Одной рукой он покрепче перехватил мои запястье, а второй провёл от груди до живота, словно проверяя комплектацию набора под именем Беатрис.

Я беспомощно царапнула над головой землю.

Сердце забилось в горло и билось раненой сойкой. В голову лезли дурацкие и теперь бесполезные мысли. Бесконечно сравнивая себя с драконами, я вычислила, что уступаю по силе лишь главе Вархов и, как ни странно, Давиану. Остальных я превосходила в потенциале, хотя и уступала в боевом опыте.

И теперь я уступала Абелю, хотя он даже не был драконом. И не использовал против меня магию.

Несколько секунд шок перекрывал ужас. Я никогда не знала Абеля с этой стороны, но в эту секунду поняла, почему драконы его боялись.

— Перестань, — сказала, задыхаясь. — Это насилие, Абель. Не делай того, о чем пожалеешь.

На короткий момент мои слова подействовали.

Абель с недоумением поднял голову.

— О чем ты говоришь, Биче? — его голос звучал с искренним недоумением и, казалось, обидой. — Какое насилие может быть между мужем и женой? Да, мы были какое-то время в ссоре, но мы встретились! Я никому не дам тебя в обиду.

— Ну правильно. Он никому не даст меня в обиду, и будет обижать меня сам.

— Я не хочу, — сказала холодно и членораздельно. — Если ты не остановишься, я никогда тебя не прощу.

Мои слова не произвели никакого впечатления. Голос звучал отвратительно задыхающимся, и я никак не могла понять, какого черта он задыхается и так меня подводит. Руки у меня онемели выше локтя. Поясница подрагивала от напряжения. А ноги оказались полностью спеленуты, поскольку Абель меня буквально оседлал и не давал двинуться.

Надо успокоиться.

Надо мыслить трезво.

Это Абель. Я хорошо его знаю. Я управляла им десять лет. Я всё ещё могу сделать его послушным.

Я ответила на поцелуй и насильно расслабила бёдра, позволяя прижаться ближе. Абель не купился, но стал нежнее.

Я закрыла глаза, перелистывая в голове страницы тысячи книг. Абель не использует магию, видя во мне слабую самку, а значит, у меня есть шанс.

Под веками текли старинные формулы. В голове звучал шепот, проговаривая правильное произношение рун. Одно название сменялось другим.

Пурпурный взрыв — редкое умение собрать всю кровь в теле человека, сжав её в единый шар. Он не убьет, но обездвижит. Или «Копье согласия». За дурацким названием крылся навык управления чужой магией. Способность на миг перехватить ее и материализовать в виде копья. Хотя лично я назвала бы заклинание «Копьем несогласия». Я определенно была бы несогласна, чтобы в меня втыкали мою собственную магию.

Но я выбрала «Механическую розу».

Она была проста в применении и не требовала опыта. Дар богов дал мне знания, но не сделал из меня ни сильного воина, ни безупречного мага. Для очень многих заклинаний требовалась практика. Теории было недостаточно.

Роза была идеальна для меня.

Я шепнула первые руны заклинания. Магия мгновенно откликнулась, собираясь в теле золотой дымкой и делясь на лепестки.

Абель услышал мой голос, но не понял слов. Только поднял голову, вглядываясь в моё лицо.

— Что ты говоришь? — в его тоне было любопытство и ни капли подозрения.

Для него я всё ещё была ручной домашней Биче. Кем-то вроде питомца.

— …фархала нияш, феода ценце. Алхава, Альва, Алиш.

Последние слова заклинания я договорила, глядя ему в глаза.

Магия, собранная в бутон, развернула соцветие, и острые лепестки вырвались сотнями острых кинжалов.

Абеля обняло золотым вихрем и с силой откинуло в стену. Камень основательно тряхнуло, по стенам расползлась тонкая сетка трещин. Я с трудом поднялась на ноги и застыла, напряженно вглядываясь в сумрак коридора.

Заклинание обещало, что объект воздействия в ближайшие сутки будет лежать поленом и говорить только «му-му-му». Врало.

Абель медленно поднялся, сверкнув на меня чёрными мрачными глазами. Он ничего не говорил, но я точно знала, что он подумал.

Уже потом я сотни раз прокручивала в голове упущенные возможности: атаковать снова, выпустить сырую силу, закричать, перекинуться во вторичную ипостась. В тот момент я была в таком шоке, что легко перекинулась бы и в первичную форму.

Вместо этого я развернулась и побежала. Вломилась с разгона в ночной запутанный сад, взятый в кольцо каменными стенами замка. Меня вел заячий инстинкт, а у инстинкта разума нет.

За спиной послышался грохот, после — мягкие редкие… шаги? Или, скорее, скачки. Тот звук, который издает гепард, настигающий прыжками жертву.

Меня затошнило от ужаса.

А после перед глазами всплыла руна. На этот раз она светилась золотом и бежала впереди меня, заставляя делать неожиданные зигзаги.

Вслед за ней я метнулась в белые заросли флаций, а после неожиданно выскочила на противоположную сторону сада. Он упирался в такой же открытый коридор, уходящий вглубь замка.

Руна прыгнула на серый камень и ушла в темноту. Я без раздумий помчалась за ней. За спиной слышались сосредоточенные шаги. Абель не отставал. Я выигрывала страшную гонку только за счёт неожиданных поворотов, которыми руна уводила меня всё дальше от преследования.

Сердце грохотало где-то в ушах. Я проскакивала коридор за коридором, полностью запутавшись в хитросплетении дворцовых ходов. Вот только Абель не собирался сдаваться.

И самое страшное — он молчал. Как опытный воин он знал, что любой звук работает против него. Он идентифицировал меня как противника и обходился со мной соответствующе.

Наверное он мог меня поймать, но почему-то не делал этого, давая мне выскользнуть в последнюю секунду.

Даже будучи драконом я полностью уступала ему физической и, скорее всего, магической силой. Я выигрывала доли секунды, тратя их на введение кодов, которые открывали проходы в стене.

Абель же просто выносил их ударом.

А потом я поняла.

Он охотился. Загонял упрямую дичь во всем правилам королевского лова. Густое сладкое удовольствие просачивалась в каменные поры замка и теснило меня вглубь.

Кажется, руна тоже это поняла.

В какой ты момент, когда я окончательно запуталась в паутине узеньких мелких коридоров, она вывернула к одной из мозаичных вставок на стене. Разноцветное стекло искрилось бликами от ближайшего светильника и выглядело ненадёжным. Абель разнесёт его с одного удара.

Но у меня не было времени договариваться с руной. Она уже показывала где нажимать, чтобы открыть очередной секретный ход.

Я доверчиво прожала несколько камушков в стекле, и то послушно разошлось в стороны, впуская меня в темноту. Не теряя времени, я проскочила внутрь.

Мозаика сомкнулась за спиной стеклянным водопадом. На стене неохотно зажглись два тусклых светильника.

Этот коридор был узким, сырым и мрачным. Почерневший от воды камень был скользким на ощупь, а углы покрылись мхом. Каменная кишка выглядела так, словно я её первой посетитель за это тысячелетие. Сюда бы клининг… Вот почему владельцы этого кошмара, не следят за качеством своих тайных ходов?

Тут люди ходят между прочим. Иногда.

Я неуверенно обернулась назад. Стекло уже потемнело, почти слившись со стеной. Стояла тишина, хотя Абель наверняка успел до него добраться. Но в могильную тишь коридора не проникало ни звука.

Руна проскочила вперёд, и я волей-неволей двинулась следом.

Стараясь не касаться стен, я проскользила балетным шагом до встречной стены и застыла в недоумении. Это был… очень короткий коридор. Тупиковый. Очевидно выход был там же, где и вход. Наверное, мне нужно вернуться к стеклу и подождать, когда Абель уйдёт. Не будет же он сидеть там до утра?

Я медленно развернулась и поискала глазами руну, но та как сквозь землю провалилась.

— Вернись, предательница, — сказала хмуро. — Нельзя, знаешь ли, завести человека невесть куда и бросить.

Сделала шаг вперед и пол перед кончиками туфель обвалился, почти мгновенно наполнившись до краев тёмной водой.

С противным скрежетом в стенах сдвинулось несколько камней, обнажив тёмные ниши. «Бойницы», — любезно подсказал ум.