Когда Фил вернулся с толстой тяжелой подушкой из вспененной резины, в цилиндре уже открылась невысокая дверца.

— Клади ее внутрь, на платформу, — скомандовала девушка. — Прямо поверх ремней. Они только для коробок и свертков. Вот так. Теперь залезай и садись на корточки. Руки опусти, на полу есть скобы — хватайся за них. И держись крепче, потому что эта штука опускается со скоростью выше скорости свободного падения, а оставаться на корточках в пустоте над пропастью я тебе не советую. Да, и не верти башкой — оторвет!

— Погодите... — Фил вытащил ногу, которую успел с опаской засунуть в мусоропровод. — А вы сами-то...

— Я пойду после тебя, потому что умею обращаться с кнопкой изнутри кабины.

— Но это ведь мусоропровод, так?..

— А ты что хотел? Чтобы чернокожие рабы несли тебя на носилках по спиральной лестнице? Позже, если захочешь, можешь уговорить отца купить мне вертолет.

— Вы хотите сказать, я должен съехать вниз по желобу на маленькой платформе без стенок?

Девушка выхватила из юбки кинжал.

— Я хочу сказать, что ты это сделаешь — или я снова запру тебя в библиотеке!

Попятившись от ножа и ударившись головой о раму, Фил внезапно сел на платформу, затем медленно втянул ноги и принял позу испуганного Будды.

— И незачем было меня торопить, — с достоинством произнес он.

— Поедешь на первый подвальный этаж, — отрезала девушка. — У тебя пять секунд на то, чтобы выбраться из желоба. Дверь там должна быть открыта. Если она закрыта, придется снова подняться — и молись, чтобы тебя не вызвали с другого этажа. Ладно, не трусь, — сказала она, закрывая дверцу. — Я сто раз это делала. Ну... или представляла.

В темноте позвоночник Фила превратился в сгущенную сталь, а руки, вцепившиеся в скобы, стали лапами гориллы. Он успел подумать, что если бы Везунчик сейчас сидел у него за пазухой...

Платформу резко потащило вниз, а с ней — и самого Фила. Желудок рванул к сердцу и остановился где-то под кадыком. Огромная змея зашипела, и Фил почувствовал, что если хоть чуть-чуть качнется в сторону, ему моментально придет конец. А потом он вдруг явственно ощутил под подушкой платформу, пятки впились ему в ягодицы, позвоночник распался на позвоночные диски, и почти все внутренности покинули свои привычные места.

Фил отупело смотрел в тускло освещенную, пустую комнату. Время идет, дошло до него. Он вывалился на пол, и платформа тут же с громким свистом умчалась наверх. Когда Фил сумел сесть и сделать пару вдохов, в трубе снова засвистело, а через долю секунды платформа с лязгом остановилась. Мисс Ромадка изящно выпрыгнула из мусоропровода и присела в реверансе перед воображаемой публикой.

— Говорите, вы никогда этого не делали?.. — промямлил Фил.

— Да делала, конечно! Я специально соврала, чтобы пострашнее было. — Она схватила его за первое попавшееся ухо. — Пошли, ты еще не вырвался из папиной хватки.

Фил с некоторым разочарованием осознал, что в самом деле может встать на ноги и идти. На душе стало даже спокойно.

— Как вы нажали кнопку изнутри?

— Просто залепила ее клейкой лентой, запрыгнула внутрь и закрыла дверь. Платформа не приходит в движение, пока хотя бы одна из дверей на верхних этажах открыта.

— И как вас, кстати, зовут?

— Мици, — представилась девушка. — Мици Ромадка.

— А меня Фил. Фил Гиш.

Она привела его в темный гараж, где за решетками, словно в тюремных камерах, стояли замысловато украшенные машины. Некоторые были на зарядке — из них торчали кабели. Впереди виднелась уходящая вверх рампа. Мици остановилась перед клеткой с небольшим скромным купе черного цвета и начала вводить код.

— Эта крошка выглядит безобидной, правда? Раньше принадлежала владельцу похоронного бюро. — Она прыгнула за руль. Фил печально пожал плечами и сел в машину, где без особого удивления обнаружил, что Мици надела черную вечернюю маску, полностью закрывавшую лицо.

— Тачка не моя, — пояснила девушка. — Я просто ее припрятала — по просьбе шайки Карстерса. Она в угоне.

После этих обнадеживающих слов Мици тронулась и поехала к рампе. Маленький электромотор едва слышно выл. Дверь гаража послушно открылась на голос хозяйки. Улица была залита призрачным желтым светом натриевой лампы. Когда они уже почти добрались до уровня земли, впереди резко затормозила большая машина и на три четверги перекрыла им выезд. Из салона выскочили два человека, и кто-то — Фил успел заметить только утиную походку и толстое брюхо — поспешил им навстречу.

— Слушай, если мы опять будем гоняться не пойми за кем... — раздался из машины голос, полный скептицизма и недовольства.

— Не глупи, — отрезал поспешивший им навстречу человек. Фил узнал голос Ромадки. — Я же сказал, он упомянул зеленого кота!

Тут психоаналитик обернулся и увидел ошарашенного Фила.

— Это он!!!

Пронзительный визг аналитика сменился дребезгом пластика — Мици вогнала крохотный электромобильчик в щель между стеной рампы и большой машиной. Под грохот отлетающих бамперов они вынырнули на улицу и принялись неторопливо набирать скорость. Фил обернулся.

— Они уже сели в машину, — сообщил он Мици. — Разворачиваются!

— Ты и впрямь важная персона, — недоуменно пробормотала девушка сквозь маску. — Ладно, держись крепче. — Она резко вывернула руль в сторону узкой рампы, ведущей вниз.

— Там написано «Въезд запрещен»! — взвизгнул Фил.

— Поэтому я туда и еду, — коротко ответила Мици.

Машина подалась вниз, и Фил зажмурился, но судьба сегодня явно была к нему благосклонна. Он открыл глаза и увидел вокруг яркий свет натриевых фонарей, заливавший весь нижний уровень. Их машина ловко продвигалась вперед. Фил вновь обернулся.

— Они съехали за нами, — отметил он с удивлением и не без гордости.

— Очень важная персона... — Мици встряхнула головой. — Что ж, никто не думал, что этой мышке придется убегать от носорога. Сейчас будем ускоряться: держись и молись, чтобы машины на следующих десяти перекрестках стояли правильно.

Фил почувствовал, как его целиком вжимает во вспененную резину сиденья. Сзади вспыхнуло что-то красное. Машина преследователей резко уменьшилась в размерах. Фил с трудом покрутил головой и заметил, что натриевые фонари слились в одну жидкую желтую ленту. Их машина пронеслась мимо капота грузовика, который выезжал на дорогу и, казалось, стоял на месте, — так быстро они мчались. Примерно спустя два квартала они, не сбавляя скорости, проехали между еще двух словно бы примерзших к асфальту машин. Красное сияние потухло. Мици въехала на очередную рампу с надписью «Въезд запрещен», сбавила, наконец, скорость до более-менее разумной и сделала еще три или четыре поворота.

— Вроде бы оторвались, — деловито и невозмутимо сообщила она.

Фил понуро кивнул.

— Карстерс вчера установил на эту тачку ракетный ускоритель, — пояснила Мици. — Он, правда, не знал, все ли у него получилось. Отличная фишка, правда? Может очень пригодиться, если ты только что сбил робота-торгаша и улепетываешь от трех полицейских машин и полицейского вертолета в придачу. Дымовая завеса рядом не валялась! Скоро сам убедишься.

— Я уже, — заверил ее Фил, рассеянно содрогаясь.

— Да это еще цветочки, — презрительно фыркнула Мици. — Я про такие ситуации, когда ты по-настоящему напортачил и враг уже близко. Такой адреналин! Скоро увидишь, говорю. Знаешь, Фил, ты мне нравишься. Ты напуган до чертиков и ни черта не понимаешь, но все же подыгрываешь. По-моему, Карстерс разрешит тебе стать членом нашей шайки.

Фил снова вздрогнул — и на сей раз даже этого не заметил. Ни криминальная жизнь Мици Ромадки, ни ее внезапное великодушие не могли сейчас удержать его внимание. Хмуро глядя в окно на желтушную улицу, Фил думал только о Везунчике и о том, как счастлив он был рядом с этим зверем.

Он резко очнулся.

— А что за зеленый кот? — спрашивала его Мици равнодушным тоном, который из-за маски казался даже еще равнодушнее. — Какая-нибудь изумрудная безделушка или пароль для входа в тайное общество?