У сарая, отданного под жилье смене №7, радушно потрескивал костерок. Над ним колдовала Фрау, рядом на лавке в отсветах пламени приютилась нервная Крыса — елозила, оглядывалась, чем беспокоила кулинара. Внутри домика на повышенных разговаривали Замес и Ива.

— Вернулись! — Мелкая подорвалась, саданула в дверь и сходу одолела метров десять разделяющей дистанции. Затем тормознула с заносом, разглядев процессию, и гневно подбоченилась: — Не поняла. Это че такое⁈ Ива!

Тощий неожиданно смутился, дернув колесницу в останов. Я и сам испытал иррациональную тревогу, хотя вроде как командир и бравый камрад. Но есть нечто нервирующее в разозленной женщине, если понимаете. А у мелкой еще и Малюта на поясе.

Ива вылетела на улицу стремительней коршуна. Следом с намеком на облегчение показался Замес и выдал сакраментальное:

— Говорил же, придут. — И мимикой обозначил — мол держался до последнего, командир, но лучше бы пришли пораньше.

Медик не слушала — оглядела команду с профессиональным прищуром, покосилась на Крысу и вкрадчиво спросила:

— Простая доставка, да?

— Тебя че, кирпичами хреначили? — Мелкая обвинительно ткнула пальцем в Шеста.

— Не, — он замотал головой. А дальше лучше бы промолчать, но он решил поделиться деталями: — Молотком.

Я на секунду прикрыл глаза — честность тощего иногда настораживает. А затем меня дернули за руку и глаза как-то распахнулись, впитывая образ Ивы. Она отпустила наплечный бинт и попыталась столь же бесцеремонно проинспектировать рану на ноге.

— Сбавь обороты, — Я попросил аккуратно, без давления. Человек таки работает.

— Кто перевязку делал?

Чет жутковатый голосок — прям арктический.

— Тощий, — пожал я плечами.

— Командир! — возмутился не ожидавший подставы Шест. — Ива, крошка, я ваще не трогал…

— На осмотр и перевязку, оба, — отрезала медик.

— Работа сделана? — вклинился в паузу Замес. Ну хоть одна здравая голова, что печется о деле.

— Начни с костлявого, — сказал я Иве успокаивающе. — Сдам миссию и приду.

— Суп почти готов, — Фрау по обыкновению привнесла в разговор мир и благодать. Святая женщина. — Замес, сходи с командиром.

И вроде просто попросила, но даже у меня не возникло мысли воспротивиться. А умник чуть легионерский салют не исполнил, но одумался и слегка опасливо присмотрелся к кулинару. Не знаю, командиру положено подмечать настрой команды — кто, кого и насколько. Но, наверное, я устал, или слишком доверился подопечным. Хотя больших косяков не наблюдается, а значит есть время подумать.

— Останься, — приказал я умнику. — Подумай, что и как мне рассказать. Все подумайте. Приду, спрошу.

— Во-во, — поддакнул тощий и мгновенно отгреб крысиным кулачком в бочину.

— Справишься? — уточнила Фрау. Приняла мой кивок и вернулась к готовке. Говорю же — золотце, когда не косячит.

С трудом отлипнув взглядом от парящего котелка, облизываемого багрянцем пламени, я развернулся и потопал к вагончику смотрящего за вольером. А там, между прочим, свой спектакль. И лучше бы придержать шаг, изучая мизансцену. Заодно и ногу поберегу, а то функция, поддерживающая скупыми импульсами, решила, что на сегодня хватит, и канула на дно. А рана, сука, болит.

На небольшой площадке, мощенной брусчаткой, хавильдар выстроил с десяток легионеров из числа охраны и ходил вдоль строя, обозначая психологическое давление. Вроде и молчит, но шаг жесткий, фигура набычена — просто классика строевой. Ать-два, товарищ сержант. Легионеры с тревогой отслеживали путь начальства. По мне так они немного заплесневели в охранке — строй держат слабо, экипировка сильно нуждается в чистке. А у второго слева выпирает пузо. Хотя будем оптимистами — значит есть, чего пожрать.

Хавильдар резко остановился и на пятках повернулся к строю. Спросил злобно:

— Кто трахал Кукушку?

Я сбился с шага. Какой-то неочевидный вопрос. Легионеры молчали и пытались изобразить служебное рвение — взгляд стеклянный, грудь колесом, все дела.

— Спрошу еще разок. Кто⁈ Трахал⁈ Кукушку⁈ — Физиономия хавильдара начала краснеть.

— По согласию же… — прозвучало неуверенное с правого фланга. А служивый-то дурак, отметил я мимоходом и приблизился еще на пару метров.

— Сука! — Фредерико неожиданно проворно засадил солдатику с ноги. — Совсем охренели? Хотите в Черную Яму? Хотите, а? А может в заслон, когда мятежники… — Он замолчал. А проблема-то ширится. Когорты отступники уже приобрели статус мятежников — такое, как правило, ничем мирным не заканчивается. Примем информацию к сведению — случай не единичный, судя по тревоге, мелькнувшей в образе хавильдара. Но мы простые цивилы и дела наши сугубо мирские.

— Возместишь, падла. Пойдешь и возместишь. — Хавильдар навис над харкающим легионером. — Но завтра. А сейчас, осью поперек, два круга по Церберу. Выполнять!

Охранка сорвалась в бег почти с облегчением. Я вежливо посторонился. Фредерико устало махнул рукой — подходи, не томи. Ну, было бы предложено.

— Так и служим, — сказал непонятно мужчина, потирая багровую шею. — Так, сука, и служим.

— С Кукушкой?

— Ты сейчас стебешься что ли? — прищурился хавильдар. — Тебе че, смешно сейчас?

Я пожал плечами. С минуту мы играли в гляделки, затем Фредерико понял, что дело это бесполезное и вздохнул:

— Да Кукушка баба известная. Стерва редкостная. Жалобы строчит только влет. Я ведь придурков предупреждал, можно, сказать, по-отечески просил…

— Ты знал про Чин-Чина? — прервал я поток красноречия. Хавильдар поперхнулся, заглянул мне в глаза и поперхнулся еще разок.

— Давай-ка внутрь, — Он отступил к вагончику. — Обсудим. Тихо и спокойно.

— Как скажешь.

В жилище хавильдара пахло табаком с нотками кофе. Уютно светила керосинка, подчеркивая рабочий бардак на столе. Фредерико шустро выставил две чашки, наплескал из закопченного чайника темной бурды и сел. Теперь нас вроде как разделяла столешница — препятствие из числа забавных.

Стул под задницей легионера нервно скрипнул. Подозреваю, камрад скорее всего пожалел, что опрометчиво отправил охранку в марш-бросок. Хотя на лице страха не читалось, что уважаю. Я принюхался к кружке, глотнул. Кофе, ек-макарек. Хреновое, чуть теплое, но кофе.

Фредерико понаблюдал за моей реакцией и немного расслабился:

— Да, я знал про Власа. Ушлепок у меня вот где стоял. — Мужчина чиркнул по горлу. — Хитрая сволочь. И сильная, из обращенных.

— А тут мы такие дерзкие, да?

— Сам же понимаешь, — фыркнул хавильдар. — Или сдуру затаил?

Я молча перебросил легионеру жетон с пометками торговца. Фредерико повертел жестянку, чуть ли не понюхал, и спросил с сомнением:

— А плюс нахера?

— Хром проникся, — охотно пояснил я. — И Виталя проникся. За остальных не поручусь, но им вроде тоже понравилось.

— Ты вот стебешься, — вздохнул мужчина. — А мне чего-то не смешно.

Помолчали, прихлебывая дрянной кофе. Мне бы печеньку, но это надо к благосклонной Фрау.

— Чин-Чин в списке разыскиваемых. Гильдия охотников назначила награду, — нарушил тишину легионер.

— Бригада сообщит ближайшему форпосту.

— Щедро, — покивал мужчина.

Но мне интересно другое — новая вводная, способная подсобить в нелегком операторском деле:

— Гильдия охотников?

— Ну, — не понял хавильдар. — Гильдия. Как торговая, ну или у сборщиков. У наймитов опять же есть, но там мутновато. А Охотники спецы по грязной работенке. С ведома Легиона, конечно, — торопливо добавил мужчина. — Хорошими адхарами крутят, если понимаешь. Можно заработать, если не боишься испачкать руки.

Вот сколько раз я слышал подобное? Проще не вспоминать.

— Кстати. — Я улыбнулся, отставляя чашку. — Что причитается смене?

— А чего хочешь? — хмыкнул Фредерико. Сразу видно — вступил в привычную канву, где царь и бог, и Ось. — Рекомендую брать био. Все равно попретесь по лавкам. А то твои гаврики только мертвых не опросили.

— Согласен.

35 био от тройки до четверки «М». Расценок не знаю, но сойдет на первое время, пока не проникнемся местными порядками. Плюсом Фредерико с непонятным заговорщическим видом выдал новый жетон и чиркнул пару слов на пристегнутой картонке. Тут уже интереснее — нечто такое и предполагал, когда миссия обозначилась пробной. Типичная проверка на вшивость от человека с зачатками власти.