Миранда сразу же среди своих солдат строжайшую дисциплину навела, я и подумать не могла, что кто-то из них к спиртному потянется или буянить начнет. Ладно, сейчас их командирша с Дейвом прогуливается, но куда ее братец смотрит?

Хотела прихватить одного из троллей – для убедительности, и пойти по этому поводу с Реном побеседовать, но Ульф меня задержал.

– Тебя Аллина в кабинете ждет, говорит очень срочно.

– Что еще случилось? – устало спросила я, уже понимая, наверняка ничего хорошего. Ну почему проблемы не могут в очередь выстроиться и по одной на мою бедную голову падать? Нет ведь, всегда косяками, как пираньи кидаются.

– Не успела рассказать, как раз солдаты в драку полезли.

Ладно, продлим минутку оптимизма пока в кабинет не вернусь, решила я и потопала вперед. На свидание с неприятностями.

В кабинете нас вместе с увязавшейся следом за мной Ольгой поджидали взволнованная оборотница и Рыська. И первым делом мне под нос сунули руку последней.

– Смотри!

Я честно оглядела маленькую детскую ладошку, почти всю черную, и не поняла, какого собственно упыря меня вызвали. Не могли сами с такой ерундой разобраться?

– Рысь, руки надо мыть, иначе в поросенка превратишься. Или в мавку, а это гораздо хуже.

Девчонка улыбнулась, но как-то неуверенно, и пожаловалась:

– Оно не оттирается.

– Да смотри же! – на этот раз Аллина сунула мне бумажку и я с удивлением заметила ее трясущиеся пальцы.

И не только пальцы, оборотницу всю колотило, на мертвенно бледном лице – ни кровинки, в расширенных глазах сумасшедшими волнами плещутся страх и отчаяние.

Теперь и меня проняло. Выхватила листок, быстро прочитала:

«Отдай амулеты или девчонка умрет. Через два дня ее сожрет проклятие. Скажешь кому-нибудь – ей тоже не поздоровится.»

Зубы скрипнули так, что чуть челюсть не вывихнулась. Рядом, мешая русский мат с огрским, выругалась Ольга.

Скоты! Настоящие скоты! Меня из-за этих побрякушек не получилось прибить, за ребенка взялись! Но какой же упырь мог на такое пойти?!

Хотя… знаю.

– Кто принес записку?

– Я не видела, – всхлипнула оборотница, – Рыся пожаловалась на пятно, оно еще и онемевшее, будто обмороженное. Хотела повозку попросить, в город к лекарю съездить. Пришли к тебе, а тут…

Аллина не выдержала, зарыдала, прикрывшись ладонями. Растерянная. ничего не понимающая девчонка тут же кинулась к ней, стараясь утешить. И на нее этот гад проклятие наложил?

Собственными руками придушу, никакому упырб не доверю!

– Прекрати ребенка пугать, еще ничего не случилось! – рявкнула от души и избытка захлестнувшей меня злости, – сначала действительно в город поедем, к лекарю.

Быстро схватила коробку из-под печенья, в которой так амулеты и валялись. Где и кому их отдавать в записке не сказано, видимо маг решил – сама догадаюсь. Очень хотелось прихватить с собой несколько орков или троллей, но… Если человек настолько сумасшедший, что на ребенка неведомую дрянь наслал…

Лучше не рисковать!

Я как-то сразу поверила, поняла: это не шутка, не случайность, дело серьезное. Может потому, что попытку придушить меня вспомнила. Уже перед выходом из кабинета предупредила:

– Никому и правда ни слова. Бумажка-то как-то в кабинет ко мне попала. А посторонних сегодня в приюте не было!

И столкнулась на пороге с торопившейся Мирандой. В голове сразу мелькнула нехорошая мысль, смешанная с подозрением. Солдаты к нам во внутренние помещения не заходят, в отдельном крыле живут. А вот их командиры везде беспрепятственно шастают. Но тут Рыська пожаловалась:

– А меня к лекарю везут.

И на лице Миранды такая тревога проступила, что мне стыдно стало. Все-таки, как бы я к ней раньше не относилась, а письмо с угрозами ребенку она бы передавать не стала. Скорее сама бы морду тому гаду расквасила.

Но все равно, зараза, вреднючая и упрямая! Впилась клещом, так и не смогли отделаться. Впятером к лекарю поехали. Во дворе еще и Ульф крутился, но с ним проще – оставила разбираться с буянившими солдатами. Самое время и от офицерши избавиться, но она опять свои обязанности на брата свалила.

– Вот и отдала бы ему командование, раз самой надоело из себя вояку изображать, – сердито буркнула я, когда выехали из приюта. Настроение было ни к черту и сочно требовало поделиться им с окружающими. Вот и выбрала, кого не жалко.

– Знаешь, сейчас мне и самой этого хочется, – неожиданно мирно ответила Миранда, и, увидев наши удивленные взгляды, пояснила, – у меня отец о наследнике мечтал. А вместо него я родилась. Вот и пыталась всю жизнь доказать, что ничем не хуже мальчишки. Драться научилась, служить пошла, подвиг совершить хотела. Лишь бы оценил и хоть немного полюбил. А теперь все, надоело…

Вот так вот люди и открываются. Ни с того, ни с сего и до самого донышка. Полностью твое представление о них переворачивая. Мне-то казалось, она от дури и пустой прихоти в офицеры полезла, от противной вредности выслужиться пытается. А Миранда… просто недолюбленная глупая девчонка, пытающаяся внимание отца привлечь.И чуть себе всю судьбу этим не исковеркавшая.

Зато стали понятны причины перемен в ее поведении – более важный человек в жизни появился. Теперь под его представления и вкусы будет подстраиваться? Ну, если дело касается Дейва, то я и не против: он ни дурному не научит, ни ломать под себя не станет.

– Подожди, – встряла сидящая бок о бок с нами Ольга, – а как же твой брат?

Точно, про него-то сразу и не вспомнилось. Вечно держится неприметно, старается не выделяться, на фоне сестры совсем теряется. но ведь есть же, никуда не делся. Особого интереса к семейным тайнам семейства Миранды я не испытывала, но что-то тут явно не сходилось.

Оказалось, что Рен хоть и брат Миранде, но не сильно родной, а точнее – троюродный. Бедный и дальний родственник, которого так мечтающий о мальчишке-наследнике отец девушки на воспитание когда-то взял. Выучил, отправил в столицу, помог карьеру начать, но…

Что-то пошло не так.

– Его оговорили, совсем как Дейва! – возмущенно доказывала нам Миранда, хотя мы, в принципе, и не спорили, – якобы соблазнил очень богатую наследницу, в надежде, что теперь уж ей точно придется за него замуж выйти. Да, до этого он просил ее руки, но родственники невесты отказали. Под совершенно надуманным предлогом, будто у него много долгов и беспутное поведение! Понятно же, чистой воды вранье, Рен не такой!

У меня, если честно, собственного мнения о кузене блондинки не было, вот совсем не сложилось. И не приглядывалась особо к нему, и вообще… Есть люди, которых легко понять можно, не прячутся, а есть…

Закрытые на семь замков глухие коробочки. Как правило, с сюрпризами. А вот с какими – плохими или хорошими, пока не раскроются, не догадаешься.

Вот Рен как раз из таких, с припрятанными внутри неожиданностями.

– Он очень хороший! – снова кинулась, как на амбразуру, защищать своего братца Миранда, – и меня всегда поддерживает! Не считает, что женщины хуже мужчин, ни от каких трудностей не отговаривает. Наоборот, всегда советует себя проявить. И верит в меня, говорит, если окажусь достойной, что-нибудь действительно серьезное совершу, отец обязательно оценит!

Лично мне с такими восторгами согласиться было трудно. Нормальный мужчина не женщину должен к подвигам подталкивать, а сам их совершать.

И за себя, и за нее, и, возможно, за Родину.

– А как он у тебя в помощниках оказался, – снова влезла в разговор любопытная ведьма.

– После скандала отец перестал высылать Рену содержание, ну и с карьерой проблемы появились. Брат говорил, что неправильное распоряжение не выполнил, по-своему все сделал. Хотел как лучше, а эти бюрократы…

Тут я бедному парню сразу же посочувствовала – сама от магистратских чинуш натерпелась. Чего они только не выдумывали, даже зубы у Йожки пересчитать требовали. Кстати, в последнее время от колючки намного меньше проблем стало: она, когда не спит, не ест и трактиры не грабит, с Рыськй играет.