— Если тебе любопытно, почему поставили именно меня, то всё просто. Гин не любит доверять перспективных людей тем, кто не умеет думать быстрее, чем бить.

— А вы умеете и то, и другое?

Он бросил на меня быстрый взгляд.

— Разумеется. Иначе зачем бы я был таким красивым? И давай без вы. Не люблю официоз между своими.

— Как скажешь. — кивнул я, усмехнувшись его наигранному самодовольству.

— А если серьёзно, — продолжил Данте, — сегодня тебе резко подняли ставки. Теперь появятся те, кто захочет копать под тебя глубже. Те, кто попытаются купить. И те, кто предпочтут решить вопрос проще. Так что ближайшее время скучным не будет.

— Я уже догадался. — сухо ответил я. — Даже этот день выдался насыщенным.

— О, это я заметил.

Он прибавил скорость ещё немного, ловко проскальзывая между потоками машин. Со стороны могло показаться, что Данте ведёт расслабленно. Но по траекториям и работе руками сразу было видно — контроль абсолютный.

— Кстати, — сказал он как бы между прочим, — Гин редко даёт такие условия, как тебе. Так что не зазвездись.

— Попробую. Хотя, если честно, сейчас меня больше волнует не контракт.

— И это правильно. — кивнул Данте.

Дальше ехали молча. Мне было удобно это молчание. Не тянущее. Не неловкое. Просто каждый занимался своим. Данте вёл машину, а я размышлял о будущем.

Красный район встретил иным городом. Более широкие улицы, меньше дешёвого неона, больше спокойного света. Дома выше, чище, богаче. Даже воздух здесь казался другим — не чище, конечно, но будто более дорогим. Забавное ощущение.

Больница тоже не выглядела обычной. Скорее как научный центр из будущего: белый стеклометалл, плавные формы, большие прозрачные поверхности, по которым скользили световые линии. На входе дежурили двое охранников в форме частной клиники, но, увидев машину Данте, они лишь быстро отошли в сторону.

Мы вошли внутрь. В нос ударил резкий, почти стерильный запах антисептика. Светлый пол под ногами мягко гасил звуки шагов. Где-то в стороне тихо пищала аппаратура, по полу скользили медицинские дроны с лекарствами, а персонал двигался настолько быстро и слаженно, что это само по себе внушало уважение.

Зак ждал у закрытой двери палаты.

Он стоял у стены, сложив руки на груди, и казался здесь таким же чужим и уместным одновременно, как хищник в дорогом музее. Всё тот же спокойный взгляд, всё та же тяжёлая собранность.

— Привет. — сказал я, подходя.

— Живой. — констатировал он, скользнув взглядом по моему лицу. — Уже неплохо.

— Сам удивлён. — усмехнулся я.

Данте коротко кивнул Заку, как равному.

— Её уже осмотрели? — спросил я сразу, переводя взгляд на закрытую дверь.

— Да. — ответил Зак.

В этот момент дверь открылась и из неё вышел врач. Высокий мужчина в светлом халате, с планшетом в руках и с очень хмурым выражением на лице, будто случилось что-то плохое. Я сделал шаг к нему, чувствуя, как внутри всё снова стягивается в тугой узел.

— Доктор… — напряжённо произнёс я. — Что с Мией?

— Жизни вашей сестры ничего не угрожает.

Только после этих слов я понял, насколько сильно был напряжён всё это время. Словно кто-то затянул на рёбрах металлический обруч и только сейчас его ослабил.

Врач провёл пальцем по экрану планшета и продолжил:

— У неё лёгкое сотрясение, множественные ушибы, небольшая рассечённая рана на затылке и на этом, по сути, всё. Переломов нет. Внутренних повреждений тоже не наблюдаем. Для такой взрывной волны отделалась она очень легко.

Я машинально кивнул, отмечая про себя главное: жива, цела, критических повреждений нет.

— Но, — добавил врач, — на один-два дня я бы рекомендовал оставить её под наблюдением. Травмы головы любят преподносить сюрпризы, поэтому лучше поостеречься.

— Понял. — кивнул я. — Она уже очнулась?

— Да. Сознание ясное, речь в порядке, на вопросы отвечает нормально. Жалуется на головную боль и слабость, что в её состоянии ожидаемо. Можете зайти к ней, но без лишнего шума и ненадолго.

— Спасибо, доктор. — с искренней благодарностью ответил я.

Тот коротко кивнул и бросив быстрый взгляд на Зака, ушёл дальше по коридору.

Я посмотрел ему вслед, ещё раз мысленно раскладывая услышанное по полочкам. Опасности для жизни нет. Это главное. Остальное решаемо.

— Вид у тебя такой, будто ты сейчас либо упадёшь от усталости на пол, либо кому-нибудь сломаешь руку. — хмыкнул Данте, прислонившись плечом к стене.

— Сначала зайду к Мие. — ответил я, проигнорировав его комментарий.

— Мы подождём здесь. — спокойно сказал Зак. — Не торопись.

Я кивнул, толкнул дверь палаты и вошёл внутрь.

Запах лекарств здесь был мягче, чем в коридоре, а свет приглушённее. Небольшое помещение — одна кровать, встроенный шкаф, кресло у стены и узкое окно с матовым затемнением. Слева мерцал экран медицинского блока, отслеживающий пульс и ещё какие-то показатели.

Миа лежала на кровати, чуть приподняв голову на подушке. Волосы были убраны назад, на виске и затылке виднелись аккуратные медицинские фиксаторы, а на левой руке поблёскивала тонкая полоска диагностического датчика. Лицо всё ещё бледное, но глаза уже ясные. Увидев меня, она сразу улыбнулась.

— Ну наконец-то ты пришёл. — тихо сказала она.

Я облегчённо выдохнул и подошёл ближе:

— Прости. Меня задержали СВП.

— Главное, что ты цел. — улыбнулась она, не сводя с меня взгляда.

Я остановился у кровати и несколько секунд просто смотрел на неё, убеждаясь, что врач не ошибся. Дыхание ровное, взгляд нормальный, реакция быстрая. Слабость заметна, но это не критично. Только после этого пододвинул кресло и сел рядом.

— Тебе головой приложило о стену, а ты переживаешь за меня. — усмехнулся я. — И чего ты такая спокойная? Как будто не нам только что взорвали квартиру.

— Потому что было время подумать. А вот Заку досталось. — улыбнулась девушка. — Пока он меня вёз в больницу, я пыталась вырваться из машины прямо на ходу.

— Зачем? — недоумённо произнёс я.

— А ты представь, как это выглядело с моей стороны. Вспышка на долю секунды, темнота, а затем Зак, который велит мне не дёргаться из-за травмы головы. А когда я спросила, что произошло, он сказал, что нашу квартиру подорвали. — нахмурилась девушка. — А ты должен был вот-вот вернуться.

— Всё-всё, я понял. — примирительно поднял я ладони, с тёплой улыбкой глядя на злое лицо Мии. — На мне ни единой царапины, так что не переживай. Лучше скажи как себя чувствуешь?

— В целом нормально. — она поморщилась. — Только голова трещит так, будто внутри кто-то решил устроить стройку.

Я скользнул взглядом по её плечам, шее, рукам. Уже без той лихорадочной спешки, что была в квартире, но всё равно отмечая детали: не напряжена ли слишком, не трудно ли ей дышать, не дрожат ли пальцы, не мутнеет ли взгляд.

Миа заметила это и чуть теплее улыбнулась.

— Со мной правда всё в порядке, Каин. Не надо так смотреть, будто ты сейчас лично будешь проводить второй осмотр.

— Если понадобится — проведу. — отрезал я.

— Даже не сомневаюсь.

Несколько секунд мы молчали глядя друг на друга. Тишина не давила. После того, что произошло, она, наоборот, была почти роскошью.

Я упёрся локтями в колени, сцепил пальцы в замок и уверенно посмотрел ей в глаза:

— Извини, это всё произошло по моей вине. Больше такого не повторится.

Миа сразу перестала улыбаться.

— Не говори ерунды.

Я вопросительно поднял бровь:

— Это не ерунда.

— Нет, именно она. — тихо, но твёрдо возразила Миа. — Зак уже рассказал в общих чертах, что произошло. Виноват не ты. Виноват тот, кто это подстроил.

Я ничего не ответил.

Формально она была права. Я не закладывал взрывчатку, не подкупал СВП, не стоял в подъезде с мерзкой улыбкой, как Ламар. Но это не отменяло другого: удар пришёл по человеку, который был рядом со мной. По единственному близкому мне человеку в этом мире. А значит, как ни крути, вопрос всё равно упирался в силу, контроль и способность закрывать уязвимости раньше, чем в них ударят.