— А тянуть, только портить, — буркнул. В руку холодной тяжестью лег сервис-модуль. Функция окатила благодарным восторгом — перед ней оператор года и только так.
— Свисти ежели че, командир, — Шест отвернулся от распотрошенного рюкзака и отхватил короткий подзатыльник от резкой Крысы. — Да не, я серьезно.
— Бидон подними, — строго приказала мелкая, выказавшая неожиданную мудрость.
И я полез вниз, равнодушно отмечая болезненное дергание ран. Ступенька — высверк, ступенька — болезненный спазм, движение — и нет, сука, радости, только брыкание плотской оболочки. Наивное мясо, хоть и свое…
Под нехитрую мысль в стопы толкнулся пол тоннеля. С прибытием, Джимми. Луч фонарика метнул по стенам легкий желтый флер, что добавило тоскливых ноток. Но не за тем спустился — похер на стылую пустоту тоннеля, важен лишь шаг. А то и два — до гермоствора, а там глядишь и счастливый конец.
Кривая усмешка сама исказила мимику. Невольно провел рукой по лицу, стирая оскал, и терпеливо выждал, пока шлюз рывками уползет в пазы. Оборудование хрипело-гудело болезненными нотами — вроде горячечного бреда «щас сдохну, щас сдохну, щас…»
— А можно бл… не нагнетать, — попросил я у зала, слабо подсвеченного плафонами.
В операторской, само собой, ничего не поменялось. Разбитая, опрокинутая мебель, скрюченные тела, щедрые мазки черного и развороченная аппаратура — набор без пояснений, если вкратце. Хочешь пой, хочешь танцуй и это еще рассмотрены цивильные варианты.
— Техподдержка, — объявил я, после того как несколько секунд звенела тишина. Помогать машинерия не собиралась — даже намеком. Лады, тогда модуль в зал и пусть нештатное обосрется. Почти девиз…
Усталые злые мысли закончились, не успев толком порадовать. Шар, что с натяжкой именовался устройством, вспорхнул с ладони, описал короткую дугу и врубился в ближний ящик на полу, сиротливо помаргивавший оранжевым индикатором.
Коротко треснуло, осветив заскорузлый пол синеватыми росчерками. В глубине агрегата затрещало, и я невольно приготовился вдыхать ароматы паленой проводки. Но запахло пережженным сахаром, что несколько сбило предчувствия. А модуль, хорошо порезвившись в первом ящике, ворохом осколков упорхнул ко второму несанкционированном прибору и столь же основательно пробил корпус.
Если в целом — то уважаю. Техническая поддержка запредельного уровня — когда прибываешь на вызов, с порога заносишь пару наступательных гранат, укатываешься в коридор отсекая очередью шевеление клиента, пробиваешь с ноги, подавляя, и укоренившись перед дымящимся девайсом вежливо спрашиваешь: «Вы пробовали, включить-выключить?». А охреневший клиент медленно кивает. Полное взаимопонимание и панибратство.
Сервис-модуль покинул разбитое оборудование, подвис в метре от пола и смазался в стремительном вращении. Дёрнулся в метровом диаметре непредсказуемым зигзагом и резко зашел к проводам, что тянулись в недра операторского модуля. Рассек на раз — как серпом по нежным яйцам.
На мониторе нехорошо зарябило — черточки, точки мелькали зеленым шумом. А фоном звучал визгливый гул машинерии, набиравший обороты. И хрен поймешь — насколько штатно сработал модуль, который, между делом, изобразил траекторию стравливающего воздух шарика, замер под потолком… и обрушился вниз дождем мелких серых капель.
Дробно застучало. А мне чет захотелось уйти. Потому как функция резко возражала против стрельбы.
Мелкая дробь запрыгала по пульту, ускользнула по углам и через мгновение крайне неэффектно растворилась в электронной начинке. Но общий концепт, полагаю, не нарушен — машинерия не выглядела феерией инженерной мысли — по сути пара коробок, древний монитор на неказистом столе, сенсорный захват под операторскую лапку и никакого футуристического говна. И сервис под стать — шар, который просто перестал быть шаром, уйдя в закрома.
Прошла минута в непрерывной смене тональности работы невидимых приборов. Сперва, конечно, напрягло, скрутило мышцы в готовности принимать защитные позы, но затем попустило — едва осознал, что визуально перемен не наблюдаю.
Прошла еще минута.
Разогнувшись, аккуратно переступил разбитую вражескую аппаратуру и подтупил к столу:
— А можно, сука, с подробностями? — вопрос такой себе, без фантазии, но усталые мозги не способствовали. Хотя в душе поселилось чувство, одобренное инсталляцией, что в машинном закулисье творится нечто масштабное.
Я приценился к сенсор-контакту. Сунуть- не сунуть? Вопрос почти философский, но определенные сомнения присутствовали.
Гул резко стих, точно обрубили динамики. Лишь тихий электронный шорох сочился из-за стен. Монитор мигнул и налился чернотой, стерев рябь непонятного. Ну, вступление достойное, да и ждать надоело.
«ПРЕРЫВАНИЕ»
«Загрузка. Нулевая матрица»
«Загрузка»
Надписи проступили блекло-зеленым пиксельным рядом и задрожали в непонятном усилии. Как говорится, Ось терпела, вот и нас нагнула. Моветон.
«Оператор. ДЫ…»
Вот это «ДЫ» напрягло, скрывать не стану. Рука сама потянулась к рукояти пистолета. Я типа тоже могу пойти с «ды», мне не сложно. Но не успел. На экране полыхнула прям эпитафия.
«РЕСУРСНЫЙ ДЕФИЦИТ»
Я прищурился, пытаясь избавиться от зеленых бликов. Песнь, знакомая до боли.
«Пороговое отключение. Сбой.»
«РЕСУРСНЫЙ ДЕФИЦИТ»
«Ошибка формирования директивы… Переадресация. Сервис-модуль»
— Звучит гаденько, — поделился я, отступая на шаг. Меня никто не приглашал к контакту. Столь вопиющее отклонение искренне нервировало — словно на сцене появился некто третий, о ком я не знал, но уже недолюбливал.
А дальше случился обратный дождь. Из ближайших щелей рванула мелкая капель сервис-модуля и, собравшись в изначальный шар, зависла напротив моей шрамированной руки. Но стремно не это — модуль потыкался мне в кисть, точно пес, ищущий ласки.
И вот он — сучий момент. Ты стоишь, не понимаешь, как дошел до такой жизни, а жернова вселенной равнодушно крутятся, перетирая твое непонимание. Но у меня есть ответ. Буквы на три, четыре. Я Джимми…
Молча и почти стоически протянул руку, коснувшись устройства. Вновь напахнуло жженым сахаром и модуль растекся по запястью темно-серым литым наручем. Сел крепко, обдав кожу жаром.
— Не понял? — решил я обострить.
Функция образно замурлыкала сытым котенком. Да тут, бл… встреча потерянных родственников, хоть и без танцев. Но, справедливости ради, композиция из функции и прилипшего модуля чувствовалось более гармонично. Полнее? Насыщенней?
На эмоции саданул приобретенным нарукавником о край стола. И не поверите — реакции ноль. Я согнул и осмотрел руку. Если не знать, то напоминает непритязательный элемент защиты, что сел излишне плотно. Давление почти не чувствуется, как и вес. Только пульсирующее тепло…
— У оператора вопрос, — сказал я притихшему пространству.
Всем похер — так интерпретировал отсутствие перемен. Стою подле стола, слева трупы, справа выход, а на задворках нудно зудит аппаратура. Хотя поспешил — есть новый сигнал, что проявился в сознании скромным огоньком.
Целевой объект — скопление аэро на 10 %. Найти, доставить, получить удовольствие.
— Мне че, уже тестеры команды отдают? — уточнил на пике злого всплеска. Не комильфо, да и в целом бесит.
Одним слитным движением приник к столу, достал пистолет и ткнул дуло в металл браслета. Что могу сказать, проявись хоть один электронный писк, скорее всего, не сдержался бы — порадовал пулей украшение. Но модуль, да и функция отнеслись поверхностно-равнодушно.
И знаете? Я развернулся и пошагал на выход. Хотелось сполоснуться, закинуться протеином и давануть лежанку — всему свое время. Какая-то сраная ячейка не испортит мне день. Очередное задание? Так оно лишь приблизит к ответам. Да и справедливости ради, хотелось бы иметь под боком правильно функционирующую машинерию. С нее можно поиметь, добавив смене шансов.
Подъем прошел как в забытье. Серые стены, холод лестничных скоб, мазки фонарного луча. Вывалился в комнату усталым чертиком и с нижних ракурсов оценил свершения команды. Подвижки весьма скромные — по лежанкам, стульям разложена добыча, напоминавшая гаражные развалы, где все по тридцатке, и никто не уйдет обиженным. Бодренько светила лампа, фыркал котелок на печке. За окнами поблескивал отсветами аграрный вечер, со стороны внутренних помещений корпуса слышался шум гулящей обители.
