— И это делает их горячими? Нежелание ходить строем?

— Ходить строем? Адмиралу Стеллосу только это не скажи, что он строем ходить любит. Со смеху помрет. Если конечно смеяться умеет. Тут другое. Да, вероятно они горячее из-за желания быть свободными и образа их жизни. Ты только не думай, что они мальчики на побегушках. Вольные командиры по статусу равны адмиралам.

Мияра, которая уже переоделась в домашнюю, свободную одежду, плашмя упала на кровать. Потянулась. Подложила руки под голову и продолжила:

— Они берут самые безумные контракты. Где нужна не дисциплина, а дерзость, скорость и готовность уничтожить все и вся но выполнить задачу. Только корабль, экипаж и договор найма. Весь их быт — это грань. Постоянный риск, вылазки, перестрелки. Кто по-настоящему огненный, тот и ушёл в Вольные. Многие из первых Прибывших, самых молодых и ядреных, — сейчас там. Они и есть те самые «горячие». Живут на разрыв. Без оглядки.

Я слушала, пытаясь представить. Это звучало или как свобода, или как сумасшествие.

— Ну, хватит глазеть. Иди в душ! И не стесняйся пользоваться моими мыльными штуками. Там есть кое-что, по-пробуй запахи, вдруг что-то понравится. А то я на тебе ни разу не чувствовала ничего кроме запаха пайкового мыла. На выходных сходим в торговый центр погулять, купим тебе что-нибудь вкусно пахнущее.

— Хорошо. Спасибо.

В душе меня ждало очередное потрясение. “Там есть кое-что” означало, что все пространство душа, где это возможно, было заполнено бутылочками, тюбиками и прочей разноформатной и разноцветной мелкой и не очень тарой в которой и находились Мыльные штуки Мияры.

Я потерялась минут на тридцать перенюхивая баночки и вчитываясь что для чего.

А когда вышла из душа уже одетая в выданные мне вещи, Мияра потянула воздух носом и одобрительно похлопала в ладоши:

— Я верила в тебя моя верная ученица! И так мне продолжить рассказ о горячих мужчинах?

Она повернулась на бок, подмигнула мне и изогнулась в эротичной позе.

— А откуда вы прилетели?

Такого вопроса она точно не ожидала. Веселость мигом слетела с ее симпатичной мордашки.

— Мда, ну и темы у тебя для пижамной вечеринки…

— Не уверена, что знаю какие темы тут уместны. Это первая моя вечеринка.

Мияра снова опрокинулась на спину так, словно ее подстрелили…

— Уууу вредная ученица… Ладно. — Она помедлила собираясь с мыслями. Ладно… Ты что вообще ничего про Приход не слышала?

— Нет, — подтвердила я. — Только слухи о войне.

— Да какая там война… Война это когда ты видишь противника, он нападает, ты отвечаешь… А тут… — Мияра вздохнула и жестом указала на мини-холодильник. — Это долгий разговор. Хватай что-нибудь попить и устраивайся поудобнее. Расскажу, с чего все началось.

Ее выражение лица сменилось. Исчезла вся игривость. Взгляд стал прямым и четким, а голос — ровным, как если бы она зачитывала доклад.

Началось с астероида. Он вошел в нашу галактику, Оталим. Происхождение — неизвестно. Траектория упиралась в необитаемую Солнечную систему на окраине галактики. Его не стали перехватывать. Он упал на небольшой планетоид. И о нем забыли.

Через несколько лет на той же планете совершил аварийную посадку грузовой корабль. В последнем их сообщении говорилось о том, что ремонт прошел успешно и они продолжили свой путь. Связь с ним тут же прервалась. К порту приписке они не вернулись. Спасатели его не нашли. Корабль и экипаж — десять человек — исчез.

Еще через год этот же корабль вышел из подпространства у крупной колонии. Молча включил все аварийные сигналы и посадочные маяки. Колония приняла их. И... полностью отключилась от сети. Сто тысяч поселенцев.

Вот тогда и подняли тревогу. Это и было началом экспансии. Но мы не сразу поняли, что имеем дело с разумным противником.

— Как? — не удержалась я. — Как можно было не понять?

— Не знаю, наверно, потому что никто не ждет разума от комка волокнистой биомассы, которая действует как примитивный паразит, — вздохнула Мияра. И продолжила.

Паразит быстро адаптировался к любому биологическому носителю. Маскировался под его поведение, использовал память и навыки. Зараженные опознавали друг друга и действовали как единый организм. Слаженно. Стратегически. Они не шли на контакт. Не пытались вести переговоры. Они захватывали и уничтожали. При чем только разумную жизнь. Всё остальное — флору, фауну, ресурсы — они игнорировали.

В итоге учёные пришли к выводу, что это не самостоятельная форма жизни. Что это инструмент. Предвестник. Он расчищал плацдарм. Они заново просчитали траекторию того астероида. Выяснили, откуда он пришёл. Из соседней галактики. Примитивной, но обитаемой. К тому моменту, как мы это поняли, от всех её сигналов осталась только мёртвая тишина. Ничего живого.

Паразиту дали имя — Пожиратель Миров. И приняли гипотезу, что он был лишь первая волна.

И мы проигрывали это волне. Под конец была найдена вакцина, которая делала паразита безвредным. Даже некоторых зараженных удавалось спасти. Проблема была в том она действовала не на всех и в том, что нас уже оставалось очень мало.

Тогда отобрали тех кого паразит уже не мог захватить и после тщательной проверки их положили в стазис со всей базой знаний накопленной айтори и несколько ковчегов было отправлено в далекое странствие.

Представляешь из всех айтори сюда долетело чуть меньше ста тысяч. Стеллос, кстати, был одним из командиров исхода. Все там что то потеряли… Так что в принципе понятно почему он такой…

Мияра замолчала, а я уточнила:

— Подмороженный?

— Именно.

Она еще немного помедитировала на потолок, а потом резко подскочила, так что я дернулась от неожиданности.

— Все, хватит тоску нагонять! Ты в карты играешь?

— Нет.

— Да, блин! Ладно, тащи свою попку сюда. Научу. А потом будем играть на желания!

В итоге я проиграла два желания Мияре.

При этом первое звучало так:

— Ты, дорогая моя, должна будешь поцеловать куратора, как только его увидишь!

Я покраснела. Интересно, что само по себе подобное действие не вызвало отрицания в моей душе. Отчего я покраснела еще больше, вспомнив, как умопомрачительно целуется Корван.

Помявшись минутку под всё понимающим взглядом подруги, я уточнила:

— При одном условии — мы должны быть наедине.

— Эээ… А как я узнаю, что ты выполнила мое желание?

Я пожала плечами и улыбнулась:

— Ты должна будешь мне поверить на слово.

Мияра шутливо скуксилась:

— Ладно. Да и куратор, скорее всего, не порадуется публичности.

— Вот именно. А какое второе желание?

— А второе я не придумала. Когда придумаю, сообщу!

— Только давай не в стиле вольных айтори. Кстати! Если ты ими так восхищаешься, то почему сама в военные пошла?

Мияра посмотрела на меня как на неразумного ребенка:

— Ты не путай меня и великих воинов. Это им было решать, кому что давать и чем заниматься. А я кому нужна, мелкая неумеха? Мне надо получить военное образование, опыт, желательно боевой. И только по окончании контракта в армии я смогу подумать о карьере вольного. Это всё не так просто.

Я задумалась и ощутила, что что-то в моей голове не сходится.

— Постой-ка… Ты говоришь, что те, кто прилетел сюда, а это было чуть больше двадцати лет назад, были великими воинами.

Мияра кивнула и добавила:

— Ну, ученые и гражданские тоже были. Не все айтори стремятся стать воителями. Так в чем вопрос, ты же спросить что-то хочешь?

— Да… Они были великими воинами, и у них был огромный опыт реальных сражений.

Мияра молча кивнула.

— И куратор, адмирал Корван Стеллос, был одним из них?

— Ну, да. Я так и сказала.

— Ну, да? Мияра, Стеллосу можно дать максимум тридцать лет, ну тридцать пять, с натяжкой. Откуда опыт и величие? И как он мог сражаться там с этим жутким пожирателем миров?

Мияра посмотрела на меня, как будто впервые увидела, и захохотала: