— А мне откуда знать? — зло ответил Куки. — Может, у него в желудке героин или секретные документы для Ванадина! Может, он принадлежит любовнице какого-нибудь южноафриканского короля! Джеки, тебе Мо про это что-нибудь говорил?

— Нет. Только про десять тысяч в награду за зеленого кота и что крашеных ему не надо. Это было пару недель назад. Кто-то просил описать зверя поподробней, но он сказал, что особых примет у кота нет — кроме окраса. — Джек встал. — Да что толку об этом болтать? Мы все равно ничего не можем поделать. — Он уставился на Сачеверелла, словно бросая ему вызов.

— Ну... — протянул тот.

Фил закончил думать, встал и распрямил узкие плечи.

— Мы можем спасти зеленого кота. Похитить его у Бримстайна. Кто со мной?

Куки резко повернулся.

— Никто. И сам ты тоже никуда не пойдешь.

Джек схватился за виски и простонал:

— Теперь еще этот тупарь!

Джуно тяжело поднялась со стула и вразвалку подошла к ним, держа в руке бутылку и стакан.

— Слушай сюда, Фил. Надо отдать тебе должное: ты паренек лихой, ничего не скажешь. Но никто, поверь мне, никто не посмеет перечить Мо Бримстайну.

Фил задумался.

— Но ведь я уже это сделал — и ничего, — гордо заявил он.

— Да, помню, — согласилась Джуно, — только Мо не принял тебя всерьез.

Фил посмотрел на Сачеверелла.

— А вы? Вы ведь верите в Везунчика!

Куки бросил на Сачеверелла предостерегающий взгляд.

— Если хоть кто-нибудь заикнется мистеру Бримстайну о зеленом коте, — сказал Куки, — нам всем зальют в ноздри расплавленную пластмассу!

— Что ж... — вымолвил Сачеверелл, оглядываясь в поисках помощи или совета. — Дорогая, как ты думаешь, какие меры нам следует предпринять?

Мэри, высунув язык, стругала воск.

— Мне все равно, что будут делать остальные, — сказала она, поведя плечами и поднимая со стола чешуйку воска толщиной с микротомный срез. — Я поработаю над Бримстайном по-своему. — Она выставила на всеобщее обозрение восковую заготовку, уже похожую на огромную голову верзилы из «Корпорации удовольствий». — Когда все будет готово, в ход пойдут иглы и булавки!

Джуно хмыкнула, Куки почти удивился. Сачеверелл задумчиво покусал нижнюю губу и, глядя на Джека и Куки, молвил:

— Да, пожалуй, это оптимальный вариант.

— Ну ладно, — вздохнул Фил и двинулся к двери.

— Куда ты собрался? — вопросил Куки.

— За котом, — просто ответил Фил.

Все тут же забегали и принялись наперебой твердить, что так нельзя, а Джуно схватила его за плечи и развернула к себе лицом.

— Фил, впервые в жизни я согласна с этими недоносками. Не смей гоняться за дурацкой кошкой, понял?!

Фил улыбнулся.

Она с отвращением покачала головой.

— Эх, зачем только я дала тебе виски!

— Дело не в виски, а в том, что ты туда подмешала, — вставил Куки. — Он же явно под кайфом!

247

Фил, словно в подтверждение его слов, безмятежно улыбнулся. А потом все слегка расступились — он даже подумал, что они смирились с неизбежным и хотят его отпустить. На самом же деле все в потрясении смотрели на входную дверь за его спиной. Оттуда потянуло холодком.

Доктор Ромадка поставил на пол черную сумку и с улыбкой произнес:

— Привет, Сачеверелл. Привет, Мэри.

Коротко кивнув Джеку, Джуно и Куки, он обратил веселый взгляд на Фила.

— Что ж, друг мой, заставили вы меня попотеть! Между прочим, повезло, что мне вообще удалось вас найти. Я бы с удовольствием продолжил нашу беседу, она была прелюбопытная! — Он удостоил взглядом всех собравшихся. — Надеюсь, вы нас извините за обсуждение личных тем. Итак, Фил, подозреваю, что... э-э... человек, который уговорил — или заставил — вас сбежать, внушил вам множество разнообразных идей. Но я могу развенчать их буквально в два счета, только дайте мне такую возможность. Между прочим, тот же человек вырубил электричество во всем доме и запер двери на кодовый замок. Экий проказник! Моя собственная дочь!.. Словом, попрощайтесь с друзьями, Фил. Надеюсь, они не обидятся, что я вас разлучаю.

К этому времени Ромадка уже вышел на свет, и все отчетливо увидели четыре запекшиеся царапины на его щеке. Мэри ехидно заметила:

— Антон, я никогда не верила твоему вранью про буйнопомешанную пациентку, но, похоже, придется поверить! У тебя все лицо разодрано.

Улыбка доктора Ромадки слегка померкла.

— Многие иллюзии на поверку оказываются чистой правдой, Мэри, — непринужденно произнес он, — хотя моя работа заключается в том, чтобы доказывать обратное.

Правда, Фил? Например, что не бывает на свете девушек с копытами и черной шерстью, которые забывают затемнять окна, когда раздеваются.

— И зеленых котов, — тихо добавил Фил.

— Вот именно, — коротко согласился Ромадка.

— Почему бы вам не признать, доктор, — холодно продолжал Фил, — что зеленый кот — из тех иллюзий, которые на поверку оказываются чистой правдой? И что вы за ним охотитесь? Эти люди не испугаются, они все его видели.

В глазах доктора Ромадки вспыхнуло подозрение.

Куки тут же воскликнул:

— Ничего подобного!

— Док, да мы понятия не имеем, о чем он, — добавил Джек. — Зато мы знаем, что он душевнобольной. Поэтому и направили его к вам.

Эти слова не произвели на психоаналитика никакого впечатления. Фил с восторгом наблюдал, как он сверлит подозрительным взглядом Джуно, Сачеверелла и Мэри, затем хихикнул и загадочно проговорил:

— Ладно, я пойду с доктором. И уж поверьте, лучше бы я в одиночку сразился с Бримстайном.

Глаза доктора Ромадки вспыхнули с новой силой, но Джек тут же затараторил:

— Слушайте, док, возьмите этого парня в оборот и заприте где-нибудь от греха подальше, а?

— Запру, можешь не сомневаться, — рявкнул психоаналитик, сбрасывая личину дружелюбия и любезности. — Заруби себе на носу, Фил: хочешь или нет, но ты идешь со мной. А если снова надумаешь сбежать, снаружи меня ждут друзья.

— Вот и чудненько, — сказал Джек. — Я только «за». Мы с радостью избавимся от этого психа.

Джуно, задумчиво хмурившая лоб, склонила голову набок.

— Ну, не знаю, Джек... Что-то мне это не по душе.

— Джуно... — грозно начал ее муж.

— Не хочу бросать паренька на съедение волкам! — с вызовом закончила она.

— Волкам, миссис Джонс? — недовольно переспросил доктор Ромадка. — Я делаю это для всеобщего блага. Объясните, будьте любезны...

И тут к ним решительно подошел Сачеверелл. В его взгляде, направленном на Фила, больше не было ни намека на сочувствие.

— Полагаю, Антон и Джек совершенно правы, — заявил он, хватая Фила за рукав и подводя к двери. — Я устал от ваших обманов, мистер Гиш. Отправляйтесь вместе с Антоном и его друзьями, куда они велят. И чтобы никаких выкрутасов!

Доктор Ромадка радостно крякнул. Фил попытался вывернуться из рук Сачеверелла, но последний прижался к нему вплотную и зашептал на ухо:

— Наверх по лестнице, два пролета.

В следующий миг Фил почувствовал толчок, а Сачеверелл с криком налетел на Ромадку, который наклонился за своей сумкой, и заодно опрокинул единственную лампу, освещавшую коридор.

Фил уже мчался по лестнице в кромешной тьме, хватаясь за хлипкие перила. За его спиной раздавались крики и торопливые шаги. Ближе всех гремел мужественный голос Сачеверелла:

— Вон он! Держи его!

Фил одолел первый пролет и помчался вверх по второму. Сачеверелл за его спиной хлопал полами халата, точно зеленая летучая мышь. Наверху он схватил Фила и запихнул в открытую дверь. Они вновь оказались вплотную друг другу.

— В окно и бегом по балке, — прошептал Сачеверелл. — Ради Него я готов на все!

Дверь тут же закрылась, а хозяин дома завопил:

— Он полез на чердак! Все за мной!

Фил стоял в темноте. Из высокого окна напротив сочился едва заметный свет. Под ногами испуганно метались крысы — постоянные жильцы этой комнаты.

Фил подошел к двустворчатому окну и заметил, что стекло в нем — древнее, немного волнистое. Он вспомнил сразу несколько комедийных сцен и анекдотов о людях, тщетно пытающихся открыть такое примитивное окно, однако Филу это удалось без труда. Он вылез наружу и замер на внешнем откосе, рукой держась за подоконник.