Хозяева некоторых аттракционов принимались возмущенно кричать, заслышав бримстайновский боевой клич: «Все бесплатно!!!», но при появлении Везунчика возражения сразу утихали.

Толпа все ширилась. Время от времени от нее отделялись небольшие группы желающих прокатиться на том или ином бесплатном аттракционе, но этих групп всегда было не так много, как следовало бы ожидать, и после катания или игр они с радостью возвращались.

Мо наслаждался всемогуществом и скакал по резиновому покрытию парка, точно барашек. Для каждого у Него в запасе находилось доброе словцо или шутка, а забавным выходкам и фокусам просто не было числа. Апогеем его безумия стало освобождение тигра и двух пантер из циркового павильона. Никого не пугая, звери с довольным видом бродили в толпе и принимали ласки окружающих — хотя больше всего им нравилось тереться шеями о Везунчика.

Фил был на седьмом небе от счастья, особенно когда скакал рука об руку с рыжеволосой красоткой из шоу «Визит на вольную Венеру», но время от времени мысль о подстерегающих опасностях и забытом долге все же возвращалась к нему и не давала покоя. Однажды, заметив его тревожный взгляд, Джуно обвила рукой шею Фила (при этом едва не оторвав ему голову) и проревела:

— Есть проблемы? Не робей, отдай их маме Джуно — уж она-то вышвырнет их на помойку! Ох, как же я люблю эту зеленую мартышку — кто бы знал! Он ведь в самом деле раскусил тайну жизни! Ой, смотри...

Она показала пальцем на Карстерса и Бака, которые обнаружили аттракцион под огненно-красной вывеской «Дай пинка красотке — и она упадет прямо тебе в руки!» и теперь весело выдирали друг у друга огромную кувалду. Немного погадав, Фил сообразил, зачем эта кувалда нужна. Игра была старинная: если ударить со всего маху по мишени на земле, шарик подскочит высоко вверх. Недавно у игры появилось характерное для конца двадцатого века продолжение: когда шарик достигнет самого верха, огромная нога в мягком сапоге грубо спихнет с уступа красотку, и та упадет прямо в объятия победителя — если он, конечно, захочет ее поймать.

В последнем Фил очень сомневался, потому что «красотке» было даже не под сорок, а под все пятьдесят. Она цинично посматривала на Карстерса и Бака, ни капли не сомневаясь, что кувалда им гораздо интересней «приза». Везунчикова волна ее пока не настигла: кот ненадолго ушел с двумя пантерами в конец толпы.

Громилы наконец обо всем договорились и стали по очереди молотить кувалдой по мишени. Индикатор подскакивал очень высоко, однако почти у самой вершины замирал и летел обратно. Зрители сочувственно вздыхали. К этому времени большая часть процессии собралась возле аттракциона «Дай пинка красотке», стратегически расположенного между двумя барами и напротив «Мозгоочистителя» (целомудренное название, выведенное красными огоньками, явно появилось недавно). Неподалеку зиял жутковатый вход в пещеру «Дворец Плутона», рядом с которой была изображена неточная модель Солнечной системы: планеты рывками двигались вокруг желтого Солнца.

Мо Бримстайн прихлебывал пиво из кувшина, который ему поднесли радостные нимфы. Откуда-то сзади выплыли две черные тени, преследовавшие зеленую искру: Везунчик занял положенное ему место и привел за собой всех представителей кошачьего семейства.

Когда Карстерс, признав поражение и улыбаясь, уже хотел отшвырнуть в сторону кувалду, к нему подскочил Дион да Сильва. Он скинул с себя куртку и рубашку, под которыми обнаружились на редкость волосатые грудь и спина.

— Вот это я понимаю — мужик! — одобрительно пробормотала Мэри Филу, пожирая взглядом своего героя. — С этими милыми ушками он прямо вылитый сатир!

Дион поиграл внушительными мускулами, поднял кувалду и обрушил ее на мишень с огромной силой, которая отозвалась у всех присутствующих в коренных зубах. Вспыхнули огни, затрезвонил колокольчик, и огромная нога начала движение вниз.

В этот самый миг из толпы со стороны «Дворца Плутона» стремительно вышла Дора Панне. Она прошествовала мимо Диона, даже не взглянув на него, и целенаправленно, словно лунатик, двинулась прямо к Везунчику.

Забыв про обещанную «красотку», Дион подскочил к Доре, прижал ее к своей волосатой груди и начал душить жаркими поцелуями. Фил галантно шагнул к уступу и поймал упавший «приз». Ноги у него подкосились. Девица оказалась под влиянием Везунчика и приникла губами к губам Фила, но тот, чем-то напуганный, быстро поставил ее на землю.

С внезапным разъяренным воплем Дион отпихнул от себя Дору Панне, и та грузно упала. Прежде чем кто-либо успел его остановить, Дион схватил кувалду и обрушил ее прямо на голову фиолетовой блондинки.

— Как я влюбиться в такое! — кричал сатир. — А-а-а!

Он изо всех сил молотил по красивой головке и телу девушки; та слегка подпрыгивала на резиновом покрытии.

Фил был вдвойне потрясен, потому что все это происходило в присутствии Везунчика. Зеленый кот спокойно сидел перед Филом и одобрительно наблюдал за происходящим.

Покалеченная Дора Панне принялась сладострастно извиваться на земле и омерзительно веселым голосом напевать «Шлепни меня что есть духу». Затем ее расплющенная голова раскололась надвое, но изнутри брызнули не мозги и кровь, а осколки стекла, пластика и металла. Дора напоследок крякнула по-утиному и замерла на месте.

В голове Фила одновременно сложилось несколько фрагментов головоломки. Итак, Дора Панне — не живой человек, а продвинутый манекен, работающий благодаря множеству датчиков и перфолент с командами управления. Даже ее имя — простейшая анаграмма от «Пандоры», железной женщины, которую Гефест смастерил по велению Зевса (если Фил, конечно, правильно запомнил слова Ромадки).

Когда Дион наконец опустил кувалду, из толпы вырвалась девушка в брюках и схватила Фила за руку. То была Мици Ромадка, запыхавшаяся и растрепанная. Следом за ней бежал Сачеверелл Эккели.

— Джек и Куки скрутили Ллуэлина, — выдохнула она, — и хотели сделать то же самое с нами, мы едва сбежали. Сейчас они на пути к Биллигу, надеются его предупредить.

Быстро оглядевшись по сторонам, Фил понял, что они это уже сделали. В темной раззявленной пасти пещеры стоял мистер Биллиг собственной персоной, а рядом с ним — полдюжины блестящих роботов-торгашей. Только эти роботы были оборудованы турелями, из которых на толпу смотрело сразу несколько черных дул. На груди Биллига Фил заметил небольшую коробку.

— Всем стоять! Одно движение — и они начнут косить толпу! — крикнул глава «Корпорации удовольствий», держа руку на пульте управления. — Дора, парализуй кота и неси его мне.

Люди немного расступились и показали Биллигу обломки Доры Панне, рядом с которыми безмятежно сидел Везунчик. Фил увидел, как лицо Биллига искажается гримасой ужаса, и почувствовал исходящую от кота золотую волну покоя, но тут Биллиг, недолго думая, схватил орто-пушку и спустил курок.

Голубой луч врезался в резиновое покрытие в дюжине футов от Везунчика, расплавил его и погас, не успев причинить никому вреда. Оправившись от потрясения, Фил обернулся... и увидел, куда попала «отдача» орто-пушки. Биллиг с огромной дырой во лбу опрокинулся лицом вниз.

Тут же, словно падение Биллига послужило сигналом, из-за портьер на входе в «Мозгоочиститель» вышел невысокий пухлый человечек. Лицо его было отчасти закрыто респиратором, однако Фил сразу узнал доктора Ромадку. Психоаналитик прицелился из парализующего ружья, Везунчик упал и замер на земле, и все вокруг наполнилось оглушительным ревом.

Ромадка метнулся к коту. Мэри Эккели выхватила что-то из кармана и помахала этим в воздухе. «Антон!» — раздался ее грозный крик. Когда психиатр машинально обернулся, она с размаху наступила на его фигурку, и голова куклы отлетела в сторону.

Фил решил, что она — в самом деле ведьма, потому что Ромадка упал лицом вниз.

Оглушительный рев исходил от дюжины полицейских машин, которые мчались со всех сторон. Реактивные тормоза загрохотали так близко к собравшимся, что не обошлось без опаленных ног. Под вопли толпы из машин стали выскакивать люди в форме и в штатском. Приказами и пинками они быстро согнали толпу в одно место, а из первой машины вышел человек с парализующим ружьем (им-то он и вырубил Ромадку). Это был Дейв Грили.