— Вы бледны. Вам нездоровится. Хотите остаться? — даю ей шанс.

— Разве мы не торопимся? Нехорошо заставлять императора ждать, — выдаёт Лира, улыбается, а я не пойму, что её так радует.

Точнее догадываюсь, но верить не хочу. И с каких пор я собственно ищу этой злодейке оправдания?

“Увидим. Всё увидим своими глазами”, — напоминаю себе, киваю Мело, и он без слов все понимает, запрыгивает на одного из скакунов, а я же вхожу в повозку следом за Лирой.

Воздух в этом маленьком помещении уже успел напитаться её духами за несколько секунд. Розовые пионы и жасмин. Дурманящее сочетание.

— Путь будет долгим? — спрашивает Шиен, и, что странно, старательно избегает встречи со мной взглядом.

Смотрит в окно, будто там есть что-то, кроме вечных снегов.

— Четверть часа. Мы воспользуемся портальными переходами, — сообщаю я, а Лира будто даже выдыхает с облегчением, но пытается это скрыть.

Что её так гложет? Перспектива находиться со мной наедине?

Сколько бы ни смотрел, не понимаю. Зато отчетливо вижу нетерпение Лиры, которое она маскирует за любопытством – ей все ещё якобы интересны пейзажи за окном.

Она хочет поскорее попасть во дворец? Или хочет быстрее сбежать от меня? Потому и не смотрит.

“Смущена?” — приходит мысль мне в голову, когда она начинает обмахиваться платком, хотя в повозке весьма прохладно.

— Вас кинуло в жар, леди Шиен? — не могу удержаться и не попробовать вывести её на диалог.

— Видимо, съела что-то не то на завтрак, — отвечает очень убедительно, только вот Лира не завтракала. Это мне уже донесли.

— Если будете всю дорогу так на меня смотреть, прожжёте во мне дыру, — замечает она.

— Предлагаете мне делать вид, что пейзаж за окном интереснее?

— Что? — хмурится, зато впервые за долгое время смотрит мне в глаза.

Странное чувство внутри, будто только что выиграл кубок в каком-то состязании. Азарт?

А Лира тут же хочет отвернуться. Ну уж нет.

— Сейчас будет первый портал, — предупреждаю её, и Лира тут же хватается тонкими руками за стены, чтобы не слететь во время толчка, а его пока что нет.

— Вы подшучиваете надо мной? — хмурится и делает это весьма мило.

Гоблины, о чём я?

А она ещё и смотрит так, будто впервые видит. Я, что, сейчас улыбаюсь, подшутив над ней?

— Кхм… будет, — только и говорю Лире, делая голос строже, а сам отвожу взгляд к окну, но боковым зрением прекрасно вижу, что она смотрит.

Смотрит пристально, скрещивает руки на груди, видимо, решив, что мне верить не стоит, и тут же случается толчок.

Лира едва успевает раскинуть руки, как соскальзывает с мягкого жаккардового сиденья прямо ко мне… в руки. Бездна, я уже действую на спасательных рефлексах рядом с этой бедовой дамой.

А она тут же упирается пальцами мне в грудь, будто я сделал что-то плохое. Поднимает на меня свои огромные синие глаза, в которых, я уверен, утонул и потерял себя не один мужчина, но меня привлекает другое.

Её щеки... Они покраснели.

Только зря Лира пытается сейчас освободиться. Ещё один толчок, сообщающий о последнем переходе через портальный квадрат, и Лира и вовсе падает мне на грудь. Так… этого я не планировал. Это уже немного… чересчур.

— Пустите. Я и сама могу сидеть! — шипит Шиен, награждает меня взглядом, наполненным гремучей смесью смущения, непонимания и злости, отдаляется и вместе с собой забирает свой жар, оставляя мне лишь холод.

Уводит сердитый взгляд в сторону и теперь в упор не хочет смотреть на меня.

Зато я отчего-то чувствую себя очень довольным. Значит, не ошибся, что она нервничает не из-за дворца, а из-за меня.

Интересно, Лира Шиен… Очень интересно, что теперь происходит в твоей голове. И я бы с удовольствием изучал эту златоволосую загадку ещё и еще, но извозчик, как назло, сообщает:

— Прибыли!

Карета останавливается, и в этот самый момент воздух внутри будто бы холодеет в разы. Лира напрягается, но я не могу не заметить того блеска, что появился на секунду в её синих глазах.

Всё-таки… Она. Хотела. Во. Дворец.

Чувствую, как напряжение расходится по телу ледяными иглами, первым спускаюсь со ступеней, подаю госпоже Шиен руку и внимательно слежу за каждой мышцей её лица.

Лира с опаской касается своими пальцами моей ладони, старательно скрывает всё, что думает, но стоит ей выбраться из повозки, и взглянуть вперед, как Шиен застывает.

Оглядывает все, будто бы видит впервые, с жадностью изучает белоснежные башни дворца и их алые купола. Подмечает тяжелые капители, и чуть ли не считает вазоны с красными невянущими розами.

Ей тут нравится. Она всегда хотела сюда. Хотела быть тут хозяйкой. И, кажется, ещё не отказалась от своей цели. Либо же решила попытать счастье ещё раз.

— Ваше Высочество! – кланяется пожилой евнух, позади которого склонившись пополам стоит дюжина слуг в платьях болотного цвета. — С прибытием вас и вашей достопочтенной супруги! Позвольте вас проводить!

Киваю, ибо, несмотря на мой план понаблюдать за поведением жены, хочется как можно быстрее покинуть это место. Место, которое я ненавижу каждой клеточкой своей чёрной души. Место, в которое хочу вернуться лишь для того, чтобы испепелить…

— О! Братец! Ты всё-таки пришёл! — раздается гнусавый голос из глотки, которую давно нужно было перебить.

Даже оборачиваться не нужно, чтобы узнать, кто к нам идёт. И узнаю Кьяра по одному лишь голосу не только я.

Лира подпрыгивает и напрягается до кончиков пальцев, которые секунду назад, спокойно лежа, грели мой локоть…

Лера:

Дворец воистину огромен и настолько красив, что дух захватывает. Но самое главное – эти белоснежные стены, красные купола, заснеженные сады с алыми розами, которые отчего-то не вянут – это шанс избежать слишком пристального внимания Хагана.

Отвлечься от мыслей о нём, которые пчелиным роем кружат голову, будто бы на свете нет ничего иного, о чём стоило бы подумать. Об искре, например. О том, как вести себя во дворце.

Пусть правила из книг казались простыми, проколоться я могу в любой момент. Или, что ещё хуже – выказать неуважение к правителю или его семье, и тогда помру на месте.

О таком исходе, конечно, не писалось на страницах книг, но учитывая местные нравы и наличие даже книги с инструкцией о том, что можно делать, а чего делать нельзя достопочтенной жене, я уже ничему не удивлюсь.

Надо собраться с мыслями, нужно быть начеку и не допустить ни одной ошибки, но поставьте рядом Хагана и его близость – это сбивает с толку.

Сотню раз в секунду хочу отдёрнуть руку, которую положила на сгиб его локтя. Мне приятно это касание, и это пугает. А ещё… пугает взгляд Хагана. Он изменился, и это порождает нелепые, ненужные надежды. Надо бы как-то от него отстраниться, чтобы разум начал наконец-то сосредотачиваться на главном.

— О! Братец! Ты всё-таки пришел! — раздаётся голос, и рука, дрогнув, тут же соскальзывает с локтя Хагана, а сам генерал награждает меня подозрительным взглядом моментом почерневших глаз.

Посмотрев в эти омуты, на секунду забываю обо всём, и даже не сразу соображаю, что тот, кто окликнул Хагана, уже подошёл — шаги утихли, а напряжение от чужого присутствия тут же наросло.

Оборачиваюсь в ту сторону, откуда ощущаю странную энергию, и вижу высокого широкоплечего блондина в голубом камзоле, расшитом золотыми узорами. Лицо строгое, подбородок квадратный, а брови и глаза тёмные.

Это и есть наследный принц – Кьяр Шэр?

Хаган оборачивается к брату, и воздух будто бы густеет. Напряжение можно резать ножом.

— Вижу дел во дворце стало мало, раз ответственные лица разгуливают средь белого дня, — замечает Хаган.

Голос его звучит спокойно, он выглядят хозяином положения, но угроза, исходящая от него, ощущается на коже.

— Ну что ты, дорогой брат. Я отложил все дела, чтобы встретить вас лично, — оголяет линию белоснежных зубов Кьяр, скорее скалясь, нежели улыбаясь.