Звездная дата: 8 сентября, четверг

Мы с Элом пообедали в Саннивейле, недалеко от одного из зданий Атари. Того самого, где у них сидят программеры, работающие с 68К.

К нам примкнули трое парней — Марк, Крис и Ральф. Последний — под стать имени, здоровенный кучерявый детина.

— Я жду розового письма о сокращении уже через месяц-другой. И, если честно, вообще не представляю, куда устраиваться, — пробасил Ральф, — есть вариант начать писать под Сан-1, Эппл Лиза или новый компьютер Джобса, если он все же выйдет после нового года.

— Это всё не игровые платформы, — пожаловался Марк, примерно мой ровесник со взором горящим, — а я всегда мечтал писать игры. Я Беркли бросил ради работы в Атари, и теперь выясняется, что она под угрозой. И жалко даже не работу, а незаконченную игру.

Фанатик! Мне такие и нужны.

— Я, если наше подразделение закроют, стану независимым разработчиком, — поделился планами Крис, его инициалы тоже совпали с моими Си-Си. — Хочу сделать глобальную стратегию о геополитике.

Раздал наши визитки всем троим и угостил печеньками-уточками. Ох, как хотелось их еще и Макинтошем поманить, но нельзя, я подписку давал.

В любом случае, дядя Лёша Алкорн, спасибо тебе за этих парней! Если хотя бы один согласится — это великолепно.

Звездная дата: 9 сентября, пятница

Вышел свежий «ПиСи Мэгэзин» с колонкой Питера Нортона про Коммандер и нашими контактами, после чего мы проснулись популярными. Офисный телефон раскалился докрасна. Уравновешенная и спокойная Лиза даже вышла на крыльцо покурить, хотя давным-давно бросила.

Какой-то придурок пенсионного возраста назвал меня по телефону коммунистом и угрозой национальной безопасности. Я человек мирный и не стал ему говорить, куда идти и что там сделать.

Дописал-таки вторую версию спецификации ДжулайСкрипт. Попытался больше не изобретать вундервафлю, а сделать именно что скриптовый язык здорового человека. Взял за основу ТайпСкрипт, несколько его урезав. Точки с запятой уравнены в правах с концом строки. Типизация строгая, но очевидные типы выводятся автоматически. Блоки по-сишному в фигурных скобках. Переменные объявляются только через let и const. Одно равенство вместо двух с половиной. Никаких неявных превращений вроде 5 + «5» = «55». И всего одно ничто — null, да и тот разрешен только там, где тип помечен вопросиком. Часть сахара, такую, как срезы, оставил. От части с болью в сердце отказался. И никакого, во имя Омниссии, this!

Классы и интерфейсы — как в Тайпскрипте, с небольшими отличиями. Раз я отправил this на мороз, метод получает свой объект явно, первым аргументом self, как в Питоне. Никакого открытия Америки, но мне нужен простой язык для написания игровой логики и будущего захвата рынка браузеров.

Владение памятью убрал, как опередившее своё время и мои теоретические познания. Отступы подождут Гвидо ван Россума. Джон отвез новую папку Сэму и на этот раз критики почти не последовало. Да и датчанин Андерс, с которым мы созвонились среди ночи и передали спецификацию по факсу, хотя бы на словах, но одобрил. Откуда я его знаю-то?

— Утиная типизация, мне нравится это решение, — похвалил скандинав решение по структурной типизации, — если что-то выглядит как утка, плавает и крякает, то это утка.

Звездная дата: 10 сентября, суббота

Майкл принес самодельную настолку про ОБЧР — огромных боевых человекоподобных роботов. Нарисовал вручную карточки, картонные фишки, правила, таблицы, всю свою степень по графическому дизайну в ход пустил. Я к настолкам пристрастился у бабушки в деревне, у нас там с пацанами имелся советский клон Монополии. Хорошо, что суббота — выходной. А то как засели мы с Линдой и Пондсмиты за партию до обеда, так отпустило только после ужина.

— Может, сделаем компьютерную? — предложили мы с Майклом почти одновременно.

Шикарная пошаговая тактика у него получилась. Пятьдесят процентов роялти положил, глядя, как у дизайнера глаза горят своим проектом. Мне не жалко хорошему человеку, учитывая, сколько они с женой, очевидно, будут вкалывать над игрой.

— Босс, пятьдесят процентов — это очень щедро, но мы говорим о половине от двадцати пяти процентов, — сказала теть Лиза Пондсмит. — Как насчет того, чтобы самим издавать игру? Для начала нашу. Я в последние полгода только и изучала, как работает розница, говорила с людьми на выставке. Уверена, мы справимся и с тиражированием, и с реализацией.

— Дерзай, — признал я, — ты операционный директор.

И официально ее должность по бумагам провели. Лиза заслужила.

Звездная дата: 11 сентября, воскресенье

С утра позвонила Елена похвастаться успехами Валеньки, та научилась переворачиваться на животик. И как бы я младенцев ни боялся, все одно умилился, представив.

Вечером Линда взяла кассетный магнитофон и начала запись: читала сценарий Желязны к «Дороге ярости», диктовала рецепты панамских народных салатов, посчитала до ста, попросила ее рассмешить и смеялась над шуткой про рекурсию. Я сидел рядом и слушал, понимая, для чего она это затеяла. Даже Каналья, развалившаяся у девушки на коленях, кажется, поняла.

— Доктор Розенталь говорит, что у меня изменится голос… я хочу сохранить этот хотя бы на кассете. Он тихий, хриплый, некрасивый… но ты говорил, что он тебе нравится, — все же пояснила Линда.

Я написал на кассете «Эль-Кей, версия 1.0» и сделал четыре бэкапа. Нельзя потерять. Надо бы и пятый…

Звездная дата: 12 сентября, понедельник

Чака, Коннора, Блейза, Роберто и Майкла снова вызывали к детективу Якобсу ответить на те же вопросы, что и ранее.

Уолтер Дэй дозвонился до нас и пытался зазвать в Белый дом на встречу с президентом. Мы единогласно и вежливо отказались.

Вечером позвонил Эл.

— Помнишь, я ставил машину против трехколесного велосипеда? Атари закрыла проект клавиатуры. Ребята из Пи-Ви-Ай свободны. В четверг ты не занят?

— Прости, в четверг не смогу.

— Точно, операция. Извини, Колумб. Переносим на пятницу, у нас, в офисе Хардвер. Нет, лучше на понедельник, им все равно когда прилетать. И, Крис… передай Линде все лучшие пожелания.

Пришел факс от Кенты с отчетом по продажам. Японская авантюра к данному моменту принесла нам десять тысяч. Нам — это мне, Линде и Монти. Каждому, а ведь продажи только стартовали.

Звездная дата: 13 сентября, вторник

Отстоял очередь на почте и отправил бланк, подаренный Лео на день рождения. И так с ним затянул.

В VVVVVV зарелизили юбилейную 250-ю комнату. Сроки уже поджимают, но к дедлайну, то есть концу месяца, должны успеть.

Ночь позвала Линду, чтобы внести сюжетные правки — нарисовать утят, заказанных Робертой для переходов между уровнями. До двух ночи засиделась.

— Хочу закончить все дела перед операцией, — севшим голосом объяснила она, чем только усилила мое собственное волнение.

Звездная дата: 14 сентября, среда

Трейси подарила Линде набор для молчания — маркерную доску, фломастеры и уточку. После операции нас ждет как минимум две недели полной тишины.

— Младшенькая, запомни — один писк уточкой значит «Йеп», два — «Ноуп», три — «Собеседник — лошадиная задница». Это айовская азбука Морзе. Можешь у мистера Дэя спросить, когда снова приползет умолять тебя вступить в его команду.

Джон Харрис привез из колледжа распечатку нашей обновленной спецификации с короткой визой Джона Оустерхаута «Это возможно реализовать». Работаем!

Звездная дата: 15 сентября, четверг

Линда всю дорогу в клинику держала ладонь у меня на колене. Болтушка Трейси даже не пикнула с заднего сиденья. Регистратура, анкеты, больничная рубашка. Линда вручила мне уточку-адмирала и листок из блокнота. Каталка, двери, ожидание настолько бесконечное, словно законы пространства и времени здесь больше не действуют.

— Адмирал Патито, сэр, капитан Колон свой доклад закончил!

Часы над стойкой показывали без десяти три, когда двери операционного покоя разъехались и к нам вышел врач.