Строительство нового частного жилья в рабочих посёлках и промышленных городах сильно ограничили в хрущёвские времена, из-за бюрократических препонов это стало практически невозможно. Поэтому новые избы появляются только вместо уже стоящих развалюх. Я помню эту ситуацию, поэтому и предложил вариант с покупкой. По сути, даже не «объекта жилой недвижимости», а участка под ним.

«Купчую» и расписку о получении денег подписали в моём присутствии. Продавец был расстроен тем, что не удалось «обмыть» это дело: он «пьющий», а папа за рулём, ему ещё домой возвращаться. Теперь сделку надо зарегистрировать в сельсовете, в селе Сыростан, до которого от Атляна ещё с десяток километров. Опять отцу придётся отпрашиваться с работы. А потом впрягаться в организацию заготовки стройматериалов. Но для начала — посадить картошку на огороде у купленного домишки. Не из жадности, а чтобы пустующий огород не зарос травой. И заниматься этим, похоже, придётся нам с братом.

Фигня вопрос! Сажать картошку быстро и несложно. Один человек копает лопатой ряд ямок, второй бросает в эти «лунки» картофелины. При проходе следующего ряда «лунок» вынутой из них землёй засыпаются ямки предыдущего ряда. Вся сложность — выдержать равное расстояние между радами, чтобы они не выглядели, «как бык нассал». За пару часов можно будет управиться, был бы в наличии посадочный материал.

— Настаивал на доме? Вот теперь сам им и занимайся, — напутствовал меня папа, когда завёз в интернат.

Это не наказание, это испытание, экзамен на «взрослость». Без присмотра и помощи меня, разумеется, никто не оставит, но проявить себя «мужиком» я обязан. Хе-хе, экзамен. В шестьдесят-то с хвостищем лет…

Мой «роман» с Муртазаевой не остался без последствий и у одноклассников. Точнее, одноклассниц. Черникова, искусственная блондинка с красивыми серо-голубыми глазищами, вдруг решила «проявить внимание» к моей персоне. Весьма своеобразным способом. Подойдя ко мне в школьном коридоре, грустно вздохнула и томно произнесла:

— Совсем ты меня, Карасёв, разлюбил.

И ногтями — по запястью. Когти у неё твёрдые, как у кошки, из царапины сразу выступила кровь.

Глаз я на неё «в первой жизни» положил примерно через год, но никаких серьёзных отношений из этого не возникло. Жизнь сводила нас, разводила, но все эти десятилетия мы оставались «подружками». Почти. Сейчас она подходит к пику своей красоты. Огромные глаза, пухленькие губки, приятные овал лица и фигурка, волосы заплетены в две косички с непременными огромными бантами. Этакая Мальвина атлянского разлива.

Любовь? Признаюсь, в десятом классе вздыхал по ней, но после поступления в техникум остыл. А она, как выразилась Ирина уже в возрасте за пятьдесят, «я не знаю, что такое любовь. Что такое страсть — знаю. Но не что такое любовь».

— Сдурела, что ли⁈

— Ну, а чего ты на Райку внимание обращаешь, а на меня нет, — томно высказала она свою претензию. — Я ревную.

По подростковой логике это равнозначно всё тому же «Ваня, я ваша навеки». А поскольку Черникова объективно ярче Муртазаевой (о красоте можно спорить, а вот по яркости она в классе вне конкуренции, о чём прекрасно осведомлена), я просто обязан немедленно поменять объект внимания. Ага, щаззз! Мне секс, секс нужен, а не все эти ужимки и намёки на любофф. А у Ирки с сексом пока тоже никак, не доросла она ещё до него.

— Мог бы хоть разок и меня до дома проводить.

— Вот скооперируйтесь с Раей, я вас обеих сразу же и провожу: всё равно рядом живёте.

Чем мне нравилась эта оторва? Мало того, что флегма, ещё покруче меня, так она никогда не унывала, даже в самые тяжёлые для себя времена. Да, случалось, жаловалась на жизнь, но чтобы при этом впадать в уныние? Никогда!

А жизнь у девочки уже сейчас не самая безоблачная. Мать повторно вышла замуж, родила вторую дочку. У мужа в Миассе однокомнатная квартира, поэтому падчерицу сплавили в Атлян к бабушке, которая скоро умрёт. И Ирка останется предоставленной сама себе. Покуролесит, конечно. Как без этого в её возрасте? Но не скатится на дно.

— Идти вместе с ней даже ради того, чтобы ты меня проводил? Больно-то надо!

Ну, и ладненько. Мне головной боли меньше.

19

Кстати, про головную боль. Ноотропы из будущего я пью регулярно и, кажется, они уже начали действовать. По крайней мере, башка действительно стала реже болеть. По-хорошему, меня бы прокапать курсом препаратов, но таких лекарств, которые мне нужны, в это время ещё не существует. И ни один врач, ни одна медсестра не согласится колоть в вену или капать неизвестные им препараты. С таблетками, ссыпанными в пластиковую баночку без обозначения, проще: глотай, не привлекая к себе внимание, и будет тебе счастье. Со временем.

Потеплело, полетели майские жуки, дней на десять затмив собой все прочие школьные развлечения. Кто-то, поймав жука, сажает его в спичечный коробок и потом весь урок слушает не нудный голос учителя, а как насекомое громко скрежещет лапками по дну и стенкам коробочки, склеенной из деревянного шпона. Кому-то этого мало, и жук сидит в коробке для того, чтобы посреди урока запустить его кому-нибудь из девчонок в распущенные волосы. Визг и переполох минут на пять гарантированы. Более «продвинутые» привязывают к лапке жука нитку и удерживают её, пока насекомое пытается улететь. Время от времени поддёргивая и приотпуская нить. Это называется «сделать Жучку» по аналогии с собакой на поводке. Беззлобные шутки, но имеющие бешеную популярность. И очень нелюбимые учителями из-за того, что способны сорвать заключительные уроки учебного года.

Настроения учиться нет ни у кого, все уже мечтами на каникулах, включая меня. Экзамены? Да куда они денутся? Даже если что-то плохо подготовленное вылезет, то «натянут» оценку: учителя же видели, как я пахал, навёрстывая упущенное и забытое. Ну, не четвёрку поставят, если очень уж принципиально подойдут к вопросу, то влепят «трояк». Ну, и хрен-то с ним. Пересдам! У меня и «отмазка» для пересдачи есть: рана.

Выпускной? Уже согласовали сценарий нашего концерта. Всё в пределах школьных традиций: благодарственные слова учителям, стихи, хоровое исполнение какой-то песни про наше счастливое школьное детство и моё сольное выступление с двумя песнями под аккомпанемент гитары. Моторика пальцев улучшилась, аккорды я заучил отлично, тексты лет сорок-пятьдесят знаю. Торжественное вручение свидетельств о восьмилетнем образовании, а потом — «у нашем клюбе танцы». Недолго, часа два. Мы ещё маленькие для того, чтобы затягивать мероприятие, на котором будут только «свои».

Класс у нас огромный по меркам школы, тридцать пять человек! Самый большой за последние годы. И его численность уже никто в истории школы не переплюнет. Так что партнёров для танцев будет достаточно. И музыка будет соответствующая: я уже приволок через портал катушку с качественной записью концертов 1977 года самых модных на настоящее время групп — «Бони М» и «АББА». «Бонимэ и Ава», как их называл герой известного в это время анекдота про «гостя с солнечного юга», таким образом объяснившего, какие именно записи он хочет купить. «Бонусом» — «дописки» из их предыдущих концертов. Её тоже успели прослушать «галопом по Европам» на школьном магнитофоне «Маяк-203». Легенда — «у друга в Миассе выпросил переписать». Правда, такое качество перезаписи в наших краях пока невозможно даже теоретически: оригинальные диски, с которых пишутся катушки, доступны только в Москве, Ленинграде, портовых городах и некоторых столицах союзных республик, куда их завозят дипломаты, моряки дальнего плаванья и очень редкие ездящие в загранкомандировки «особо ценные работники». В глубинку расходятся только вторые, третьи, четвёртые копии записей с магнитофона на магнитофон, а при каждой перезаписи неизбежно теряется качество. Я же писал катушку с выложенных в инете цифровых копий одного из форматов «без потери качества». Но заметно это будет на слух не через плохонький динамик магнитофона, а при воспроизведении через колонки.