Лаврентий медленно кивнул. Он, естественно, знал что сегодня у "Потомка" прогулка в парке с Катей и её подружкой. Сталин одобрил эту просьбу и разрешил Саше развеяться после автокатастрофы.
— А два мужских трупа оказались нашими сотрудниками, товарищ нарком… Из первого отдела ГУГБ, судя по удостоверениям. После того как милиционер это обнаружил он сразу оцепил место происшествия и сообщил нам. Я велел немедленно послать туда нашу следственную бригаду и экспертов. Потом сразу к вам… — закончил Николай и подобрался, готовясь ко всему.
На Берию напало какое-то оцепенение. Как всё это могло произойти?! Ведь охрана была, пусть и немногочисленная, но оба сотрудника имели большой опыт в своём деле, сработались. Как получилось что неизвестные похитители смогли ликвидировать их без единого выстрела? Сколько их было? Кто они? Зачем им Александр? Столько вопросов и ни на один из них нет внятного ответа… Но одно он подозревал очень сильно — где-то в "НКВД" протекло. Причём, очень сильно! О самом существовании "Потомка" знало очень ограниченное количество людей. Кроме Сталина и Берии, разумеется. Нет, видели его многие — сотрудники посольства в Берлине, пилоты и пассажиры транспортного самолёта, охранники первой тюрьмы, в которой содержался Саша… Но они знали только про немца-перебежчика Дитриха Краузе а не о пришельце из будущего! Об этом знало всего несколько человек… Сама Катя, этот… как его? Один из его доверенных людей… Круглов. И всё? Неужели они нарушили секретность и что-то разболтали посторонним, несмотря на подписки о неразглашении? Обязательно надо проверить обоих! Кто ещё мог знать? Может, немцы? Возможно, перед тем как явиться в посольство этот Дитрих-Саша успел наплести что-то нацистам и те, пусть и поздно, решили вернуть оракула? В принципе, тоже вариант.
Что ж, надо действовать и искать. Хотя, по идее, его сейчас могут просто жёстко колоть а потом просто убьют, когда выкачают всю информацию, при условии что вообще в неё поверят. Но есть вероятность что его просто выкрали и готовят к вывозу из страны. Тогда ещё есть шанс отбить "Потомка" назад.
— Значит, так! Послать туда нашего лучшего следователя. Пусть осмотрит место происшествия, поговорит с экспертами… в общем, ему лучше знать! — начал раздавать указания Лаврентий. — Москву закрыть для свободного выезда! Привлечь к поиску все силы милиции и органов госбезопасности! На всех дорогах из города, главных и второстепенных, установить посты "ОРУД" с нашими сотрудниками в усилении! Проверять каждый автомобиль! Не важно кого или что он везёт, понятно?! Легковые, грузовые, даже телеги! Все должны тщательно проверяться! Раздать всем сотрудникам фото Александра в нашей форме, посулить премию! Привлечь дружинников и неравнодушных граждан… пусть всю Москву перетрясут, дома, подвалы, сараи… и канализацию тоже! — раздражённо говорил Берия, шагая по кабинету. — Мы должны найти его, Николай! Ты же отлично понимаешь его ценность?
Николай угрюмо кивнул. Он не был глуп и отлично понимал что неизвестные похитители смогут заставить Сашу говорить. Тот не военный, не обладает твёрдостью духа настоящего коммуниста. Пару раз ударят и тот "запоёт". И стоит этой информации выйти за пределы страны как появится вероятность что ей поверят за рубежом. Конечно, не факт что сразу и не факт что везде… Но работа спецслужб в том и состоит чтобы проверять даже самые невероятные предположения. Могут так, на всякий случай, провести предварительную разведку немцы, англичане… возможно, и американцы подключатся. И если что-то действительно правдоподобное накопают то будут реальные неприятности. Впрочем, у немцев уже есть такой, чёртов Гюнтер. Но тогда у них может возникнуть желание убрать советского оракула и в этом случае они останутся в несомненном выигрыше.
Берия хотел снова что-то сказать но у него на столе внезапно зазвонил телефон. Лаврентий со злостью схватил трубку и только хотел разразиться бранью как услышал хорошо знакомый голос Поскребышева:
— Лаврентий Павлович? Вас срочно хочет видеть у себя товарищ Сталин! — и положил трубку не дожидаясь его ответа.
Берия застыл, чувствуя как сердце застучало сильнее а рука с трубкой дрогнула. Чёрт!!! Неужели ОН уже знает? Но как? Хотя, конечно, как он мог забыть? Сотрудники, хоть и подчинялись номинально ему, но охраной важных лиц непосредственно руководил его "лучший друг" Власик, личный охранник Вождя. Отношения у них были как у кошки с собакой, причём в самой острой стадии. Власик терпеть не мог Берию и тот платил ему тем же, зная что имеет над ним лишь формальную власть. Николай Сидорович был как тень Сталина и безгранично ему верен. Лаврентий завидовал его влиянию на Вождя и делал всё что мог чтобы опорочить его, но увы… Ничего пока не помогало. Конечно, тот вряд ли бы упустил такую возможность макнуть наркома в кучу говна. Хотя и сам мог пострадать, ведь это его отдел не справился с охраной и допустил не только гибель своих людей но и похищение объекта.
Словом, надо собираться и ехать в Кремль. Если всё настолько плохо то… есть вероятность что в свой кабинет он может и не вернуться. Печально, но такова жизнь. Конечно, пока мало информации но и произошло всё совсем недавно. Значит, надо как-то уговорить Сталина подождать хотя бы до завтра когда будут первые подробности и подвижки в деле. Против воли он ощутил страх… Как будто наркома опутали паутиной и паук медленно подтаскивает его к себе, плотоядно шевеля жвалами. Отбросив эту паническую мысль Лаврентий спешно стал одеваться. Взял фуражку, подтянул портупею и посмотрел на ожидающего Николая. Подумал и решил:
— Едешь со мной!
— Куда? — осмелился поинтересоваться помощник.
— К товарищу Сталину! — попытался усмехнуться Берия но почувствовал что вышло не очень. — ОН звонил, требует к себе. Подозреваю что ему уже доложили..
Тот сглотнул и начал, зачем-то, поправлять свой галстук.
— А может мне..
— Нет, поедешь! — неожиданно рыкнул нарком. — Будешь, если понадобится, помогать мне в процессе доклада. Или думал в стороне остаться? Не выйдет!
Николай уже пришёл в себя и с достоинством кивнул:
— Слушаюсь!
Впрочем, нельзя было ожидать от него сильной растерянности. Жизнь и суровые испытания серьёзно потрепали Николая и его было трудно надолго вывести из равновесия. Удары судьбы он уже принимал не раз и всегда мог с ними справляться.
— Всё, едем! — произнёс Берия и первым вышел из кабинета, слыша за собой шаги Николая.
Они спустились вниз и сели в уже стоявшую наготове машину, которая тут же рванула с места. Дорога до Кремля была недолгой и они оба не произнесли ни слова, погруженные в нехорошие предчувствия. Учитывая какие масштабы могла принять их ошибка в недооценке охраны "Потомка" последствия со стороны Сталина было нетрудно представить.
Выходя из автомобиля уже в комплексе Кремля Берия глубоко вздохнул и направился внутрь, не отвечая на молчаливые приветствия часовых на входе. Поднявшись на нужный этаж они прошли по длинному коридору и оказались возле стола бессменного секретаря Вождя, Поскребышева. Тот окинул их взглядом и поднялся с места.
— Я доложу о вас, товарищ Берия… — и, постучав, вошёл внутрь.
Лаврентий, тем временем, вынул из кобуры своё оружие и отдал его дежурному сотруднику, стоявшему вместе с часовым около двери. Тот вытянулся и принял его, положив рядом с собой на столик.
Прошло около минуты, прежде чем Поскребышев вернулся и проговорил:
— Товарищ Сталин ждёт вас. Проходите!
Берия молча кивнул Николаю на один из стульев возле стены и решительно вошёл в знакомый кабинет, где бывал уже много раз. Но впервые он показался ему неуютным местом. Выйдет ли он отсюда всесильным наркомом, как выходил прежде? Или же Лаврентия выведут под конвоем его же собственные бывшие подчинённые? Животрепещущий вопрос, ответ на который он узнает очень скоро.
В кабинете всё было как обычно. Мягко светила лампа на столе у Сталина, дымилась трубка на специальной подставке, тихо тикали часы.