Я крутилась вокруг казармы, как неприкаянная, когда он вышел. Черный сюртук, идеально сидящий по фигуре, и белоснежная рубашка ослепляли чистотой. Лицо шипа вытянулось от удивления, когда он увидел меня, маячившую перед зданием, как назойливая муха.

— Мили, что случилось? — спросил он, нахмурив брови.

— А куда ты собрался? — выпалила я, надеясь, что в моем голосе прозвучит хоть капля неприкрытой заинтересованности, а не отчаяние загнанного в угол поросенка.

— По делам, — сухо ответил он.

— Эмиль… я опять потеряла Франциска, — выпалила я первое, что пришло в голову, чувствуя себя полнейшей идиоткой.

Глупая курица, так и не придумала, чем его остановить! Мозг, похоже, сварился от переживаний.

— Я его видел в пруду. Он все хочет найти общий язык с лебедями, — ответил он с каменным лицом.

Он уже собрался уходить, но я вцепилась в его плечо.

— Эмиль. Мне страшно, — прошептала я, стараясь придать своему голосу дрожащую интонацию. — Сегодня, когда я принимала ванну, мне показалось, что кто-то наблюдает за мной.

Он как-то нервно сглотнул.

— Не волнуйся. Я проверил защиту. Посторонних нет, — ответил он, освобождая свою руку, но я снова повисла на ней.

— Эмиль, может, погуляем? — предложила я, чувствуя, как румянец заливает щеки, я уже не знала, что сказать.

— Я не могу…

— Тогда возьми меня с собой, — сказала я, уже отчаявшись найти более убедительные доводы.

— Куда? — Эмиль вскинул бровь.

— Ну… к этим… этим девкам… — слова застряли в горле, как кость у мелкой собаки.

— Куда? С чего ты взяла? — в его голосе сквозило раздражение. — Да и какое тебе дело?

И вот тут-то я и запнулась. Как объяснить это непонятное, скребущее когтями чувство внутри? Сердце сжалось от невыносимой тоски, такой острой, что вот-вот перестанет биться. Я отступила.

— Прости… — пробормотала я, чувствуя себя полной идиоткой.

Я вновь отступила на шаг, а потом еще. После развернулась и пошла прочь. Спина горела от его взгляда, я почти чувствовала, как Эмиль закатывает глаза и смеется.

«Ну и дура же я», — пронеслось в голове. Впрочем, это было не новостью.

Вдруг меня схватили за руку.

— Мили, да что с тобой?

— Ничего, — ответила, глотая слезы.

— Обидел кто?

— Нет. Мне пора. Надо найти Франциска. Еще раз прости, что задержала, — стараясь не смотреть на Эмиля, я пошла в сторону пруда.

Глава 22

Эмиль

Я стоял и не понимал, что делать. Что за тьма? С чего она взяла такую глупость?

— Адриан! — прошипел я вполголоса и схватился за голову. Вот что делать? Бросить девушку в таком настроении? Проклятье, и ведь договорился уже с Аароном.

— Ну и что ты стоишь? — насмешливо уточнили из темноты.

— Я убью тебя, — взревел я, бросаясь к вышедшему из-за куста советнику. Тут же остановился, стискивая кулаки. Нельзя начальника убивать, даже такого подлого. — Зачем ты сказал ей?!

— Чтобы ты увидел, — неожиданно серьезно сказал Адриан, а я едва не взвыл.

— Да что увидел-то?

— Ее реакцию. Эмиль, весь замок шумит, обсуждают твое новое увлечение, один ты сопротивляешься, — в его голос вернулась насмешка, хотя глаза оставались холодными.

— С ума сошел? Какое увлечение?! Я просто хочу ей помочь…

— Так помоги. Иди успокой, прогуляйся с девушкой по парку, проветрись. Поверь, ты многое сможешь узнать, если перестанешь бегать от нее.

— Тьма, Адриан, с каких пор ты стал таким… правильным? — устало уточнил я, уже понимая, что из дворца меня не выпустят. Не знаю, что вбил себе в голову советник, но пока я не избавлюсь от Эмилии, похоже, ожидает меня целибат.

— С недавних… совсем недавних, — улыбнулся он как-то непривычно тепло, словно не мне, а кому-то в мыслях. — Иди, я предупредил Аарона, что ты не сможешь появиться сегодня.

— Ты, что? — уточнил я холодно, стараясь сдержать рык. — Адриан, тебе не кажется, что ты переступаешь черту. Ты мой начальник, ты мой друг, тьма тебя побери, но все же, тебе не стоит решать за меня, что делать.

— Не буду, — кивнул советник, отворачиваясь. — Как только ты наконец прозреешь, так сразу и отступлю в тень.

И он прогулочным шагом пошел прочь. Я же только сплюнул досадливо, уже не заботясь сохранением лица. Шипов рядом не было, а другие во тьме все равно ничего не рассмотрят, и почти побежал в сторону парка, туда, где скрылась Эмилия.

Далеко она не ушла. Слишком медленно брела, понурившись и то и дело вытирая глаза. Мне стало совсем плохо. Пожалуй, тут Адриан был прав, я поступал по-свински. Нет, не стоило поддерживать в малышке глупую влюбленность, но и вот так разочаровывать ее не стоило. Ничего со мной не станет, потерплю пока она здесь… или пока она наконец не поймет, что шип не пара для нежной девушки.

— Эмилия, — догнал я ее и схватил за руку, разворачивая. — Да что с тобой, объясни, пожалуйста.

И стер слезинки со щек, стараясь понимающе улыбаться.

Вот только вместо объяснений девушка подалась вперед, обхватив меня руками. Вжала голову в грудь и разрыдалась, напрочь лишая меня самообладания. Осторожно приобняв ее за плечи, я гладил пушистые волосы и мялся, не зная, что говорить. Успокаивать? Но ведь девушки тогда еще сильнее рыдать начинают?! Велеть успокоиться? Так не работает, проверено. В конце концов, забормотал глупые и бесполезные: успокойся, все будет хорошо, прости, если я виноват, ну и совсем непонятное, покажи мне, кто тебя обидел, клянусь, он получит.

Наконец она успокоилась. Слезы иссякли, исчезли и всхлипы, и Эмилия наконец отстранилась, не высвобождаясь, впрочем, из моих рук. Утерла щеки и едва слышно попросила:

— Прости, пожалуйста. Я не хотела. Ты опаздываешь, да? — совсем неслышно уточнила она.

— Нет. Я никуда не иду, — проговорил я, поднимая ее лицо за подбородок.

Улыбнулся, стараясь вселить хоть немного уверенности, и неожиданно осекся. Глупости говорят женщины, считая себя некрасивыми после слез. Эмилия была прекрасна. Такая нежная, ранимая, трогательная. Жаль, эта красота была вызвана такими горькими слезами. Сердце гулко ударило по ребрам. Мне было стыдно и больно, что я стал их причиной. По телу разлилась непонятная дрожь вместе с огнем. От нахлынувшей нежности стало страшно.

— Прости, — хрипло выдавил я, отворачиваясь и отпуская ее лицо. — Ты хотела прогуляться?

Эмилия нехотя отошла, когда мои руки опустились. Улыбнулась смущенно, а после уже уверенно кивнула. Я предложил ей локоть, вздрогнул, почувствовав на руке невесомую ладонь, и повел по темным дорожкам. К счастью, светский разговор не понадобился, стоило Эмилии немного прийти в себя, и слова полились из нее рекой. Приятной, успокаивающей, нежно журчащей на краю сознания. Каюсь, я почти не слушал слов, был занят мыслями. Слова Адриана, мои эмоции, все это вызывало раздражение, но оно тут же сменялось непонятной тоской, а после выливалось в странное предвкушение. Меня бросало из крайности в крайность, и это начинало беспокоить. Никогда еще со мной такого не было.

Странно, но ни одного шипа в парке не оказалось. Словно я забыл выставить сюда смену или… или проклятый советник и этим озаботился?!

— Что-то случилось? — словно услышав мои гневные мысли, направленные на советника, спросила Эмилия, остановившись и вновь став напротив. Заглядывая в глаза.

— Нет, все хорошо.

Постарался я улыбнуться. Отчего-то делать это было нелегко. Нет, не из-за Адриана. Из-за Эмилии. Стоило поднять взгляд на ее лицо, такое наивное, удивленное, и губы сами опускались. Челюсть сжималась, а во рту становилось сухо-сухо. Поэтому и взгляд мой все чаще блуждал по сторонам, а из головы вылетели все слова. Чувствовал себя, как школяр на первом балу.

— Может, расскажешь, как ты додумалась повредить защиту в замке, — кашлянув, выдал я и побрел дальше, лишь бы не видеть ее блестящих глаз.

Глава 23