Озвучив последнюю фразу, развернулся на месте и сделал первый шаг к КПП. Но британец не унялся:

– Вы только что совершили непростительную ошибку …

– О‑о‑о, как интересно! – восхитился я, разворачиваясь к «мыслителю», явно решившему посмотреть на магию в деле, подошел к нему поближе и недобро усмехнулся: – Вы имели наглость мне угрожать. Я вправе ответить. И отвечаю…

Правый кулак, «обернутый» воздушным покровом , не заметил грудину и, по моим ощущениям, уперся в позвоночник. Тут дернулись телохранители. Но застыли еще до того, как дотянулись до пистолетов. Так как заметили моих егерей, вооруженных значительно посерьезнее.

– Все правильно: воевать на моей земле – форменное самоубийство… – без тени улыбки заявил я. – Так что забирайте эту тушку и везите в Лесное – там, помнится, есть больница. И посоветуйте этому идиоту – если он, конечно, выживет – не переоценивать свои силы и не возвращаться на эту окраину цивилизованного мира…

        3 октября 996 г. от ВР.      

…В ночь на понедельник мне приснилась настолько сумасшедшая идея, что я, открыв глаза, торопливо цапнул с тумбочки телефон, создал новый файл и записал основные положения. Желание приступить к реализации туманило сознание, но я наступил на горло собственной песне, привел себя в порядок и вышел в коридор. А там «подобрал» толпу дам, готовых к пробежке, спустил их на первый этаж, вывел во двор, поставил боевые задачи и сорвался с места.

Пока разогревался и плавно набирал крейсерскую скорость, поглядывал на дорожки, ведущие к гостевым домикам, и радовался энтузиазму обитателей поместья – на обязательное занятие выбегали и взрослые, и дети. Несмотря на моросящий дождь и неприятный порывистый ветер. Что особенно приятно, выбегали не из‑под палки: на лицах абсолютного большинства играли улыбки, а «молодежь» вообще горела предвкушением и встраивалась в группы бывших вояк, надеясь удержать их темп. Но больше всего внимания привлекали самые юные красотки, не поленившиеся встать пораньше, нанести макияж и надеть обтягивающие спортивные костюмчики. Дабы выглядеть на «внутриродовом мероприятии» интереснее всех.

Мысленно ухохатывался минуты три‑четыре. Потом включился в работу и забыл обо всем на свете, кроме тренировки. А ее я усложнил добросовестнее некуда: несся по самой длинной дорожке под ускорением  и под воздушным покровом , удерживал вокруг себя плотный смерч  диаметром порядка метра и то обрушивал всю влагу в области контроля дождем , то превращал в туман , то разогревал Огнем. Ну и, конечно же, восполнял энергию и из Воздуха, и из Воды.

Кстати, матушка, Лосева и Красовская тоже «веселились» будь здоров – держали покровы , «обменивались» ударами лезвий , «прятались» в туманы  и так далее. Что, естественно, только усиливало предвкушение слуг, жаждущих научиться держать магические атаки и торопивших время, чтобы побыстрее дорваться до обещанных стресс‑тестов. А Волкова… Волкова дурела. Сначала из‑за нашего фанатизма и настоящего, а не изображаемого энтузиазма мещан. Во время основной части тренировки – от добросовестности, с которой мои люди вкладывались в каждое отдельно взятое упражнение. А с того момента, как егеря дежурной смены притащили на стрельбище десяток бронежилетов, и я начал обещанные стресс‑тесты – от спокойной уверенности, с которой весь народ «подставлялся» под атаки «спарринг»‑партнеров, убеждался в том, что покровы  действительно держат, и передавал уже ненужные «костыли» кому‑нибудь еще.

Да, я на этом занятии практически не напрягался. Но, прекрасно понимая, что вкладываюсь в род, задвигал куда подальше желание «поделать хоть что‑нибудь» и контролировал процесс. В результате добился поставленной цели, пообещал еще‑не‑магам, что их ждет точно такое же будущее, после заминки пожелал хорошего дня и в компании своих дам первым выдвинулся в сторону особняка.

Пока приводили себя в порядок и готовились выйти на завтрак, снова вспомнил о Той Самой Идее, включил фантазию в турборежим и придумал аж четыре варианта пробуждения любопытства в генерале Анциферове. Но они не пригодились: Григорий Денисович позвонил мне сам. Во время завтрака. И предупредил, что прилетит в мою усадьбу к десяти утра. Чтобы обсудить пару‑тройку конфиденциальных вопросов и подписать кое‑какие документы.

Прилетел. На грузовом «Атланте», забитом первой частью моего заказа.

Пока я организовывал разгрузку и переноску всего этого добра в свободный подвал особняка, лично оценил место, выделенное под посадочную площадку. Потом принял приглашение пройти в дом, всю дорогу до кабинета делился последними новостями, а там отказался от чая, снял дождевик, сел в первое попавшееся кресло и выложил на стол приличную пачку договоров.

– Просмотрю буквально через несколько минут… – пообещал я, достал из стола лист бумаги и карандаш, быстренько набросал простенький эскиз, пододвинул к генералу и начал издалека: – Григорий Денисович, я считаю, что носиться по горам и долам, вылавливая каждого отдельно взятого иномирного зверя – это полный и законченный идиотизм. Поэтому придумал альтернативу. Если очень коротко, то она должна выглядеть так: при обнаружении таких монстриков дроноводы подгоняют к ним «птичку» с куском окровавленного мяса, дают унюхать аромат и заманивают в место, заранее подготовленное к уничтожению даже самых кошмарных чудовищ…

– Мне уже нравится ваша идея! – прокомментировал он это вступление и снова замолчал. А я продолжил:

– А теперь посмотрите на рисунок. Конусы – это автоматические огневые точки с крупнокалиберными пулеметами, гранатометами и другим тяжелым вооружением. Прямоугольник с решеткой – яма со стенками, армированными железобетоном, в обычном состоянии прикрытая дерном или его имитацией. Вертикальные полоски – стальные штыри с заточенными остриями. И, в то же самое время, проводники электрического тока. А вот эти овалы – своего рода бункеры, в которых можно ловить посмертные импульсы ядер погибающих животных, не боясь нарваться на удар какой‑нибудь дрянью.

Анциферов прищурился, еще раз оглядел набросок и уставился мне в глаза:

– Олег Леонидович, идея великолепна. Но даже сам проект этой ловушки привлечет внимание к возможности усиливаться за счет уничтожения ядер других живых существ и инициирует начало волны убийств магами магов. Да, до этой возможности люди додумаются в любом случае, но чем позже это произойдет, тем больше времени будет у государства для создания рабочей системы нейтрализации одаренных преступников…

– Дальше можете не продолжать… – усмехнулся я и объяснил, почему: – Я прекрасно осознаю все риски. Но в то же самое время считаю необходимым максимально обезопасить тех, кому, по роду службы, придется уничтожать магически одаренное зверье, максимально ускорить усиление своих людей  и максимально упростить этот процесс для всех посвященных . Говоря иными словами, в моей усадьбе такая ловушка появится в любом случае , а вы сможете засекретить эту идею и строить два разных варианта ловушек: массовый – без бункеров для безопасного развития Дара – и «единичный» – с ними.

Все остальное он додумал сам:

– Как я понимаю, вы хотите, чтобы военные строители начали именно с нее?

– Да, мне нужен толковый проект, максимально быстрая реализация идеи и, естественно, полнейшая секретность. Кстати, можете считать это обкаткой новой технологии.

Генерал коротко кивнул и приятно порадовал:

– «Технология» архиважная. Поэтому я доложу о ней государю в девять утра по столичному времени. А сам прямо от вас вылечу в Белоярск. Ставить задачи военным проектировщикам.

Тут я вспомнил о том, что Янина Павловна за завтраком заявила, что ей пора возвращаться домой, воспользовался представившейся возможностью и спросил у Григория Денисовича, не подкинет ли он в Белоярск нашу гостью. После того, как выслушал ожидаемый ответ, набрал Волкову, предложил ей отправиться в Большой Мир на вертолете, получил еще один ожидаемый ответ и решительно пододвинул к себе пачку документов…