Хорошо иметь такого жениха, одно упоминание которого, половину недоступных ранее дверей настежь открывает (а вторую, с незаконопослушными обитателями, – на все засовы запирает). Плохо, что сам жених, неизвестно в каких служебных командировках шляется. Того и гляди, с очередным лекарем знакомство сведет!

Успокоившись за судьбу Эрика, я прямиком отправилась к Марку, своему старому приятелю. Редактор местной газеты был вечно растерян, вечно растрепан, и даже под угрозой каторги ровно пуговицы на собственной рубашке застегнуть не сумел бы. Но все городские новости и сплетни лучше собственного имени помнил. У него я и собиралась узнать, что могло с Дейвом случиться.

Но не повезло.

Марк уехал на именины к любимой тетушке и только через пару дней должен был вернуться. Да что за напасть! Мне начинало казаться, что я, как слепой котенок, во все углы наобум тыкаюсь и только шишки на глупой голове набиваю. Никак нужной информации не найду. А когда отыщу… все уже напрасно будет.

На меня снова нахлынуло ощущение бесповоротно, неотвратимо ускользающего времени. Как в страшном сне, когда знаешь, что спасаться надо, от угрозы со всей мочи улепетывать, а ноги словно к полу приросли, с места не сдвинуться. Надо! Надо срочно что-то делать, но вот что – никак понять не могу.

В таких раздраенных чувствах я уж совсем собиралась домой вернуться, но лепрекон-возчик вовремя напомнил, что еще к ростовщику заехать надо. Молодец! Совсем ведь позабыла: сегодня последний день уплаты процентов по долгу.

– Добро пожаловать к Денсеку! Денсек! Деньги за секунду для счастливой жизни! Бери и радуйся! Я ваш голосовой помощник Ализ! Какой вопрос вас интересует?

Кобольд в неприступном окошке снова выскочил, как чертик из табакерки, в полной готовности незамедлительно меня кабалой кредита осчастливить.

– Проценты хочу заплатить, – мрачно буркнула я.

– Положите деньги в золотоприемник! – акулья пасть окованного железом ящичка немедленно распахнулась мне навстречу.

Погруженная в свои невеселые мысли, я почти уже опустила туда полученный от Дерека кошель с монетами, но… В последний момент спохватилась и чудом успела его выдернуть. Ящик обиженно клацнул несытым нутром и медленно, печально (вдруг еще передумаю?) втянулся внутрь.

– Расписку давай! – потребовала я у кобольда, – а то знаю вас, по второму разу проценты потребуете!

– Мы работаем честно и быстро! Наши филиалы можно найти в каждом городе! Положите деньги в золотоприемник и через скунду они будут в счет долга зачислены! – истошно, не хуже пожарной сирены, заголосил мой не прошенный голосовой помощник, упорно подсовывая под нос свой ящичек. Голос у него и впрямь был… аж уши зажать хочется!

– Расписку! – упрямо повторила я, для убедительности спрятав руку с кошелем за спину.

В ответ на меня снова уставился знакомый уже по прежнему визиту арбалет. Но не переубедил. И даже не испугал.

– Деньги!

– Все равно не убьешь! Кто тогда остаток долга платить будет?

Кобольд мрачно пробормотал себе под нос что-то сильно не вписывающееся в рекламную политику компании. Понял, что таким образом к моей совести взывать бесполезно (слишком далеко она спрятана), и с явной неохотой убрал арбалет. Вписал в готовый бланк имя и цифры (я бдительно наблюдала, чтоб даже черточки не перепутал), потребовал:

– Деньги давай!

Я ловко выхватила у него расписку, протянула было кошель и… Как упырь дернул, попыталась убрать руку с деньгами обратно, за спину. Бумага-то уже у меня! А с такими процентами пусть на ответный обман не жалуются!

Но не тут-то было.

Не у одной меня реакция годами наработана. Кобольд вцепился в золото так, что едва мне руку не вывихнул. Дернули мы кошель одновременно, чуть лбами не стукнулись. Помощничек, хоть и голосовой, оказался сильнее. Рванул и я пойманной рыбкой над землей вспорхнула. Еще и стальные ставни снова съезжаться начали, острые пики наружу полезли.

Пришлось отпустить кошель с неправедно нажитым золотом. Эх, не вышло из меня мошенницы! А так хотелось.

Хорошо хоть расписку выбить догадалась.

– Вы занесены в черный список клиентов! Вы занесены в самый черный список клиентов! Денсек навсегда отказывае вам в кредитах! – оголодавшей по весне вороной заливался мне вслед кобольд.

Уже хорошо, больше никто из моих постояльцев в кабальные долги не влезет. Под эти нескончаемо-назойливые, заливистые вопли я и поехала обратно, в приют. Где меня по-прежнему Дерек с Лиаром поджидают.

И почему я их до сих пор упырям не скормила?

На пороге приюта меня встречали не традиционные умертвия с мавками, и даже не домовушки с очередной жалобой на Йожку. Поджидали меня там три красны девицы. С непредусмотренными былинами вопросами.

– Ну что, проценты заплатила?

– С нашим Эриком все в порядке, мы волнуемся?

– Вера, я у тебя Тиша к себе заберу, ладно? Ты по нему сильно скучать будешь?

Ответила я всем сразу и утвердительно. Заверила Ольгу, что в ближайший месяц ростовщик ее саму на печенку и прочие органы не разделает. Успокоила вечно переживающую за всех Аллину, что Эрик обязательно выздоровеет. И с легким сердцем пообещала Рыське любить ее кота на расстоянии.

– Вера, ты не бойся, я тебе его в гости приносить буду. Часто-часто! Но я за ним тоже скучаю. И Аллина сказала, что не против. Она хоть и собачка, но котиков любит!

– Она волчица, – машинально поправила я неугомонную девчонку, гадая, когда это она о второй, звериной натуре своей опекунши узнать успела.

– Ага, волчица, Аллина показывала. Но все равно ведь собачка! Пушистая такая, серенькая. Она обещала меня научить, как правильно на луну выть!

Надо же, совсем немного времени прошло, а Рыську и не узнать. Веселая, шумная, проказливая, как и положено нормальному ребенку в ее возрасте. Весь приют уже облазила, каждого лепрекона за ухо подергала, полностью освоилась. И с оборотницей сразу поладила, души в ней не чает. Зря я боялась, девчонке с горгульями и скелетонами намного приятнее, чем с родным дядькой живется.

– Так я Тиша заберу, ага?

Кот из всех моих соседей по кровати был самым милым и спокойным. Он не кололся как Йожка и не пытался меня пожевать как дракоша. Но… он продолжал обо мне заботиться! Выкидывать дохлых мышей по утрам мне уже порядком надоело. К тому же Тиш при этом такими печальными глазами смотрел… Я себя неблагодарной преступницей чувствовала, когда его подношения в мусорное ведро складывала! Пусть теперь оборотницу подкармливает.

И тут мне в голову такая чудесная мысль пришла.

– Аллина, а ты только котиков любишь? Что скажешь насчет маленького дракончика?

– Не знаю, их пока еще не пробовала.

Ну надо же, наша милая скромница даже шутить начала. Не только Рыська под ее опекой успокоилась, но и сама Аллина поживее стала. Скоро совсем стесняться перестанет, чудеса, да и только.

– Еще неизвестно, кто из вас кого на зуб попробует, – посулила я и под восторженные детские вопли вручила обескураженной оборотнице сразу двух питомцев. По принципу, одного берешь – второй в подарок. Рыська скакала от радости, дракончик присматривался к новой няньке и с аппетитом облизывался, а я… просто сбежала.

Меня тут еще два не слишком добрых молодца дожидаются.

Яолодцы обнаружились в компании охраняющих их огров. Очень своеобразно охраняющих.

– В-в-веррра! А мммы вассс ждддд… пьем! – со счастливой улыбкой идиота приветствовал меня Дерек. Выглядел он неважно: помятый, всклокоченный, со свежей ссадиной на подбородке и фингалом под глазом. Правое ухо рыцаря покраснело и распухло сдобной оладушкой, но радости это нисколько не мешало. Я присмотрелась повнимательнее, принюхалась… И обвиняющее повернулась у сидящим рядышком ограм:

– И что это значит?

– Не слушался – побили, послушался – напоили, – лаконично пояснил один из гостеприимных стражей. Огры вообще не склонны к лишней болтовне, у них все коротко и по делу. И даже почти логично. Если после пары кружек их фирменного самогона приглядеться. У говорившего, кстати, тоже синяк на скуле красовался, гостеприимство – штука травмоопасная. Не все его без хорошей драки принимают.