– Так точно! – по‑армейски ответил он, и уронил в канал ссылки для их подключения к нужным каналам. Тут мне пришлось достать телефон, чтобы упростить процесс, но тридцатисекундная задержка дала нужный результат – человек, контролировавший камеры первых этажей корпусов «Б», «В» и «Г», «упал» под матушку, а второй, с позывным Сокол – под меня. И практически сразу «включился» в работу – срывающимся голосом сообщил, что часть стаи вот‑вот вырвется из корпуса «А» на придомовую территорию.

– Отставить эмоции!!! – рявкнул я в стиле государя. – Сколько голов, к какому торцу бежит, через какое время вырвется на оперативный простор⁈

Этот рык заставил его собраться, и я получил нормальный доклад:

– Шесть особей, бегут к центральному входу в ресторан «Вятич», будут у выхода секунд через пять‑шесть.

– Совсем другое дело… – удовлетворенно выдохнул я, выбегая наружу, жестом выделил группам матушки и Варвары зверей, которые вот‑вот должны были вырваться на левую половину «двора», а сам попрыгал вправо. Рывке  на втором поручил Глотовой при появлении монстров ударить ослеплением , буквально через мгновение услышал команду «Глазки!!!» и прикрыл лицо сгибом локтя. А после вспышки, «высветлившей» руку, переместился еще два раза, вышел на дистанцию, атаки с которой не должны были шокировать зевак, и вложился в «пса» пятнышком …

        24–25 ноября 996 г. от ВР.      

…На моем восьмом ранге пятнышко , до предела напитанное энергией, не заметило покров «дикой собаки», вырвавшейся на оперативный простор сквозь панорамное окно ресторана, и стерло из реальности голову и часть шеи. Поэтому «слоеное» лезвие , отправленное вдогонку, пробило труп, вытянувшийся в длинном прыжке, насквозь, и ушло вглубь помещения. На сохранность интерьеров мне было плевать, так что я сфокусировал взгляд на соседней цели и отрешенно отметил, что Наташина, третья, уже обзавелась коконом  из Воздуха и Воды. Прекрасно зная, что через долю секунды под ним «рванет» акустический удар  и, вероятнее всего, собьет зверю концентрацию на покрове , чем, конечно же, воспользуется напарница, я атаковал своего. Все тем же пятнышком , уже продемонстрированным сторонним наблюдателям. А за мгновение до его попадания увидел, как разогнанная туша натыкается на здоровенный наклонный каменный шип , сформированный Филимоновой‑старшей из декоративных каменных плиток «уличного» покрытия, а острие, усиленное Водой и Воздухом, снимает как бы не сорок процентов плотности защиты.

«Боевая тетка…» – мелькнуло на краю сознания, и я «сдвинул» взгляд еще левее. Туда, где буйствовали остальные боевые двойки. И убедился в том, что боевых теток в моем роду предостаточно: матушка с Аней успели убить по одному «псу», а последнего, шестого, уже дожигали Варя с Валей. Причем дожигали в прямом смысле этого слова: Глотова шарашила мощнейшими сожжениями , а ее подружка добавляла этим заклинаниям дури ветерками  и, до кучи, кошмарила зверя «слоеными» лезвиями .

Координаторы, охреневшие от скорости расправы над зверьем пятого класса опасности, пребывали в коме, поэтому я скинул ускорение и привел их в сознание очередным рыком:

– Юнкер, Сокол, не спите: нам нужны векторы выхода на следующие цели!!!

Первым очнулся «птиц»: сообщил, что в нашу сторону бегут еще две собаки, и что вылетят в большой зал ресторана секунд через пять‑семь.

– Принято! – ответил я, сорвался в рывок  и переместился в большой зал через дыру в панорамном остеклении. Монстрика, возникшего в поле зрения, приголубил единственным заклинанием, которым собирался работать, и успел добавить дури слоеному лезвию  Красовской. Благодаря чему и «ее» собачка сложилась с первой же атаки. Тут наш координатор, наконец, полноценно включился в работу и выдал нормальное описание маршрута:

– Коридор на одиннадцать часов. Второй поворот налево. Десять метров. Две цели. Третий поворот направо. Шесть метров. Три цели в варочном цехе…

– Наташ, перекрываешь коридор! Света, страхуешь… – распорядился я, срываясь в серию рывков , допрыгал до нужного поворота, увидел дверной проем, из которого раздавался хруст костей, «возник» на пороге комнаты и разрядился в зверей, рвавших человеческий труп. Положил их, вроде бы, за считанные мгновения. И в обратный путь рванул без задержек. Однако к тому моменту, как долетел до напарниц, они успели вступить в бой. Причем обе: Красовская убила одного из трех «псов», примчавшихся к ним из варочного цеха, и воевала с остальными, а Филимонова надежно зафиксировала каменным капканом  еще одно создание, атаковавшее их с тыла, заставила зверя задрать голову практически вертикально вверх каменным шипом , выращенным из пола, и принимала на «слоеные» щиты  площадные атаки.

Этого, последнего, «пса» я и положил. Потом показал женщине большой палец, метнулся к Природнице, добавил дури ее «слоеному» лезвию  и вбил пятнышко  в последнюю цель. А через секунду услышал крик координатора «Из портала выпрыгивают 'сурки»!!!«, мысленно выругался, так как знал, что эти животинки охотятся стаями по тридцать голов и более, спросил у Сокола, сколько 'псов» еще носится по нашему корпусу, выслушал ответ и принял неприятное решение:

– Выводите нас на портал: не запрем «сурков» в помещении с порталом – они устроят нам похохотать…

Запереть «сурков» мы не успели. Из‑за четырех «диких собак», каким‑то образом почувствовавших наше приближение и атаковавших с двух сторон. Положить их, конечно же, положили. Но потеряли порядка двадцати секунд. А за это время из продовольственного склада в и без того разгромленный коридор вынеслось то ли восемь, то ли девять «образин». Били они Воздухом и привыкли охотиться стаей, поэтому нам с Наташей пришлось побить рекорд скорости вывешивания взаимно дополняющей «слоеной» стены , принять на нее несколько десятков атак, выйти из себя и устроить в звериной половине коридора сущий ад – шарахнуть туда ослеплением , закрутить чудовищную мясорубку , «разбавить» ее даже не туманом , а дождем  и отработать десятком шаровых молний .

Кстати, Филимонова‑старшая тоже не халявила: вырастила целый лес каменных копий , которому я втихаря добавил немного дури, и… нагоняла к нам чистый воздух. Чтобы мы ненароком не задохнулись. Она же среагировала и на атаку с тыла – придержала «пса», примчавшегося на шум, и, тем самым, дала мне возможность шарахнуть пятнышком . А потом в оперативном канале раздался голос Щепкина, и мне полегчало:

– Олег Леонидович, мы подбегаем ко входу в ресторан. По каким целям работать?

– Сокол, наводите моих людей на «диких собак»! – распорядился я. – Командир группы – Иван Борисович. А с «сурками» мы справимся сами…

Не успел договорить, как в меня вжалась Красовская, встала на цыпочки и еле слышно прошептала в левое ухо, что взяла восьмой ранг.

– Красотка! – проартикулировал ей я, всадил в заметно усилившуюся мясорубку  два площадных разряда  и выдал ценное указание в полный голос: – Сдвигаем стену  метра на четыре. Со всей дури. Три… Два… Один…

…В первую комнату продовольственного склада пробились, перемолов тринадцать сурков и нахватавшись посмертных импульсов. В этот момент мне полегчало снова: матушка доложила, что они закончили зачистку корпуса «Б» и уже бегут к следующему, в котором буйствует всего одна «псина». Личный состав смены Щепкина тоже отжигал в полный рост, поэтому мы с Наташей на радостях «сдвинули» кучу «сурков» к дверному проему, за которым мерцал портал, шагнули внутрь и принялись шарашить точечными заклинаниями. А Филимонова‑старшая, дисциплинированно державшая дистанцию, внезапно додумалась до чертовски интересной идеи:

– Олег Леонидович, а почему бы местным не подогнать сюда несколько бетономешалок с достаточно длинными шлангами и не залить бетоном склад с порталом под самый потолок? Кстати, почти уверена в том, что с помощью магии можно существенно ускорить затвердевание бетона.