Ничего, вечером Эрика поймаю и всю правду из него вытрясу!

А пока пришлось с остальными делами разбираться: к ростовщику и магу ехать. К одному – с визитом, ко второму – без денег.

При первой нашей встрече городской маг показался мне несколько странным, сейчас это впечатление не только подтвердилось, но и усилилось. Господин Жермен так долго и дотошно расспрашивал меня обо всех приютских новостях, что я его чуть в гости к нам не пригласила. Хорошо хоть, вовремя спохватилась.

Не знаю, то ли настроение у меня сегодня такое, излишне подозрительное, то ли привычка магам не доверять виновата, но… Не нравится он мне и все тут! И интерес его к приюту из себя выводит, за каждым словом двойное дно и тайный умысел видится.

Да что за хрень со мной сегодня творится, сама не пойму!

– Господин Жермен, мне очень приятно Ваше общество, – нагло соврала я, – но, к сожалению, и другие дела имеются. Будьте добры, объясните, зачем Вы меня видеть хотели.

– Да, да, конечно… Если уж Вы торопитесь… Помните, я обещал поподробнее разузнать о принадлежащих Вам амулетах? Именно о них мне и хотелось бы поговорить…

Интересненько. Я действительно приносила магу найденные в приюте амулеты, пытаясь узнать, не они ли в пропажах постояльцев виноваты? Сам Жермен ничего толкового мне сказать не смог, но обещал со знающими людьми из столичной академии посоветоваться.

Потом оказалось, что похищал моих подопечных градоправитель. При помощи магической портальной арки и глупой мавки-сообщницы, а амулеты… Я о них просто забыла.Так и валялись в коробке из-под пирожных, пока напавшие на меня грабители их среди прочей добычи не прихватили.

Да, точно! Я еще удивилась, до чего же они эти побрякушки внимательно рассматривали. Как будто знали о них что-то. Бандиты после всречи с зазеркальницей отправились на тот свет, а амулеты… Все в ту же коробку. Ну, послушаем, что мне о них маг расскажет.

– На самом деле, никакой практической ценности они не имеют. И финансовой тоже.

– Почему? – удивилась я.

Вряд ли маг стал бы меня в гости зазывать ради ничего не стоящей ерунды. Все магические вещи – товар недешевый, на вес золота, а то и вдвое ценятся. Чем наше имущество хуже?

– Ваши амулеты сломаны, и восстановить их, к сожалению, не удастся. Мне очень жаль…

А мне то как жаль! Лишние (хотя, когда они лишними бывают?) деньги сейчас бы очень кстати пришлись. Одно непонятно, почему маг настолько торопился мне эту неприятную новость сообщить? Не поленился, письмо написал, на встречу вызвал. Только для того, чтобы на мою расстроенную физиономию поглазеть? Сомнительно как-то…

– Но Вам очень повезло, – продолжил господин Жермен и я сразу насторожилась. Обычно после этой фразы или деньги выудить пытаются, или гадость под клубничным соусом в рот суют. Выдавая ее ха лучшее в мире лакомство.

Если уж мне удача на голову свалиться, я ее и сама, без посторонних пояснений замечу.

– Один мой… эээ… столичный друг… Именно с ним я по поводу Ваших амулетов советовался… Он готов заплатить за них десять золотых.

– С чего бы?

– Он коллекционер. Увлекается историей магии и постоянно приобретает разные интересные вещицы.

Поверить в это было не трудно: люди какую только хрень не собирают. А уж маги… Ольга, вон, за дурацкую печенку кучу денег отвалила, у самого господина Жермена вся комната безделушками забита. То ли необходимые для волшебства инструменты, то ли сувениры из отпуска – поди, разбери.

Может, и его друг хочет из наших амулетов магнитики сделать. Для несуществующего здесь холодильника.

С другой стороны, за десять золотых этих магнитиков пару мешков купить можно. А на сдачу еще месяц по кабакам кутить. С чего бы неведомому коллекционеру настолько переплачивать?

Надо еще с кем-нибудь посоветоваться. Если амулеты рабочие, то они намного дороже стоят.

Господину Жермену затянувшееся молчание явно не понравилось. Пальцами по столу затарабанил, взгляд все нетрпеливей и растеряннее становился. Думал, что я от его предложения до потолка запрыгаю и тут же радостно на все соглашусь? Не дождался и решил повысить ставки.

– Мой друг сегодня уезжает и хотел бы забрать покупку с собой. Он готов отдать даже двадцать золотых, но решайте скорее.

Надо же, какая неожиданная щедрость. И срочность. Неведомому другу без магнитиков прям ни дороги, ни счастья нет.

– Хорошо, я подумаю.

– Сорок монет! Если сейчас не согласитесь, вообще ничего за этот хлам не получите! Мой друг должен немедленно уехать, его ждут важные дела. В столице!

А маг-то не на шутку разволновался. Щеки покраснели, подбородок подергивается, пальцы нервно манжеты теребят. Того и гляди, из-за никчемного хлама головой о стены начнет биться. Или моим лбом их охаживать.

– Послушайте, у меня все равно с собой амулетов нет. Пока за ними езжу – несколько часов пройдет. Если уж они настолько нужны, Вы их можете потом своему знакомому по почте отправить.

– Нет! – Голос мага сорвался на визгливы фальцет, – это совершенно невозможно! Вы должны дать ответ немедленно!

Ага, как же! Я все больше понимала, что никакого мифического друга и в помине нет, а меня хотят посто и незатейливо облапошить. Видимо, амулеты действительно очень ценные, раз господин Жермен настолько из себя вышел, В прошлую встречу он настолько нервным мне не казался.

– Ну что ж, – маг внезапно собрался, выпрямился и заговорил совсем другим, намного более спокойным и уверенным тоном. Он как будто даже ростом повыше стал. – Не хотите по-хорошему, придется применить другие методы убеждения.

Мать упырева и все его родственники! Похоже, ему эти амулеты и впрямь позарез нужны.

Я думала, маг сейчас в меня огненным шаром или молнией шарахнет. Или чем там обычно волшебники в неугодных и не на все согласных гостей пуляются?

Но господин Жермен выбрал намного более коварный и беспроигрышный способ: вместо смертоносных заклятий он предъявил мне убийственно-казённого вида бумагу из магистрата. Похоже, недооценила я его зловредность и опасность для окружающих.

– Не знаю, каким образом Вы ухитрились от гильдий отвертеться, но за исполнением этого приказа я лично прослежу! – предупредил меня маг. Он уже не запинался, – оттарабанил всю фразу единым духом, как заранее выученную.

Весомый козырь с гербовой печатью помог ему ненадолго взять себя в руки и успокоиться. Сейчас мой собеседник напоминал бронзовую статую справедливости у городского суда – суровую и безжалостную, аки стражник с похмелья.

Почти каждую неделю у этой монументально-непривлекательной Фемиды то усы появлялись, зеленой краской намалеванные, то рога (самые настоящие, оленьи). Один раз какой-то шутник ей даже формы при помощи глиняных блямб исправил. Очень красивый бюст получился – шестого размера и без лифчика, все посетители суда шеи посворачивали. Жаль, недолго продержался.

Мне сейчас тоже захотелось дополнить мага чем-нибудь, изначально не предусмотренным. Например, цветочным горшком, водруженным на голову. Или одной из заполонивших гостиную безделушек – промеж глаз.

Но пока сдержалась.

С любопытством взяла документ в руки и попыталась продраться сквозь канцелярское крючкотворство. Вообще-то, в документе было обвинение не мне, а Ольге. В незаконном занятии магией без соответствующего разрешения и диплома.

Леший бы его побрал, откуда он о подругиных опытах знает? Неужели в приюте еще один шпион завёлся или…

Мне неожиданно пришла в голову новая мысль: а кто, собственно, помогал бывшему градоправителю портальную арку добывать и ставить? Через которую наших постояльцев похищали. И кто с глупой мавкой договаривался, чтобы она их в портал заманивала?

Вилен ничего мне о сообщнике Наррина не говорил, да и сама об этом не задумывалась, – не до того было. Зато сейчас… Я с ещё большим подозрением посмотрела на мага. Возможно, за ним не только попытка меня обмануть, но и покрупнее преступления числятся.

Господин Жермен молча ждал моего решения, но при этом заметно нервничал: глазами по гостиной шарил, в руках одну из понатыканных повсюду безделушек вертел. Настроение у него менялось, как погода по весне. То соберется с духом и угрожает, то опять дергаться и мямлить начинает.