Позади остались безликие лестничные пролеты – мрачные и серые, однотипные коридоры, давившие на сознание вековой кладкой, отретушированной стараниями служивых, посты и залы, в которых звучали напряженные голоса и лязгал металл. Форт жил и готовился.
Минут через 20, если навскидку, Чартер остановился на входе в коридорчик, отделанный под деловой стиль – пластик, металл и немного дерева для изюминки. Уже не совсем войсковая тематика, а скорее офисная. Рассуждая здраво, для вояк, оставивших службу, но плотно держащих руку на пульсе, сгодится – вроде как ты при Форте, но уже в почетном комфорте.
-Крыло Волша, - Чартер ткнул пальцем в короткую протяженность коридора. – Если что, отсюда возвращались не все.
Я присмотрелся к надраенным плафонам, скупо светивших желтым. Мило. Кивнул, соглашаясь:
-Смешно.
-Ты вообще чего-нибудь боишься? – искренне заинтересовался Чартер.
-Да. – Я улыбнулся, и безопасник невольно дернулся.
-Кабинет 325. Топай. Выживешь, подходи к Гнишу, решим остальное.
-Уверен, что Волш на месте? – Хотя глупый вопрос, с бати Амиго станется – велел привести объект, значит будет сидеть и ждать до упора. Нерадивые исполнители, если верить намекам, в местном серпентарии не выживают.
Очкодав ушел резко, не отвечая и не оглядываясь. Я немного погонял в уме мыслишку – развернуться и свалить к хренам, чтобы причастным задали вопрос - а почему, собственно, не доставили к порогу, и хмыкнул. Мелочно, а по мелочам призраки не работают. Отыскал нужный номер на двери и вошел без стука.
Кабинетик у отставника достаточно просторный и светлый - за счет бежевого декора и порядочной лампы под потолком. Иллюминация неожиданно яркая – далекая от режима «вполнакала». Мебель простенькая на добротная – несколько шкафов, тумбочек по углам, стеллажей, заставленных папками и книгами.
На книги я засмотрелся – отвык, знаете ли, от интеллектуальности. Хотя справедливости ради на одной из стен висела удлиненная модификация шмалабоя – почти классическое ружье, что в финале херанет без спроса. На полу зеленели вытоптанные циновки, узкая вертикальная бойница окна затянута мутноватой пленкой – для галочки. А могли бы стеклопакет ветерану подогнать – мыслишка дурная, а потому короткая.
Венцом композиции выступал массивный деревянный стол с резной отделкой - прям кабинетный монстр из министерских закромов. На таком хоть танцуй, хоть раскладывай -не шелохнется. Правый уголок столешницы показательно сбит - подозреваю, контактировал с неподобающим. Поверх стола более-менее аккуратно разложены бумаги, свитки, папки. Там же, установленный на небольшой треноге, исходил парком металлический чайник с носиком.
Сам хозяин разместился в кресле, придвинутым к столу вплотную – сцепил под подбородком руки и угрюмо сверлил взглядом дверь, а теперь и меня долгожданного. На лице хорошо контролируемая злость и толика тревоги - а не сорвется ли приятная встреча? Выдыхай старый, Джимми прибыл, хотя и немного не в форме.
Волш смерил меня оценивающим взглядом, акцентируясь на свежих царапинах, и сухо констатировал:
-Чартер зайти не рискнул. – И без перехода надавил голосом: - Почему так долго?
А в мыслях небось уже стреляет из всех стволов, обрушивая гостя куском мяса. Прям вылитый инструктор номер 14, к которому никто не рисковал заходить с дурными вестями. Но каков вопрос, таков и ответ, сука.
-Да там легкий мятеж у репликаторов. Побегали, постреляли, то да се.
-Что?
-Да там легкий мятеж…
-Митрич!!
От неожиданного крика я осекся и чутка отступил в сторону, готовясь довернуться в маневре. В коридоре затопало, о стену лязгнуло и через порог перелетел юнец лет восемнадцати, облаченный в угловато сидевший комбез.
Юное дарование покосилось на мою напряженную персону и вытянулось во фрунт, даже каблуками щелкнуло. Спросило ломающимся баском:
-Звали?
-Вызывал, - буркнул старик. – Метнись до первого зала, узнай обстановку. Через час полный доклад. Выполняй.
Митрич убыл столь же стремительно. Волш задумчиво пожевал губами, что-то прикидывая в уме, и выдал вердикт:
-Тупо. – Затем махнул рукой на свободный колченогий стул. – Садись, не жмись.
-Благодарствую. - Я присел. В броневом сочленении на пояснице отчетливо скрипнуло.
Старик фыркнул:
-Хорошо стебутся только живые.
-Теперь понятно у кого Амиго нахватался дури, - покивал я.
Волш не сдержался - вздрогнул. Есть у тебя дед мягкое место, есть - могу надавить, чтобы перестал смотреть волчарой, но немного устал, хочу разобраться и свалить в сторону сраного заката.
Отставной безопасник понял, что немного оплошал с реакцией, и решил сменить тактику. Выудил из стола жестяную чашку и степенно налил в нее из чайника пальца на четыре. Молча придвинул тару, выжидательно поглядывая.
Не в западло - возьму, приобщусь к церемонии. Я принюхался и одобрительно цокнул - в кружке густой, смолянистый чай - горячий, ароматный и архи-своевременный. Первый глоток скользнул теплом по пищеводу, упорядочивая реальность – не поверите, но индикаторы на наручах таки потухли, а функция свернулась темным комком и перестала бередить нервы.
-Зашло? – хмыкнул старик. – Вижу, что да. Теперь рассказывай.
Тон поменялся мгновенно – точно акустический скальпель ударил. Хороший прием, уважаю. Но сперва сделаю еще пару глотков – больно уж чаек хорош. Да и пустоту в желудке надобно заполнить, а то с корабля на бал и все такое. Ни умыться, ни посрать, как говорится.
-Смотрю, доводилось проходить дознание, - сделал дед неожиданный вывод. – Служил?
Я поперхнулся. Вопрос прямиком из прошлого, что уже подернулось дымкой в готовности раствориться на задворках памяти. Буркнул, повертев кружку меж ладоней:
-Не служил.
-Врешь, - улыбнулся Волш. И улыбка нихрена не хорошая. – Я все еще жду рассказа.
Затягивать ни к чему, согласен. Того и гляди примчится исполнительный Митрич с плохими вестями, и тема скомкается, точно пользованный лист.
История Фермы заняла минут 15. Отставной безопасник слушал жадно, впитывая каждое слово, а любое упоминание Амиго отдавалось в его взгляде застарелой болью. По окончании рассказа он помолчал с минуту, резко достал из ящика карту и широким жестом расстелил поверх стола:
-Показывай, где вышли в зону Форта.
-Ширмы закрылись, - хмуро повторил я.
-Отвечай. – Он скрежетал, не желая сдаваться. Держался за сына до последнего.
Я показал метку близ Грозового-7.
-Сука, - выдохнул старый. И на секунду закрыл глаза.
-Амиго неплохо устроился. С восходниками мы порешали, инфраструктуру восстановят, а зона там неплохая.
Каждому слову дед кивал, не открывая глаз. Затем немного осунулся, выдавливая с долгим выдохом напряжение, и неожиданно спросил:
-Не хватает жетона Вольтера. Они с Амиго приятельствовали. Что по нему?
-Вольтер мечтал о солнце? - уточнил я ровно.
-Слышал подобное, - уклончиво сказал безопасник.
-Тогда это Хаш.
-Вот значит как, - Старик откинулся на спинку стула. И тускло выдал из очевидного: – Жизнь сука.
-Не согласен, но мне насрать, - кивнул я. – Попробуете добраться до Фермы?
-Знаешь, я не должен обсуждать с тобой… - Он умолк. Но поговорить тебе не с кем, так дед? А хочется о наболевшем, и чтобы собеседник не оказался отбитой равнодушной тварью. Мне бы намекнуть старому, что он ошибся, но я смолчал. Чую приток информации.
Волш наклонился вперед, намекая на продолжение разговора:
-Проводники бы справились, они чуют бывшие ширмы – их легче открыть. А там размотать клубочек в обратную и глядишь я смог бы увидеть сына.
-Но?
-Сраное «но», - оскалился безопасник. – Всегда сраное «но». Но проводника маршал-легат не выделит. Один он остался у легиона. А может ты, сука, проводник?
-На что потратили? – проигнорировал я вопрос.
-Так работа не из приятных, - прищурился дед. Кумекает, складывает паззл догадок, не расслабляется. Того и гляди придет к неудобным выводам. – Последнее время в особенности – пробьют ширму, а по другую сторону и нет ничего. Пустота.
