— Ты когда-нибудь проигрывал? — гнул за свое Амиго. Размяк немного товарищ на казенных харчах в противостоянии с администратором Мариной.

— Конечно, — не стал оспаривать очевидное.

— И что тогда делал?

— Возвращался с пушкой побольше, — Сказал то, что ожидал услышать собеседник. Зачем ему знать, что вернуться или не вернуться на тот момент решал не я и никто не спрашивал у яростного призрака, а собственно, что у тебя в башке, братишка?

— Хм, — глубокомысленно изрек Амиго и резко задумался. — Они ведь ударят в ответ?

— Даже не сомневайся. Не сразу, в перспективе, но ответку накинут. Но там же шишкой твой бывший сослуживец, тебе лучше знать.

— Поможешь? — Амиго вдруг успокоился, натянув привычную маску царька смертельной горы.

— У меня свои задачи в зоне, которые имеют приоритет. И ты это уже просек, по глазам вижу. А свободное время помогу, не сомневайся. Но ты ведь помнишь про два пиро?

— Да. Уходим. — Манера обрубать разговор иногда полезна.

Мы покружили у точки выхода аграрных сил на позиции и, углядев свежие следы отступающих, легко читаемые по красному оттенку, проследовали.

Короткая улочка, забитая ржавым металлом, сквозной подъезд, задрапированный седыми плетьми сушняка, два поворота, перекресток с рекламным щитом, согнутым под 90 градусов. Детали, детали, детали — черточки мира, что проплывали краем сознания.

Надо поберечь дыхалку и правую ногу, в которой непонятно щелкало. Держать темп, выбирая места, в которые можно приткнуть ботинок и не споткнуться. Кувыркнуться, раскинуться звездой и отдышаться, сука… Ведь заманчивая идея.

Сухих мы увидели одновременно — у серой груды намешанной облицовки, плотная кучка, раскачивающаяся в медиативных упыриных практиках. Остановились, помолчали, не спеша срываться.

В голове очевидная пустота и толика диссоциативного удивления. С полчаса назад отгремела драчка с восходниками, где тела мешались с кровью, гудело пламя и вообще было шумно, да бойко. И вот рядовой сухостой, что почуял нашу био и начал медленно наводиться. Какие-то несопоставимые масштабы в соседних отрезках времени. Смекаете?

— Может обойти? — глухо спросил Амиго. А наши мысли схожи, к гадалке не ходи.

— Лениво, — ответил односложно. — Их тупо восемь.

— Хорошо, подожди.

Безопасник вытащил меч и сделал шаг. На втором движении взмахнул, на третьем уклонился. Потом картинка смазалась, ну или я выпал из фокуса. Моргнув, пересчитал искореженные тела анатомического театра. Поинтересовался:

— А где восьмой?

— Там, — мужчина ткнул в соседний пролом, и неспешно протер меч. Я подумал, стоит ли спрашивать, зачем упырь покинул дислокацию, понял, что это будет уже наглостью и кивнул.

— А орду потянешь? — не удержался.

— Джимми, — просто сказал Амиго. А вроде как наху… послал. Талант.

Мы возобновили преследование. Сам я рассчитывал нагнать отступавших минут через 10–15 в первом приближении. Они ранены, подавлены и перед ними далеко не ковровая дорожка. Но метров через 100 мы потеряли след. Да и след, конечно, так себе — багровые точки на сером бетоне.

Я немного озадаченно притормозил. К цели то выйти не проблема. Больше беспокоил вопрос контроля и ответственности. Амиго вновь проявил фантастическую чуйку:

— Пойдут к мосту. Не волнуйся.

— Прям попахивает очевидностью.

— Мост к удаче. Они верят.

А заодно и смогут проверить, насколько верит в очевидность потенциальный противник. Но доверюсь опыту безопасника, иных альтернатив не вижу. Хотя могу еще поорать на возвышенных — тоже сойдет. Сдержался — на морально волевых, сука.

Пару раз на марше сменили параллельные улочки, ведущие в нужном направлении, — выждали минутные паузы, прислушиваясь. Но одна мешанина обломков ничем не отличалась от другой — скрипы, постукивания, шорохи. Погони нет, но на нервах неспокойно.

Уцелевших вычисли почти случайно. Я споткнулся, засадив мыском в щербатый обломок, и пока шипел, Амиго успел замереть и вскинуть руку.

Голоса.

— Иди нахер, — злобный голос Крысы. Метров двадцать, в одноэтажной коробке офисного плана.

— Стой, дура, — прогудел Шест. Послышалась возня и невнятные комментарии.

— Хм, — прокомментировал Амиго, и я почти устыдился до желания ворваться и начать раздавать ценные указания. Безопасник дипломатично добавил: — Нервы.

— Присядь-ка, — попросил я, приваливаясь к наклонной плите. — Восход!

Тишина.

А затем на пятачок портика выскочил Шест с воплем:

— Отходите. 5 минут. — Тряхнул щитом и воздел колун. — Хусю!

— А это что? — осторожно уточнил кшатрий.

— Это «кто». — Я осторожно выглянул. Ребятишки почти ученые, могут и шмальнуть. — Слышь, викинг, а че только пять минут? Давай дам шесть?

— Командир? — Шест замесил ногами, останавливая разбег, и тяжело задышал, выкатив глаза. Костлявая смертоносная милота. — Командир?!

— Джимми! — Мелкая в несколько прыжков одолела дистанцию, одумалась и неловко ухватила меня за плечо. Гневно добавила, поблескивая бусинками глаз: — Он меня не пустил.

— Дура, — облегченно выдохнул Шест. — Она рвалась тебя спасать, командир. Я пресек.

— Вас услышали, — я кивнул на Амиго, входившего в здание. — И у меня соответственно появилось несколько вопросов.

— Пизд… — отшагнула Крыса. — Эмоции же…

— А санитарка жива, — браво подтянулся Шест и немного поморщился от укола боли. — И Замес тоже.

— Интересная последовательность, — подтвердил я и последовал за безопасником, уловив, как подопечные обменялись облегченными взглядами. Нет, чертяки, вам еще не повезло. Меня пока не отпустило.

В помещении раскинулся намек на бивуак, смешанный с походным лазаретом. Десяток тел в позах далеко от вертикальных, запахи крови и боли. Амиго шагал от бойца к бойцу, проверял, говорил пару слов. Как полагается — отец командир и все такое. Верилось, что он никого не оставит. Забавно.

Я кивнул на отмашку Замеса, приютившегося в углу. Видок у него бледный, но адекватный. И шмалабой смотрит в положенную сторону — то бишь на вход, а точнее, мне в пупок:

— Как сам?

— Норма, командир. Готов идти.

Рядышком свернулась калачиком санитарка, перемотанная бинтом. Значит, одним бинтом у нас меньше. Хорошо. А я чет экономлю — пользую ветошь.

Девушка испуганно косилась одним глазом — второй заплыл и не открывался. А вроде ранили в живот.

— Откуда бланш?

— Ударилась, — пискнула она и обреченно зажмурилась. Уже боится? Вот с этим, как раз, согласен.

— Уронил, — покаялся догнавший меня Шест. — Она чет забилась, ну и… Наверняка психическая.

Крыса злобно фыркнула и склонилась к девчушке. Шепнула что-то ободряющее, сунула бутылку с водой. Походу много нецелевого расхода, так скажу. Она вроде выжила, тощий справился. А теперь у нее свое командование, которое уже делает внушение одному из уцелевших лидеров. Спич длился секунд 15, после чего ряд команд привел кучку аграриев в движение.

Засобирались, подтягивая пояса и перехватывая оружие. Медлить нельзя, впереди неблизкая дорога — даже для здоровых бойцов. В наступление они шли на подъеме сил и с легкой душой, а вот обратно… Хрен знает, как сложатся тропки. Но не забегай вперед, Джимми, двигайся поступательно. Слова Годри, по обыкновению, прочистили мозги. Команда в строю…

Шест подхватил санитарку и торопливо ответил на мой немой вопрос:

— Ходит медленно.

Лады, приму. Сам просил позаботиться, а тощий просто очень обстоятельный, за что уважаю. А дальше случился пришибленный исход калек, иначе не назову — фермеры вроде двигались, но выглядели настолько болезненно и понуро, что впору расчехлять стрелковое и херачить в спину — для мотивации. Ботинки загребали гальку, руки волокли оружие, головы гнулись к потрескавшемуся асфальту.

Амиго рявкнул:

— Подтянули хвосты, охотники!

Помогло ненадолго. Минутная видимость сквозь болезненный стон и вновь царство снулого да непотребного. Я тихо сместил команду в тылы — придержал шаг, и они понятливо сменили позицию. Бдительный безопасник одобрительно кивнул — если кто нас нагонит, пусть не сдохнет от смеха, а сугубо раскинет мозги от стального. Ладно, почти угадал, разочаровывать не стану.