До войны карьера Власова была хоть и не блестящей, но ровной, насколько это было возможно в стране с постоянными репрессиями. В 1942 году Жуков написал про Власова: «С управлением войсками армии справляется вполне» [147]. Командующий 2-й армией имел хорошую военную подготовку и, вероятно, действительно стремился как можно лучше исполнять возложенные на него обязанности. Его предательство вызвало шок у руководства страны и прежде всего непонимание: что они пропустили в его личном деле? Однако в СССР далеко не все, кто исполнял социалистические ритуалы, на самом деле имели твердые убеждения. В Стране Советов гораздо важнее оказалось «говорить по-большевистски» [148], чем думать определенным образом. И хотя вокруг фигуры Власова до сих пор разворачиваются споры, нам кажется, что этот человек, как и многие в годы войны, преследовал простую цель — выжить. Военнопленные в немецких лагерях оказывались в ужасных условиях: за годы войны в них погибли 3,3 миллиона советских военнопленных [149]. Именно поэтому многие из них шли на сотрудничество с нацистами [150]. Коллаборационизм, в свою очередь, предлагал неплохие перспективы пережить войну, вне зависимости от истинных убеждений коллаборанта.

ДИРЕКТИВА

Ставки ВГК № 17018 командующему войсками Волховского фронта

17 июля 1942 г. 18 ч 20 мин

По вашему донесению, Власов, его начальник штаба и начальник связи находятся в партизанском отряде Сазанова.

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает вам, под вашу личную ответственность, принять все меры к тому, чтобы не позднее 19 июля Власов и его люди были бы доставлены самолетами на территории фронта.

Ставка приказывает вам поставить всю авиацию фронта на выполнение этой задачи.

Об исполнении донести.

Ставка Верховного Главнокомандования И. СТАЛИН, А. ВАСИЛЕВСКИЙ

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Oп. 3763. Д. 126. Л. 127. Подлинник

О том, насколько Ставка была оторвана от происходящего на фронтах, красноречиво говорит этот документ. 2-я ударная армия была окончательно окружена Вермахтом 25–26 июня. Спустя две недели, 11 июля, командующий армией Власов был взят в плен. Тем не менее Ставка 17 июля, спустя почти месяц после окружения, приказывает доставить Власова на фронт. Из этого документа становится ясно, что Сталин не знал точных данных о судьбе окруженной армии, операция по спасению которой началась еще в мае 1942 года.

ДИРЕКТИВА

Ставки ВГК № 170610 командующему войсками

Ленинградского фронта

Копия: командующему войсками Волховского фронта

12 сентября 1942 г. 03 ч 45 мин

Так как Ленинградский фронт оказался неспособным толково организовать форсирование реки Невы и своими неумелыми действиями глупо загубил большое количество командиров и бойцов, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает операции по форсированию реки Невы временно прекратить.

Подробный план форсирования реки Невы представить на утверждение Ставки.

Ставка Верховного Главнокомандования И. СТАЛИН А. ВАСИЛЕВСКИЙ

ЦАМО РФ. Ф. 3. Oп. 11556. Д. 10. Л. 23

Ключевая деталь в документе: приостановить операцию и предоставить новый план. Ставка никогда не отказывалась от идеи форсирования Невы, безуспешно пытаясь оказывать давление на немецкие силы на левом берегу. Однако главнокомандование не смогло придумать ничего лучше, чем продолжить форсировать реку в том же самом месте, откуда советскую армию выдавили в начале 1942 года.

ДИРЕКТИВА

Ставки ВГК № 170629 командующему войсками

Волховского фронта

29 сентября 1942 г.

В продолжение нескольких дней командование Волховского фронта и 2-й ударной армии не может дать точного и ясного ответа о положении с проходами южнее дороги Гайтолово, Келколово.

В результате такой преступной беспечности и лживой самоуспокаивающей информации об обстановке создается впечатление, что ничего особенного не произошло, войска можно вывести по проходу южнее дороги Гайтолово, Келколово. На самом деле войска в этом проходе ввязываются в бой с какими-то неизвестными «мелкими группами» противника. Причем при наличии совершенно свежих, пополненных 314 сд, 73 сбр и пяти выходящих с запада дивизий, эти группы не уничтожаются, а продолжают закупоривать горловину и не допускают вывода войск 2-й уд. армии.

Такое положение может существовать только в результате отсутствия управления войсками. Как видно, командование фронта и 2-й уд. армии не хотят признать всей серьезности обстановки западнее р. Черная и в горловине юго-западнее Гайтолово, не хотят взять непосредственно на себя руководство выводом частей 2-й уд. армии, а отделываются оторванными от действительной обстановки приказами о якобы возможном выводе войск 2-й уд. армии в район восточнее Гайтолово.

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. К 10.00 29 сентября 1942 г. по-честному донести об истинном положении частей западнее р. Черная и о наличии проходов в горловине юго-западнее Гайтолово.

2. Взять непосредственно на себя и свой штаб руководство выводом 2-й ударной армии в районе восточнее Гайтолово.

Подробный план вывода войск представить к 18.00 29 сентября 1942 г.

По поручению Ставки Верховного Главнокомандования Начальник Генерального штаба ВАСИЛЕВСКИЙ

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Oп. 3408. Д. 72. Л. 217–218. Подлинник

Во время третьей Синявинской операции (август — октябрь 1942) планировалось прорвать окружение Ленинграда с помощью наступления 2-й ударной армии к вновь открывшемуся Невскому пятачку. Хорошо развивавшиеся поначалу боевые действия были замедлены немецкой обороной, а фланги не расширялись и не были достаточно укреплены. По сути, командование совершало ту же самую ошибку, что и во время проведения Любанской наступательной операции, закончившейся полным окружением армии и пленением Власова. 29 сентября 1942 года немецкие части отрезали большую часть сил 2-й ударной от сообщения с фронтом в районе Гайтолово. Солдаты были вынуждены отступать без четкой организации и поддержки Волховского фронта, идти через болота и торфяники. Противоречивые данные не позволяют определить точные безвозвратные потери: полагают, что это могло быть от 5 до 20 тысяч человек. 2-ю ударную армию на протяжении всего 1942 года преследовала серия различных окружений. Главная причина этого — нежелание командования учиться на предыдущих ошибках: фланги прорывающейся группы не укреплялись и не расширялись. Руководство фронтов хотело показать Ставке и Верховному быстрый результат, направляя основные силы в ударный кулак, который должен был быстро дойти до цели.

ВЫПИСКА

из приказа наркома ВМФ № 0903 об итогах операции,

проведенной Ладожской военной флотилией

23 октября 1942 г.

9 октября с. г. на Ладожском озере проводилась операция, которая имеет большой интерес для всех флотов, во‑первых, из-за ее чисто морского характера и, во‑вторых, по поучительности допущенных в ней ошибок.

Задачей операции являлись поиск и уничтожение катеров противника, создававших угрозу нашей коммуникации в южной части Ладожского озера (между Новой Ладогой и Осиновцем). Выполнение операции было возложено на три группы катеров «МО». Две группы, каждая по два катера «МО», ночью находились в дрейфе у западного побережья озера в районе о. Коневец, в ожидании встречи с противником, а третья группа, в составе 3-х катеров «МО», производила ночной поиск в восточной части озера в районе Крестово-Габаново. При этом две группы катеров, стоявших в районе о. Коневец, действовали вне видимости друг от друга.