Но даже если его потом и поймают, мне от торжества справедливости легче не станет.

Самое обидное, не купился Рен на мои уговоры, даже в этом свою зловредную натуру проявил и не дал способ собственной преждевременной кончины выбрать. А вот я бы ему такую услугу оказала, с преогромнейшим удовольствием. Жаль, к стене артефактом прикована.

Кстати, эти амулеты по действию очень уж Лиаровы напоминают. Откуда они у настойчивого кандидата в наследнички?

– Лиар и поделился, – охотно пояснил этот самый почти уже наследничек. Всегда поражалась, что в книгах преступники так подробно свои планы под занавес выбалтывают. В жизни все оказалось почти точно так же, только вот финал грозит стать хэппи-эндом для злодея.

Неправильная какая-то история.

Как и все мое попаданчество.

– Я про его делишки с нелегальной продажей побрякушек из архива еще в столице узнал. Потом услыша при герцогском дворе, что разыскивают мага, незаконно передавшего вашему градоправителю портальные арки. Ну а когда этот придурок в приют заявился, все сразу и сложилось. Припер его к стенке, припугнул разоблачением, он и откупился своими запасами.

Интересно, после этой саранчи в столичных архивах хоть что-нибудь осталось? Неужели у них там нет проверяющих?

Рен довольно подкинул на ладони ярко блеснувший фиолетовым кристалл, полюбовался таинственно мерцающими гранями. Причин для его блогодушного настроения хватало с избытком – Миранда лежала на жертвеннике неподвижно, как уже мертвая, и я в упор не понимала ее безвольного поведения.

Да какого там поведения, его полного и окончательного отсутствия!

Меньше часа тому назад мне на том же месте валяться пришлось, но я свое несогласие с ситуацией проявляла куда активнее. И словесно, и носодробительно.

Нет, ну ладно бы Рен ей родным братом или любимым мужем был, я бы постаралась понять эту глупую заторможенность. Так ведь ставшая почти подругой девица устроила вселенскую трагедию из-за упырь знает скольки юродного родственника! Нашла, о ком печалиться, ведет себя как…

– Полная бестолочь! – озвучил мои невысказанные мысли блондин.

Только обращался он не к сестре, а все к тому же многострадальному трупу мага. Мне покойничек при жизни тоже не нравился, но сейчас, когда лежал себе тихонечко, никаких претензий к нему не было. А у блондина наоборот, именно это отсутствие активности и вызывало возмущение.

– Даже с такой ерундой не смог справиться, все приходится самому доделывать!

Вот ведь злодей нам попался непоседливый: и сам не покладая рук трудится, и другим полежать спокойно не дает.

Как пошли бы таким стараниям каторжная кирка с каменоломнями!

Огорченный чужой безответственностью блондин повернулся к жертвеннику, опустил руку с так и зажатым в ней артефактом, готовясь сменить его на кинжал или чем он там Миранду собирался прикончить. Я снова закричала в последней попытке привести ее в чувство, бессильно дернулась…

И в этот момент позабытый всеми и подкравшийся совсем близко Тиш прыгнул.

Очень удачно, просто замечательно прыгнул.

Котик – это не только уютное мурлыканье, мягкая пушистая шерстка под руками и огромный страдальческие глаза, провожающие печальным взглядом все, что ты не поделившись, в одну морду без него слопала.

Кот – это еще и десяток очень острых когтей на передних лапах и такое же количество на задних. Большинство пушистиков в душе максималисты и используют свой богатый арсенал по максимуму.

Жалкая мелочность благородным котикам не свойственна!

К списку этих изогнутых, остро заточенных об обои с мебелью крючьев, скромно прячущихся в подушечках мягких лапок, прилагаются зубы и бешеный энтузиазм в достижении собственной цели.

Если котик что-нибудь задумал: утащить приготовленную для гостей закуску, отомстить за былые обиды в тапок или просто поваляться на свежеотглаженном и приготовленном к выходу платье, он это сделает. Обязательно! Без компромиссов и прочих придуманных человеками сантиментов.

И лучше не вставать на его пути к заветной цели.

Тиш решил выступить на стороне добра и справедливости, а котики – это несомненное добро, тут даже спорить нечего. По всем канонам жанра злодей должен был немедленно осознать всю прискорбную глубину своего падения, раскаяться и сдаться на милость пушистого победителя.

Но Рен страдал прискорбным незнанием классики.

И тонкостей кошачьей психологии.

Поэтому он просто взвыл от боли, когда в его руку вцепился десяток когтей, оставляя кровавые борозды. Ладонь разжалась, блондин размахнулся, отшвыривая отважного героя. Тиш с боевым воплем полетел в сторону вместе… с фиолетовым артефактом.

К сожалению, амулет был намного легче и в полете лапами не размахивал, так что упали они не рядом, на достаточном расстоянии.

Рен, матерясь как вурдалак под ясным солнышком, и потрясая окровавленным кулаком, бросился к своему сокровищу. Ага, как же! Тиш, хоть и слегка дезориентированный не свойственной его породе воздушной левитацией, успел первым.

Я же говорила, котики… они настойчивые.

Но вместо того, чтобы схватить амулет или просто запулить в дальний угол, начал аккуратно бить по нему лапой.

– Брысь, глупая скотина! Не трогай! Сломаешь!

– Давай, Тиш, молодец! Покажи ему! Принеси эту штуку мне, поскорее!

Вы когда-нибудь видели кота, который послушно команду выполнил?

Хоть какую-нибудь?

Черный любимец Рыськи не собирался становиться исключением и даже краем мохнатого уха не повел на наши выкрики. Под аккомпанемент одинаково эмоциональных и кардинально отличающихся по смыслу воплей, он продолжал спокойно заниматься своим делом.

Перевернул кристалл другой стороной, снова нажал на него лапой…

Я завизжала, предупреждая кота об опасности – Рен подскочил уже вплотную, протянул руку.

И…

Оба застыли на месте в неестественных позах.

Амулет сработал.

Как ни жаль, но магических побрякушек у чертова братца было в запасе немало и демонстрировал он мне не ту, что нас с Мирандой сковала, а вроде той, которой Лиар всех в самом начале, при переносе в пещеру обездвижил.

Я в который раз помянула покойного мага тихим, но искренним огрским ругательством – поди угадай, насколько действия именно этого артефакта хватит. Прикинуть время не получалось даже приблизительно: нас-то сразу же по стенкам поприковывали.

Значит, ненадолго его сил хватает.

А тут еще и кристалл как-то криво сработал, видно не был рассчитан на применение кошачьими. Ноги Рена застыли на месте – не сдвинуться, а вот верхняя часть туловища вполне себе действовала. И зловредный блондин упорно тянулся к артефакту, норовя его выключить. Тиш же ничем помешать ему не мог, полностью попав под магическое воздействие.

В пещере сложилась патовая ситуация, только вот у наследничка в ней было заметное преимущество. Он в любой момент мог достать рукой до артефакта или просто дождаться, пока тот вырубится.

Нам же надо было поскорее воспользоваться преимуществом.

Я по-прежнему торчала у стенки иллюстрацией к печальной повести «Дева в беде, а защитники не торопятся», и покинуть свое неуютное обиталище могла только выломав изрядный кусок каменной кладки.

Ничего против подобного варварства не имею, вот только желания не всегда совпадают с возможностями.

Но… если не можешь сама выполнить, попытайся свои полномочия делегировать.

– Миранда, – я снова изобразила глас вопиющего в пустыне, где не только верблюды с кактусами, даже вездесущие туристы напрочь отсутствуют.

– Миранда, у тебя ноги свободные! Давай, слезай с жертвенника, чего ты к нему, как к родному прилипла! Ты же боевой офицер, подвиг совершить хотела. Вот тебе возможность и предоставилась! Пни своего братца, чтоб ручонки к артефакту не тянул. Или просто урони его подальше!

Ноль реакции.

Барханы мирандиного разума мои выкрики не потревожили.

Вот честное слово, сейчас я сама ее прибить была готова, освободив зажравшегося наследника от всех хлопот с этим делом связанных.