СТАЛИН. Прошу вас и товарища Хозина часам к 12 ночи информировать об обстановке по этому проводу. Все.

ЖДАНОВ. У нас все.

СТАЛИН. Всего хорошего. Желаю успеха. Жду первой информации по прямому проводу сегодня в 12 ночи. Вызывать меня к проводу. 8 ноября 1941 г., 6.00. Сталин.

ЖДАНОВ. До свидания, товарищ Сталин. Приступаем к выполнению указаний и в 12.00 ночи будем вас информировать.

ЦАМО РФ. Ф. 96а. Oп. 2011. Д. 5. Л. 151–155. Сверено с телеграфной лентой

Под «известной вам операцией» Сталин подразумевает организацию Невского пятачка, о котором мы писали ранее. За полтора месяца лобовых атак на укрепленные позиции противника расширить плацдарм не удалось, поскольку элемент неожиданности уже был потерян. Верховный активно подталкивал армию к переправе тяжелых танков КВ. Многотонные машины доставляли хлопоты: не всегда имелась возможность доставить пехоту с обмундированием, не говоря о 40-тонном танке. Вождь часто бросался невероятными тактическими предложениями: то срезать ненужную броню, то разобрать КВ на одном берегу и собрать уже на другом. Непонятно, как Сталин представлял себе организацию сборочной линии на узкой и со всех сторон простреливаемой территории. Тем более что никакого преимущества танки солдатам не давали, так как быстро выводились из строя артиллерией и пушками противника. Итог танковых речных маневров был неутешительным: почти все они уничтожались или выводились из строя, а «пехота за танками не шла» [85]. При этом вопросы об улучшении эвакуации раненых даже не поднимались.

По воспоминаниям солдат, участвовавших в операции, их беспокоило не выполнение задачи, а банальное выживание. Умереть можно было при форсировании из-за перевернувшейся от перевеса лодки, в обороне — из-за недостаточного снабжения и постоянного пулеметного и артиллерийского огня противника и своих, в атаке при штыковании ДЗОТов и прохождении минных полей. Трупы солдат не вывозились и не захоронялись. Окоченевшие тела использовались для укрепления оборонительных позиций и амбразур для ведения огня [86].

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Государственного Комитета Обороны № 871 сс о выделении

авиации для доставки грузов в г. Ленинград

9 ноября 1941 г.

1. Обязать ГУГ ВФ (т. Картушева), начиная с утра 10 ноября с. г. до 14 ноября включительно (т. е. в течение 5 дней), выделить 24 транспортных «Дугласа» дополнительно к 26 работающим на Ленинградской линии с тем, чтобы ежедневно по доставке продовольствия в Ленинград и вывозу обратно ценных грузов работали 50 «Дугласов», с условием, чтобы каждый самолет делал в день в среднем не менее полутора оборотов.

2. Обязать ВВС (т. Жигарева):

а) выделить 10 самолетов ТБ‑3, начиная с утра 10 ноября с. г. до 14 ноября включительно (т. е. в течение 5 дней), для транспортировки продовольствия в Ленинград и ценных грузов из Ленинграда, при условии ежедневного оборота каждого самолета не менее одного оборота в день;

б) организовать прикрытие с воздуха истребительной авиацией, выделив дополнительно к имеющимся истребителям один полк истребителей.

3. Установить на 5 дней план перевозки в Ленинград продовольствия в количестве не менее 200 тонн в день следующих продуктов:

концентратов — каша пшенная и суп гороховый 135 тонн;

колбаса копченая, свинина копченая 20 тонн;

сухое молоко, яичный порошок 10 тонн;

масло сливочное 15 тонн;

комбижир, сало топленое 20 тонн.

4. Ответственность за подачу в пункты погрузки указанных продуктов возложить на начальника продовольственного управления Главного интендантского управления генерал-майора т. Белоусова.

5. Ответственность за организацию перевозок по линии Гражданского воздушного флота возложить на зам. нач. ГУГВФ т. Картушева.

6. Ответственность за организацию перевозок по линии ВВС Красной Армии возложить на т. Жигарева.

7. Обязать Военный совет Ленинградского фронта обеспечить быструю разгрузку прибывающих самолетов и быструю погрузку их для отправки обратно.

Председатель Государственного Комитета Обороны И. СТАЛИН Выписки посланы: Микояну, Хрулеву, Картушеву, Жигареву, Белоусову, Шапошникову; Военному совету Ленинградского фронта.

РЦХИДНИ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 14. Л. 3

К обеспечению Ленинграда продовольствием была подключена гражданская авиация, однако подобный план был почти бессмысленным. В холодном ноябрьском городе, уже два месяца отрезанном от страны, населению и фронту требовалось гораздо больше продовольствия, чем могли обеспечить «Дугласы». Расчеты говорят сами за себя: Ленфронт и город, насчитывавшие порядка 3,2 миллиона человек с ежедневным снабжением 200 тонн могли рассчитывать лишь на 50–60 граммов продовольствия в день.

Максимальная загрузка «Дугласа» — 2800 килограммов. Двести тонн каждый день доставлять в город не получалось, обычно итоговые цифры были намного меньше. За период с 10 октября по 25 декабря было доставлено 6186 тонн грузов [87], то есть в среднем 80 тонн в день. При загрузке одного «Дугласа» на 2,8 тонны получается 29 самолето-вылетов в день. Выходит, что из парка в 50 самолетов летало около половины и каждый самолет совершал в среднем либо один вылет, либо полтора. То, что план перевозок не выполнялся, понимали сами власти [88]. Возможно ли было 50 самолетами избавить Ленинград от голодной смерти? Конечно, можно было бы — это показывают расчеты. Среднесуточная выпечка хлеба в Ленинграде составляла в моменты наибольшего потребления в августе 1941 года 2305 тонн [89]. Хлеб выпекается примерно из расчета муки и воды 1: 1. Для сохранения августовских показателей выпечки городу требовалось ежесуточно 1153 тонны муки, то есть 412 самолето-вылетов «Дугласов» в день или 8,3 самолето-вылета всей авиагруппы из 50 самолетов. Можно ли было организовать такую интенсивность перелетов? Теоретически да, если выделить достаточно людей на загрузку-выгрузку и несколько аэродромов. Однако в условиях войны ожидать эффективных действий от тех, кто спровоцировал голод [90], унесший в 1930-е годы около 7 миллионов жизней, не приходилось.

Снабжение города продовольствием было недостаточным, политические элиты страны и города это знали, но не сделали достаточно для изменения ситуации [91]. Ставку беспокоила ситуация на фронтах, потенциальное падение Москвы и желание сохранить военное имущество и силы Ленфронта. Именно поэтому «решительных и бескомпромиссных» требований Ставки или ГКО обеспечить город бесперебойным снабжением мы не видим, зато видим предложения Сталина вывезти все станки, заводы и необходимых специалистов, а организацию эвакуации возложить на ленинградцев [92].

ЗАПИСЬ ПЕРЕГОВОРОВ

по прямому проводу Г. М. Маленкова с командованием

Ленинградского фронта

13 ноября 1941 г.

У аппарата ЖДАНОВ и ХОЗИН.

У аппарата МАЛЕНКОВ. Здравствуйте. По поручению товарища Сталина прошу ответить на следующие вопросы:

1. Действительно ли 12 ноября у вас началось наступление, где и какими силами ведется это наступление?

2. Каковы результаты наступления и какая обстановка на Ленинградском фронте в настоящее время? Все.

ЖДАНОВ. Здравствуйте. Докладываю. Наступление началось 11 ноября 8-й армией в составе пяти дивизий, в направлении Синявино. Результаты наступления: первые два дня, 11 и 12 ноября, введенные в бой сформированные ударные полки в числе двух наткнулись на противотанковый ров восточнее Московской Дубровки полтора километра. Несколько раз его атаковали, но успеха не имели. 12 ноября [было] решено изменить направление удара влево для захвата 1-го Городка. Сегодня с утра артиллерия и авиация разрушали 1-й Городок с задачей стереть его с лица земли, вслед за этим атаковать ударными частями. К настоящему времени частями ударной группы занята южная окраина 1-го Городка. По всем признакам, бой развивается благоприятно. Перехвачен радиосигнал противника, вызывающий авиацию. Захвачен пленный 233 пд, только что прибывшей из Франции. Непосредственно перед фронтом 8-й армии полностью обнаружена парашютная дивизия [93].