— Но… почему? — с трудом спросил он, отойдя от шока.
— Вот и Гюнтер сначала был недоволен… — вздохнула красавица-богиня. — Тоже возмущался, требовал силу, скорость… А теперь неплохо себя чувствует! — рассмеялась она. Смех её был звонким и ласкающим слух. — Скажу тебе то же что и ему. Если я дам вам то что вы просите, то будет слишком легко. Я не хочу чтобы вы были намного сильнее, умнее или быстрее других людей. Если вы на самом деле любите свою Родину, то сами сможете прорваться через все преграды и помочь своим странам. Ну а если нет… значит, мало любите. — Она рассказала ему про нюансы нового дара, о том что само его присутствие будет влиять на женщин, не говоря уже о касаниях, поцелуях и сексе.
— Понятно… — расстроился Саша. Жаль, а он уже губу раскатал. — Кстати, а как там Гюнтер, собака эсэсовская? — несмотря на то что тот здорово подставил его, выдав всех крупных советских шпионов, Александр прекрасно понимал что на его месте сделал бы то же самое. Только вот беда, не знает он их. То ли хорошо законспирировались, то ли их просто было очень мало и он про них не читал?
— О, он себя великолепно чувствует! — усмехнулась богиня. — У него тоже было не всё гладко, успел ненадолго попасть в тюрьму, а сейчас у него уже три женщины, которых он считает своими и ещё… кажется, восемь испытывают к нему большой интерес..
— Сколько?! — открыл рот от удивления Александр. Нет, конечно, он не считал немца скромником, но захапать себе столько женщин? И как он, интересно, с ними справляется? — Он что, стал каким-то секстеррористом? — не удержался Саша от усмешки.
— Просто у него был такой план… — пожала плечами Фрейя. — Кое-что пошло не так, как Гюнтер планировал, но он уже не в обиде. Часто вспоминает о тебе, гадает, что ты там делаешь… И благодарит тебя за то что ты научил его разным вашим пословицам и поговоркам… — рассмеялась она.. — Хоть он и не всегда до конца их понимает.
Вспомнив как он учил этому немца, Саша тоже рассмеялся. Приходилось объяснять, приводить примеры, чтобы Гюнтер понял смысл. Особенно его ставила в тупик поговорка "Бабушка надвое сказала". При чём тут Гроссмуттер и как она что сказала сразу двоим, заставляло Сашу сгибаться от хохота, пока они гуляли по Берлину.
— А вот у тебя с женщинами пока плохо… Но, думаю, совсем скоро всё изменится… — улыбнулась богиня.
— Что вы имеете в виду? — удивился он, слегка покраснев. Всё-таки, отношения с женщинами у него, в отличие от Гюнтера, складывались не так легко.
— Узнаешь! Могу передать ему привет, если хочешь? — предложила она, подмигнув. Александр улыбнулся, представив богиню в роли почтальона. А почему бы и нет?
— Буду благодарен вам! — ответил он, и добавил, усмехнувшись: — И заодно передайте ему, что как бы он там не старался, я всё равно сделаю так чтобы наши войска взяли Берлин и на рейхстаге развевалось красное знамя!
Богиня усмехнулась в ответ и сказала:
— Передам обязательно! — К чему-то прислушавшись, она сказала: — Мне уже пора, Александр.
— Подождите! — вскрикнул Саша, внезапно вспомнив что хотел попросить. — Вы можете сделать так чтобы меня больше никто не мог загипнотизировать?
Фрейя задумалась, глядя на него. Кивнув головой, она ответила:
— Могу. Сделать?
— Да! Не хочу больше, чтобы меня снова заставляли быть послушной куклой с чужой жизнью… — со злостью ответил он.
— Хорошо! — посмотрела на него несколько секунд и сказала: — Всё, теперь тебя больше никто не сможет загипнотизировать! Доволен? Даже если попробуют, ты будешь всё видеть, слышать и помнить, хотя со стороны будет казаться что ты под гипнозом.
— Да! Ещё раз вам большое спасибо! — Саша ничего не почувствовал в голове, но почему-то, не сомневался что она не солгала. В следующее мгновение богиня просто пропала. Исчезла, как будто её никогда не было. Может, это всё-таки сон? Но гипноз-то она сняла? Значит, правда. Так, что теперь делать? Скорее всего, придётся продолжать играть роль загипнотизированного новоиспечённого младлея НКВД и ехать обучаться на осназовца. Впрочем, это ему даже на руку, всё равно пригодятся умения защитить себя, тем более, перед войной. И, конечно, продумывать план против профессиональных параноиков.
Берлин. То же время.
Гюнтер Шольке.
Он проснулся от того что ему безумно захотелось пить. И, заодно, сходить в уединённый кабинет подумать. В комнате было темно, лишь в окне светил в ночи полумесяц. Затёкшее от неподвижной позы тело онемело и Гюнтер, кряхтя, с трудом встал. Во рту было сухо и ощущение будто кто-то туда нагадил. Скривившись, он пригладил волосы и вышел в полутёмный коридор, спустившись на первый этаж. Дом был погружен во тьму, видимо, слуги уже успели убраться в зале и тоже заснули.
Дойдя до туалета, он отлил, напился и умылся. Придя в себя, он снова поднялся наверх и подошёл к двери своей комнаты. Войдя внутрь, лёг на кровать но спать уже не хотелось. Полежав минут пять, Гюнтеру вдруг пришла в голову очень заманчивая мысль. Некоторое время он колебался, но не выдержав, встал с кровати, открыл дверь и, бесшумно ступая голыми ногами, приблизился к спальне хозяйки усадьбы.
Там было тихо. Осторожно повернув ручку двери, Гюнтер приоткрыл дверь и заглянул внутрь. На большой кровати лежала женская фигура, укрытая одеялом, слышалось мерное дыхание спящей. Тихо подойдя к ней, он с улыбкой посмотрел на баронессу. В свете слабой луны виднелось её прекрасное лицо, губы слегка приоткрыты. Какая же она красивая!
Постояв так несколько минут, Гюнтер не выдержал и осторожно присел на её постель, готовый мгновенно вскочить и ретироваться из комнаты, если та вздумает проснуться. Но аристократка продолжала безмятежно спать, должно быть, немалое количество шампанского, выпитого накануне, помогло её сну сделаться крепче обычного.
Чувствуя, что начинает возбуждаться, он медленно приподнял одеяло за её спиной и приятно удивился. Баронесса спала обнажённой. На ней не было даже трусиков! Ну, Мария… Смело, молодец! Роскошная фигура зрелой женщины приковала его взгляд, а когда он опомнился, член был уже готов к штурму новой твердыни. А эта изумительная задница..! Желание, которое быстро охватывало его при виде такого соблазна, толкало Гюнтера на дальнейшее безумие… Проклятье, не пора ли остановиться и уйти в свою комнату? Вдруг она проснётся? Скандал вряд ли поднимет, но всё равно..
С другой стороны, она же ему нравится? Не то слово! Хочет ли он её? Без сомнений! К тому же он уже считал её своей женщиной, и она это знала. Так в чём дело? Когда ещё будет у него такая возможность? Не факт, что Гюнтер сможет с ней встретиться до своего убытия на фронт, а там и убить могут. Конечно, благодаря регенерации это будет сделать намного труднее, но если ему пробьют голову или тело разорвёт снаряд то он, конечно, умрёт. И будет обидно сознавать что упустил в своё время такой шанс.
Мысленно сплюнув, он снял брюки и, в одних трусах и майке, залез к ней сзади под одеяло. Кровать снова удивила его, она была такой мягкой и удобной, что хотелось просто вытянуться и лежать, наслаждаясь покоем и удовольствием от восхитительных ощущений. Улёгшись, Гюнтер замер на минуту, опасаясь что разбудил баронессу, но она даже не пошевелилась. Довольный, он очень медленно положил свою правую руку на её бедро. Снова никакой реакции, даже дыхание не изменилось. Значит, идём дальше!
Осторожно, едва касаясь кожи, Гюнтер провёл ладонью по бедру и начал спускать руку вниз, к её главным воротам в сокровищницу. Но едва он коснулся пушистого холмика между ног, как Мария пошевелилась и её бедро чуть не зажало его ладонь. Превратившись на минуту в соляной столб, Гюнтер почувствовал как мгновенно вспотел. Женщина снова успокоилась и ровно задышала во сне. Продолжаем!
Снова положив руку ей между ног, он нащупал пальцем клитор и начал его поглаживать, сначала слегка касаясь, а потом чуть сильнее. Член по прежнему стоял как палка, напоминая ему что пора бы уже переходить к главному действию. Несколько минут таких ласк и Гюнтер ощутил как его пальцы повлажнели, говоря ему что баронесса начинает возбуждаться. Он улыбнулся… Очень хорошо, всё делает правильно.