– Тогда приступайте! – скомандовал я, и эта троица ускакала к гостевым домикам рывками  на пределе нынешних возможностей Бажова.

Я проводил их взглядом, почувствовал ласковое прикосновение Воздуха к предплечью и посмотрел на напарницу.

Она улыбнулась:

– Все, теперь они умрут, но вытянут Юрку на свой уровень и превратят в неплохого мага. Так как понимают, что ему предстоит стать либо первым номером боевой двойки Нинки, либо вторым номером кого‑нибудь из них. Так что мотивацию ты им придумал великолепнейшую. Кстати, по слухам, Венька Яшин окончательно спелся с Катькой Чекменевой и больше не завидует Лешке с Игнатом, воюющим в «чисто мужской боевой двойке».

– Чья заслуга? – полюбопытствовал я, подхватив ее под локоток и мягко направив к особняку.

– Твоей матушки… – ухмыльнулась она. – Анастасия Юрьевна как‑то «не заметила» Веню и поделилась с Аней мнением о разнополых двойках – сказала, что двое лидеров‑мужчин обычно рано или поздно сталкиваются лбами, а в таких командах вертикаль власти устанавливается сама собой, что позволяет прогрессировать намного быстрее из‑за отсутствия внутренних напряжений…

– Интриганка… – усмехнулся я, позволил командиру дежурной смены подключиться к моему личному каналу, выслушал доклад об обнаружении синего портала в зоне ответственности усадьбы и ответил на прозвучавший вопрос: – Нет, мы вот‑вот начнем собираться в дорогу, поэтому валите зверье сами и так, как сочтете нужным…

Сборов, как таковых, не было – мы часик поболтали с матушкой и Аней в моих покоях, потом переоделись в парадно‑выходное шмотье, пересеклись в общем коридоре и пережили прощание с претензиями. Претензии, конечно же, были шуточными и предназначались мне. Но я действительно уезжал «черт знает куда» на свой день рождения, а значит, «был виноват». Поэтому каялся со страшной силой и обещал исправиться. До тех пор, пока женщины не взяли с меня слово навестить их «при первой возможности». А потом постучал по экрану часов, отставил в стороны оба локтя и, взяв на прицеп обеих страдалиц, повел к ангару «Икара».

Кстати, «окно» не организовывали – матушка прикрывала нас куполом  от зверья, уничтожаемого личным составом тревожной группы, а перед тем, как я выгнал квадрокоптер на оперативный простор, на пару с Аней выставила воздушную стену . В общем, взлетели без каких‑либо проблем, выбрали пункт назначения, врубили автопилот и оккупировали мое кресло. Ага, оба. А затем я открыл портал к метке , оставленной на доме лучшего артефактора клана Варгхейм, подвел плоскость «зеркала» вплотную к магически созданному, ни разу не идеально ровному, но, как ни странно, прозрачному оконному стеклу, заглянул внутрь, не увидел даже намека на освещение,

и мрачно вздохнул:

– Ну, и где носит этого деятеля вторые сутки?

– Мог отправиться по бабам. Или забухать с друзьями в каком‑нибудь местном аналоге пивной… – отозвалась Наташа, успокаивающе погладила по предплечью и мягко улыбнулась: – Впрочем, это неважно. Все равно мы ни сегодня, ни завтра не сможем уделить ему достаточно времени. А валить столь серьезного специалиста ради ответа на два‑три вопроса нецелесообразно.

Она была права. Поэтому я кивнул, закрыл портал, раздраженно опустил спинку в горизонталь и только потом сообразил, что делаю. А напарница сочла это нормальным – вжалась в бок, опустила голову на плечо, пристроила руку на мою грудную клетку и… рассмешила:

– Если сейчас на наши телефоны прилетит какое‑либо сообщение СОПП, я возненавижу оперативного дежурного краевого управления этой службы!

Судя по тому, что ни одного сообщения нам не прилетело, оперативный дежурный краевого управления СОПП либо чувствовал угрозу на расстоянии, либо прозревал будущее. Да, поиздеваться – поиздевался. В тот момент, когда наш «Сапсан» начал набирать высоту, уведомил о появлении красного портала на северо‑восточной окраине Белоярска, из которого… выпал морской монстр, отдаленно похожий на осьминога.

Мы посмеялись, решили не возвращаться, опустили спинки кресел в горизонталь, застелили получившиеся ложа и отключились. Ровно на три часа. После того, как продрали глаза по будильнику, вызвали в салон стюардессу, изучили меню и плотно пообедали. Так что в Стрешнево сели сытыми, после остановки борта на парковочном месте перебрались в разъездную машину и укатили в подземный гараж аэропорта. А где‑то через час подкатили к воротам городского поместья Державиных и требовательно поморгали фарами.

Как и следовало ожидать, впускать мою машину на территорию никто и не подумал – из дежурки вышел незнакомый СБ‑шник, спустился по лестнице в четыре ступеньки, нарисовался возле моей двери и, дождавшись, пока я опущу стекло, вежливо поинтересовался, к кому я прибыл и по какому делу.

Его поведение мне понравилось. Поэтому я представился и сообщил, что хотел бы пообщаться с главой рода по личному вопросу.

Услышав мою фамилию, служака подобрался, но поведение не изменил – пообещал, что все передаст, и вернулся на пост. Чтобы связываться с кем‑то там не в моем присутствии.

Это тоже было правильно. Вот я и поставил ему второй мысленный плюсик. А потом набрал доблестную защитницу, вывел ее голос на громкую связь и весело поздоровался:

– Привет, Танюш. Мы с Наташей подкатили к воротам вашего поместья. Хотим увидеться с Алексеем свет Юрьевичем. Скажи, пожалуйста, он дома?

– Приветики!!! – радостно выдохнула она и перешла в режим доклада: – Да, дома. Но общаться с тобой наверняка побоится. Поэтому тебе сообщат, что его нет. Так вот, не уезжай: я сейчас сбегаю к Даше, и она заставит его найтись.

И ведь заставила – пригнала главу рода к парадным воротам пешком  эдак через десять минут после того, как нам сообщили, что его нет, грозным рыком заставила СБ‑шника открыть створки, на пару с Милашкой вытолкала «дядю Лешу» из поместья и подвела к нам, как раз десантировавшимся из салона.

Тратить время на пустопорожние разговоры я не стал – упаковал родича в свой кокон , легонечко «сжал», чтобы дать почувствовать бессмысленность любых попыток сопротивления, проигнорировал недовольный ропот толпы Державиных, державшихся в отдалении, и недобро оскалился:

– Алексей Юрьевич, вы прогнулись перед представителем другого рода, по сути, продали ему подарок моей Приручительницы Дарье Константиновне и, тем самым, плюнули в лицо всем своим предкам, родне и мне. Предки, увы, не ответят, большая часть родни позорно утерлась, а я воздам вам по заслугам, как пусть и трусливому, но родственнику…

Перед тем, как смахнуть дяде Леше правую руку «слоеным» лезвием , заткнул родственничка лентой . Поэтому не оглох от истошного вопля. Потом попросил сестру остановить кровотечение, дал время затянуть культю молодой кожей, вернул родича в сознание воздушной затрещиной , снова поймал взгляд и закончил прерванную речь:

– Регенерировать руку в эпоху магии не такая уж и серьезная проблема, соответственно, можете считать это наказание последним предупреждением . Ибо в следующий раз, когда вы проявите хотя бы тень неуважения ко мне или к тем, кого я взял под свою защиту, я вас убью, как бешеную собаку. Кстати, настоятельно советую уступить кресло главы рода родичу побоевитее. Чтобы он вернул Державиным потерянное уважение дворянства…

30 декабря 996 г. от ВР.

…Почти невыносимое желание хоть как‑нибудь ускорить время и хоть немного приблизить день рождения накатило… во время пребывания в Кремле. Поэтому инспекцию флигеля, выделенного Белосельскими Нинке, ее команде и прирученному зверью, я провел намного быстрее, чем планировал. Не стал забалтываться и с Ремезовым – выслушал описания мелких проблем, которые прокурорский уже решил, обсудил еще не случившиеся, но вполне вероятные, вник в несколько новостей, не связанных с аукционом, и заявил, что нам пора. Так что в «Золотые Ключи» прикатил в девятнадцать пятьдесят, припарковал внедорожник на его законное место, подхватил Наташу под локоток, довел до лифтов, поднял в нашу квартиру и утащил в кабинет.