– Меня интересует количество групп… – напомнил я, добавив в голос закаленной стали. И мужик поплыл:

– Шесть или семь…

…Никаких экспертов‑криминалистов к нам не присылали. В тринадцать десять к КПП подкатила мини‑колонна из армейского «Скорпиона», грузовика с рефрижератором и бронированного автозака. А старший группы, представившись дежурному, заявил, что ему приказано забрать пленных и… фрагменты тел диверсантов вперемешку со снегом, землей, обрубками деревьев и опавшей листвой.

Тимофей Бажов решил, что это шутка, и пошутил в ответ:

– И как вам все это закидать? Лопатами? Погрузчиком? Экскаватором?

– Без разницы… – равнодушно ответил вояка. – Государь собирается отправить эту кашу королю Франции. Дипломатической почтой. А на реакцию последнего мне, честно говоря, наплевать…

Моим понравилась эта идея, поэтому двое «Владимирских» погоняли к березняку и обратно на мини‑экскаваторах и закидали в рефрижератор тонны три‑четыре окровавленного месива. А бойцы одной из свободных смен тем временем принесли на носилках двух сладко спящих диверсантов, сдавшихся в плен, и двух их товарищей, охранявших машины, но внезапно попавших под каток магов тревожной группы.

В общем, к двум часам от незваных гостей остались одни воспоминания, и я, выслушав доклад Антипа Назаровича, со спокойной совестью разослал «боевые». После чего добудился до матушки, Лосевой и Красовской, дал им время привести себя в порядок и «отконвоировал» в большую гостиную. Ибо страшно проголодался, а обедать без них не хотел.

Мария Тарасовна встретила нас улыбкой до ушей, быстренько поставила перед нами по тарелке гуляша, пожелала приятного аппетита и, сложив руки под грудью, весело поинтересовалась, слышали ли мы о подарке государя королю Франции.

Моя родительница отрицательно помотала головой, Аня с Наташей перестали есть и превратились в слух, а я повел рукой, предлагая Жаровой начинать. И она разошлась. То есть, описала планы Белосельского настолько образно, сочно и смешно, что расхохотался даже я. Впрочем, веселился не так уж и долго. До вопроса «родственницы» на куда менее веселую тему:

– А чем, в конечном итоге, закончился ночной бой в Енисейске?

– Наши взяли в плен девятерых, а остальных положили… – со вздохом начал я. – Но не без потерь: у них два трупа и аж восемнадцать раненых!

– Да уж… – разочарованно выдохнула матушка, заявила, что хваленые «Ведуны» оказались клоунами, и сфокусировала все внимание на гуляше.

Я тоже последовал ее примеру. Поэтому умял первое и почти все второе в тишине. А потом ожил мой телефон, и я, посмотрев на экран, показал его маме.

– Танька? – заулыбалась она и потребовала вывести голос племянницы на внешний динамик.

Вывел. После того, как принял вызов и поздоровался. А через мгновение чуть не оглох от чертовски эмоциональной скороговорки:

– Привет, братик! Звоню, чтобы поделиться впечатлениями о первой магической дуэли с участием нашего родственника.

– О‑о‑о!!! – восхитился я и спросил, кто и с кем дрался.

Державина презрительно фыркнула:

– Дрался⁈ Витька и некий Александр Ростиславович Найденов почти десять минут слонялись по дуэльной арене, бездарно атаковали заклинаниями Воздуха и Воды, бездарно уклонялись, бездарно принимали атаки на дохлые покровы , а затем высушили резервы, побоялись сцепиться в ближнем бою и… согласились на ничью!!!

– Зато заслужили право называться магами‑дуэлянтами… – хохотнула моя родительница, весело поздоровалась с экспертом по тактике магических поединков, выслушала ответное приветствие и застрадала: – А мой сын о таком статусе может только мечтать…

– Ну да… – ехидно поддакнула Татьяна. – Уильям Кавендиш сломался, не успев озвучить вызов, а значит, тот бой дуэлью не считается. Кстати, теть Насть, как ваше плечо?

– Никак… – «убито вздохнула» матушка, помучила девочку довольно долгой паузой и продолжила: – Мне его вылечили. Полностью. Магией. Наша целительница. И теперь я тренируюсь вместе с твоим братиком.

– Ура‑ура‑ура!!! – радостно заверещала Таня. – Передайте целительнице огромное спасибо и от меня! А еще скажите, что я ее очень‑очень уважаю, и… что тоже когда‑нибудь «возьму» Жизнь. Ибо она нужна, как воздух, любой уважающей себя девушке…

Мы посмеялись, поболтали с Державиной еще несколько минут, а потом она перешла на шепот, протараторила, что к ней, кажется, кто‑то пришел, скомкано попрощалась и сбросила вызов.

– Девица с характером… – довольно мурлыкнула матушка, доела кусок бисквитного торта с заварным кремом, заявила Жаровой, что она нас балует, и призналась, что хочет немного полениться.

Лениться ушла на пару с Лосевой. «Чтобы не было скучно». А Наташа, поймав мой вопросительный взгляд, сказала, что хотела бы потренироваться. Я планировал заняться тем же самым, поэтому согласно кивнул, предложил ей встретиться в спортзале через четверть часа и ушел переодеваться.

Натягивая шорты, посмотрел в окно, за которым красиво кружились белые хлопья, вспомнил, что собирался купить снегоходы, и решил поручить это дело бездельничающим женщинам, не стал откладывать это дело в долгий ящик, набрал родительницу и порадовал ей интересной боевой задачей. Из‑за чего в спортзал спустился с небольшим опозданием, переступил через порог и удивился, обнаружив, что Красовская сидит на матах в полной темноте. Вот и спросил, чем она занимается.

Природница открыла глаза, собралась с мыслями и тихонько вздохнула:

– Сегодня ночью я чувствовала себя неуютно из‑за того, что не привыкла к прибору ночного видения. А несколько минут тому назад, войдя в темный зал, сначала позавидовала животным, прекрасно видящим в темноте, а потом сообразила, что магия, по логике, должна позволить улучшить зрение и нам, людям. Вот и пытаюсь выделить кластеры, активирующиеся при попытке что‑нибудь разглядеть. Но пока не получается: если я фокусируюсь на взгляде в себя , то сбивается концентрация на предмете, на который смотрю.

– Что ж, тогда предлагаю объединить усилия… – торопливо выдохнул я, оценив красоту идеи: – Ты вглядываешься в предмет, а я – в твои кластеры…

        16 октября 996 г. от ВР.      

…В ночь на воскресенье Антон Макаров обнаружил в квадрате два‑пять зеленый портал и цепочку следов, уходящих на восток. Пока поднимал меня, тревожную группу и Егора Жарова, догнал и идентифицировал животное по описаниям аналитиков генерала Анциферова. Ковырять «Сполохами» покров  рогача, вроде как, продавливающийся лишь при одновременном попадании половины блока неуправляемых ракетных снарядов «Урагана», я был не готов. Поэтому решил использовать не пулеметы, а ракетно‑пушечное вооружение «Кипарисов».

Пока одевался, приказал командиру дежурной смены отправить в бункер Ивана Борисовича и его бойцов, Леву Комлева и Валю Филимонову. Потом подобрал дам, вывел из особняка под небо, затянутое сплошной облачностью, вдохнул морозный воздух и торопливо активировал пока еще дохлый, но уже работающий ночной взор .

Окружающий мир немножечко посветлел, и я на радостях распорядился вложить халявную энергию в развитие этого заклинания.

Сообразив, с чего это вдруг я о нем вспомнил, женщины последовали моему примеру и захвалили Красовскую. За идею, упростившую нам жизнь. Я тоже назвал Природницу умницей, краем глаза заметил девчонок, несущихся к нам, чуть‑чуть подождал и встретил их вопросом на засыпку:

– Доброй ночи, девчат! Торопитесь подняться на следующий уровень?

– Доброй ночи! – радостно поздоровались они, и Валя, как старшая, дала обстоятельный ответ:

– Да, Олег Леонидович, торопимся: в нынешних реалиях наша слабость – это брешь в обороноспособности рода. Кроме того, новый уровень позволит ускорить рост растений, значит, добавит нам еще толику продовольственной независимости.

– И ведь не поспоришь… – довольно промурлыкала матушка, назвала девиц умницами, следом за мной подошла к «стакану», через который можно было спуститься в бункер, подождала, пока я открою дверь, и первой скользнула в тамбур.