной офицер принимал доклад у охраны, в этот раз, лишь мельком взглянувших на пьяных, которых ждёт явно суровое наказание. Через пять, бесконечно долгих минут, колонна тронулась дальше и первый броневик, заехав на мост, остановился на нём, но потом опять продолжил движение, вероятно, проверял таким образом его крепкость. Подрывная машинка уже была в руках, и оба провода, были примотаны к клеймам, так как взрывать я решил весь участок сразу. Вот мост проехали два автомобиля пехоты, за ними грузовики с двумя полковыми пушками 50 мм. Следом въехало два грузовика с солдатами и тяжёлый грузовик с ящиками, и я понял, что это именно то, что мне нужно. Если там взрывчатка, то взрыв мне сильно поможет, стоило ему добраться до выезда с моста, где заложен самый мощный фугас, я несколько раз, крутанув ручку, активировал машинку. Первый взрыв был мощным, но понятным, а вот следом за ним, детонировало то, что было в кузове. Волна плотного воздуха, ударила как кувалда, земля вздрогнула, подкинув меня, и хотя я открыл рот, по ушам врезало очень сильно. Меня ещё спасло то, что я был в низине, в лесу и основная волна прошла мимо, задев не сильно, хотя дистанция была больше двух сотен метров. Лёгкая контузия сразу сказалась на слухе, а я уже поднимался с земли, проверяя автомат, и двинулся к колоне, где заметил странную машину, с антеннами на крыше. Она лежала на боку, откинутая взрывом фугаса под машиной, штабная машина, была перевёрнута и раскурочена, поэтому меня не особо заинтересовало. Я почти бежал, хотя на самом деле еле брёл, пытаясь не упасть и смотреть по сторонам. Взрыв и детонация снарядов, сильно потрепали колонну, а заложенные вдоль дороги фугасы, довершили разгром, часть машин лежала на боку, часть горела, вокруг было всё, как в тумане, солдат видно не было, они или погибли или серьёзно контужены. Зато моя цель уже практически была передо мной, как навстречу мне вышел немец с пистолетом в руке, что-то, крича, судя по его раскрывающемуся рту, но я ничего не слышал. Голова гудела, но постепенно прояснялась, и я вспомнил, зачем попёрся навстречу верной смерти, в самую гущу немецкой колонны, хоть и разгромленной.

Глава 9.

'В течение 28 июня наши войска, отходящие на новые позиции, вели упорные арьергардные бои, нанося противнику большое поражение. В боях на Шауляйском направлении захватили много пленных, значительное количество которых оказалось в состоянии опьянения. На Минском направлении войска Красной Армии продолжают успешную борьбу с танками противника, противодействуя их продвижению на восток. По уточнённым данным, в боях 27 июня на этом направлении уничтожено до 300 танков 39 танкового корпуса противника. На Луцком направлении в течение дня развернулось крупное танковое сражение, в котором участвует до 4 тыс. танков с обеих сторон. Танковое сражение продолжается. В районе Львова идут упорные напряжённые бои с противником, в ходе которых наши войска наносят значительное поражение ему. Наша авиация вела успешные воздушные бои и мощными ударами с воздуха содействовала наземным войскам. При налёте на район Тульчи нашей авиацией уничтожено 2 монитора противника на р. Дунай. На остальных участках фронта наши войска прочно удерживают госграницу.

28 июня 1941 года немецкие войска заняли несколько городов:

Минск — столица Белорусской ССР. Бои за город шли с 25 по 28 июня, и в этот день немецкие части (в том числе 20-я танковая дивизия) ворвались в Минск с северо-запада.

Волковыск — город в Белоруссии. Его захват стал частью наступления в ходе Белостокско-Минского сражения: немецкие войска перерезали пути отхода советским армиям, что способствовало окружению крупных сил Красной армии.

Дзержинск — около 17:00 части немецкой 20-й танковой дивизии заняли город.

Острог (Ровенская область).

Ровно'.

Черновик.

Окрестности Барановичи. Окрестности деревни Мельники.

Я ещё только обдумывал новую опасность, но тело уже всё делало за меня, руки мгновенно довернули автомат и коротким импульсом нажали на спусковой крючок, дав отсечку в три патрона. При этом время замедлилось, двигаться стал как в воде с заметным усилием, но зато разум немного прояснился и сразу указал на новую опасность. Доворот ствола, новая очередь, опять смещение, ещё одно нажатие и очередная группа пуль настигает цель. Немцы ещё не упали, а автомат смотрит на новую цель, отсечка в три патрона, а рука уже сбрасывает пустой магазин, сразу выхватывая новый и вставляя на место пустого. Новые цели появляются быстро, но также быстро падают рядом со мной. Всё время не останавливаюсь, двигаясь вперёд, зрение постоянно меняет фокус, то сужаясь до одного метра и приближая цель, то возвращая обычное зрение, реагирующее на любое движение.

Пока дошёл до нужной машины, успел ещё раз сменить магазин, благо набрал их достаточно. Торцевая дверь была открыта, а внутри всё перевёрнуто, но сразу замечаю, немецкого солдата с окровавленной головой, пытающегося поджечь какие-то бумаги. Ещё одна очередь и он падает, а я захожу внутрь, разглядывая беспорядок. Её замечаю не сразу, Энигма лежит под столом, накрытая ворохом бумаг, которые и пытались сжечь, замечаю короб, с ручкой, в котором она хранилась. Но рядом ещё лежат некоторые вещи, явно относящиеся к ней, сменные шестерни, набор кабелей, какая-то книга, ещё ворох бумаг. Сдёргиваю вещмешок за спиной и запихиваю машинку туда, а рядом всё, что может быть с ней связанным, вокруг заталкиваю разбросанные бумаги, и вес уже выходит приличный, но деваться некуда, вдруг одной детали не хватит и сама машинка окажется бесполезной.