— Теон считает, что Властитель вообще не имеет отношения к Декрету, — сказал Лука, появившись из кухни и протягивая ей апельсин, уже очищенный от кожуры.

— Что ты делаешь? — спросила она, глядя на фрукт.

— Даю тебе апельсин.

— Зачем?

— Я сказал, тебе нужно поесть, чтобы восполнить потраченную силу.

— Правда? — возразила Тесса. — Если я — Наследница, разве мне не нужна кровь?

Она заметила, как Лука бросил взгляд на Теона, и тоже повернулась к нему. Теон вешал куртку и, отвечая, начал закатывать рукава рубашки:

— Это нам предстоит проверить.

— Проверить, — с сомнением повторила Тесса.

— Думаю, пока обойдемся без крови и посмотрим, насколько восстановятся твои резервы, когда мы повторим это.

— Браслеты могут мешать естественной регенерации ее силы, — заметил Лука, снова пытаясь вручить Тессе апельсин.

— Хватит меня кормить! — резко бросила она.

Лука приподнял бровь:

— Ты всегда хочешь есть.

— Я хочу пончики, пиццу или картошку фри, а не апельсин.

Она могла поклясться, что губы Луки дрогнули, словно он сдерживал ухмылку.

— В любом случае, — вмешался Теон, — Нам дали срок, чтобы выяснить твое происхождение. Если мы выясним, восстанавливаются ли твои резервы сами по себе, это сузит круг поисков.

Она прищурилась:

— Так теперь я для вас какой-то грандиозный эксперимент?

— Я не это имел в виду, — ответил Теон. — Но чем быстрее мы выясним твое происхождение, тем лучше. Мы сможем двигаться дальше. Избавиться от давления других королевств и держать Авгуров на расстоянии.

— Блядь… — пробормотал Лука. — Я больше не буду обсуждать это без Акселя.

— Хорошо, — сказал Теон, углубляясь в прихожую. Он взял Тессу за руку и кивнув выхватил у Луки апельсин. — Увидимся утром.

Тесса последовала за ним, потому что у нее были вопросы. Например, какого хрена Теон думает, что Авгуры охотятся за ней.

— Что они имели в виду, когда сказали: Вечная война наконец добралась и сюда? — спросила она.

— Не знаю. Я не понимаю, что все это значит, — ответил Теон, и она услышала, как сильно это его раздражает.

— Почему они думают, что я имею к этому отношение? — настаивала она.

— Не знаю.

— Ты говорил, что знаешь, чего они ищут. Ты говорил…

Теон резко развернулся к ней, когда они достигли лестничной площадки третьего этажа.

— Я помню, что тогда сказал, Тесса. Я был там. — она моргнула, внутренне вздрогнув от тьмы, заструившейся в его глазах. — Съешь это, — только и сказал он, вложив апельсин в ее руку и толкнув дверь в их покои.

Она вошла следом, задержавшись, чтобы снять сапоги для верховой езды.

Зачем ему вообще держать здесь для нее такую обувь? Здесь нет лошадей.

Он уже скрылся в гардеробной, а Тесса со вздохом опустилась на диван и отломила дольку апельсина. Все книги, которые просматривал Теон, были сложены на журнальном столике. Он никогда не оставлял свои заметки на виду. Она могла только предположить, что это сделано для того, чтобы Форд не смог их подсмотреть. Однажды она попыталась заговорить с этим фейри, но он полностью ее проигнорировал. Больше она не пыталась.

Схватив верхнюю книгу из стопки, Тесса лениво перелистывала страницы. Это был некий исторический трактат, в которой подробно описывались различные боги. Но она замерла, когда на одной из страниц упоминалось о Хаосе, из которого они все произошли. То, как это было сформулировано наводило на мысль, что из Хаоса появились не только Первородные боги. Она никогда особо не задумывалась об этом, но предположила, что скорее всего появились и другие существа.

Что же случилось с ними?

Апельсин уже был съеден. А она все еще изучала страницы, когда через несколько минут услышала, как Теон вернулся в комнату. Она не стала смотреть на него, пока он шел и остановился рядом с ней. Краем глаза она заметила, как он засунул руки в карманы свободных брюк, в которые переоделся.

Слегка прокашлявшись, он спросил:

— Как ты себя чувствуешь? И, клянусь Ариусом, если ты скажешь нормально…

— Что тогда? — пробормотала Тесса, переворачивая страницу. — Запрешь меня в винном погребе?

Он помолчал, потом сказал:

— Нам нужно обсудить все, что произошло сегодня вечером.

— Нет.

— Нет?

Она перевернула еще одну страницу, уже не вникая в текст:

— Мне нужно было поговорить с тобой раньше. Но ты снова ясно дал понять, что мне не положено знать. Так что нет, Теон! Я не хочу обсуждать то, что произошло с тобой.

— Со мной, — глухо повторил он. — Но с кем-то другим ты бы это обсудила?

В его голосе прозвучала такая резкая нотка, что она подняла голову.

— А какая разница? — усмехнулась она, насмешливо скривив губы. — Скоро у тебя будет пара и новый Источник, а я буду с Лукой, верно? Я больше не буду твоей собеседницей.

— Ты правда думаешь, что став союзной парой Луки, это что-то изменит между нами, красавица? — спросил Теон, делая еще шаг вперед.

Ее насмешливая улыбка дрогнула. Она попыталась отвести взгляд, но он взял ее за подбородок.

— Неважно, будет ли у тебя знак брачного союза на коже и кольцо на пальце. Неважно, если у меня будет то же самое с кем-то. Даже если меня принудят к новой связи с Источником, это не уничтожит ту, что уже есть. Ты до сих пор не поняла?

Его рука скользнула от подбородка к ее распущенным волосам, обвивая золотистые пряди вокруг кулака. Ее дыхание сбилось, взгляд метался между его глазами и губами, пока он наклонялся к ней.

Он потянул за волосы, заставляя ее запрокинуть голову еще сильнее. Его дыхание коснулось ее губ, когда он произнес:

— Ты все равно останешься моей, Тесса.

— Я слишком сильно тебя ненавижу, чтобы когда-либо стать твоей, — прошептала она с горечью.

Он пожал плечами, и его тени появились и обвились вокруг ее горла.

— Я сказал, что хочу все, что ты можешь дать. Включая твою ненависть. Все это — мое.

Пальцы из тьмы ласково коснулись ее щеки, скользнули по линии подбородка, словно его собственная рука. И тут же вернулось все то желание, что охватило ее ранее этим вечером, когда их магия слилась воедино. Она тянулась к его силе, находя в этой тьме все, что ей нужно.

Наслаждение и утешение.

Облегчение и свободу.

— Ты когда-нибудь- задумывалась, что я ненавижу все это так же сильно? — прошептал он ей на ухо.

Она открыла глаза, не помня, когда успела их закрыть.

— Невозможно, — выдохнула она.

— Правда?

Она покачала головой. Тени Теона продолжали скользить по ее коже, мешая думать о чем-либо кроме жара, разгоравшегося между ее ног. И еще было ощущение абсолютного восторга, когда ее свет встретился с его тьмой.

— Ты думаешь, мне нравится быть одержимым тем, кто явно не испытывает ко мне тех же чувств? Ты думаешь, я рад, что моя же сила противостоит мне? Что она постоянно пытается дотянуться до тебя? Ты думаешь, я в восторге от того, насколько изменились мои планы с тех пор, как ты появилась в моей жизни? — продолжал он.

Борясь с пеленой вожделения, Тесса оттолкнула его. Он отпустил ее волосы, но тени продолжали кружить вокруг, словно он действительно не мог их контролировать. Она вскочила, встав на диван. Ее босые ноги утонули в подушке, но по крайней мере, отсюда она не смотрела на него снизу вверх.

— Это не ненависть ко мне, Теон, — резко ответила она. — Это ненависть к своему положению, к обстоятельствам. Это ненависть к осознанию того, насколько мало у тебя контроля.

Он наклонился вперед, тесня ее. Она пошатнулась и опустилась на спинку дивана. Его руки легли по обе стороны от ее бедер, заключая ее в ловушку из его рук.

— А чем ты отличаешься? Разве ты не ненавидишь свое положение? Обстоятельства, которые возникли из-за твоих действий? Разве ты не ненавидишь то, насколько мало у тебя контроля?

— У меня больше контроля, чем у тебя, — огрызнулась она.

Он склонил голову набок:

— Правда?