— Не дай ему ступить на эту скользкую дорогу. Его руки уже и так по локоть в крови. Но убийство единокровного станет той самой чертой, после которой ему не вернуться в свет.

— Ваше Величество, позвольте попросить вас напомнить мне, за что Хаган так не любит Его Высочество кронпринца? — как можно мягче спрашиваю я.

— Я бы и сама хотела знать. Мальчишки. Они с детства устраивали соревнования друг с другом. Но когда мать Хагана наложила на себя руки, он настолько разозлился, что обратился в дракона и разнес полдворца, Лира! Ему было восемь лет, а он уже готов был убивать.

Кьяр остановил его. Если бы мой сын не вмешался, кто знает, сколько бы погибло людей, — тяжело вздыхает императрица.

— Значит, Хаган зол на то, что его остановили? — уточняю я.

Не верю в это, но все же надо дослушать до конца.

— Нет. У Хагана отняли ипостась. И в этом он винит брата, — выдаёт императрица, а у меня не то что мурашки, у меня сердце застывает.

А в голове проносится слова Жансу:

“Магесса, лишённая искры, точно так же, как и двуипостасный, лишённый зверя, не проживет и полугода”.

Как же тогда Хаган выжил?!

— Так ты поможешь, Лира? — вырывает из воспоминаний голос императрицы.

Она смотрит мне в глаза так трогательно, что сердце сжимается в ком. И всё же…

— Ваше Величество, я хочу помочь, но вряд ли смогу быть полезной.

— Разве? Ты смогла пробраться в сердце того, кто никогда не испытывал ни любви, ни жалости, ни сострадания. Хаган считал тебя чуть ли не порождением бездны, но при этом сколько раз он тебя спас, когда запросто мог дать умереть? — выдаёт императрица, и мое сердце забывает, как биться.

Откуда она знает о том, что Хаган меня спасал? Нет… то, что она сказала перед этим…

Боги, голова начинает кружиться. Нельзя показывать, что я взволнована.

— Боюсь, вы ошибаетесь, Ваше Величество. Я лишь игрушка в его руках.

— Надеюсь, что нет. Ведь если ты не сможешь наставить его на путь света, то уже никто не сможет. За его плечами огромная армия. Они пойдут за ним, а я не хочу крови. Но она польётся реками, если Хаган пересечёт черту, — говорит императрица, и как бы я ни хотела сказать, что это чушь, в учебнике писалось то же самое.

Убийство члена семьи ввергает душу во тьму, откуда уже не вернуться. Рождённый с драконьими глазами станет злее и беспощаднее, и уже ничто не сможет смягчить его сердце.

— Ты поможешь мне и нашему народу, Лира?

— Удержав Хагана от мести? — уточняю я.

— Именно. А ещё ты должна докладывать мне обо всем, что он делает. Мы обязаны быть предельно внимательны сейчас.

Докладывать… Шпионить. Она серьёзно?

— Лира…

— Я выполню ваш наказ безукоризненно, Ваше Величество, — отвечаю так, чтобы не накалять обстановку. — Буду докладывать о каждом шаге Хагана вам. Я всецело на вашей стороне!

— Чего и следовало ожидать от умной девушки, вроде тебя. Держи, — она протягивает мне золотую шпильку с голубым камнем. — Это артефакт. Магии в нем хватит, чтобы тайно отправлять мне письма на протяжении полугода.

А вот это уже хорошо. Артефакт — штука полезная, только вот я распоряжусь им иначе. Перелью магию в свое кольцо, а шпильку спрячу подальше. Вдруг эта штука способна шпионить.

— Спасибо, Ваше Величество.

— Надень шпильку и ступай с миром, дитя мое, — улыбается императрица, и я, поклонившись ещё раз, наконец-то, покидаю её особняк.

Выхожу наружу, холодный ветер бьет в лицо, но мне все ещё жарко от волнения. Всё, что сказала эта женщина, звучало логично, но седьмое чувство говорит, что здесь есть какой-то подвох. Какой именно?

Вот уж не думала, что все дойдёт до таких масштабов. Я всё ещё не смогла спасти саму себя, хотя прошло уже много времени, а теперь императрица говорит мне о том, что я не должна позволить Хагану ступить на путь зла.

“Спаситель или чума всему миру”, — пролетают в памяти слова из книги, и я ёжусь от страха, но тут же мотаю головой.

Если дело настолько серьёзно, то уже точно не мне его поручать. Что-то в этой истории не так. Но что?

Ещё эти слова императрицы. “Смогла пробраться в сердце того, кто не знал ни любви, ни жалости, ни сострадания”…

Фуф, хватит! Чур меня, чур! Не то с ума сойду!

Где вообще Мело? Пять минут как стою на пороге, а его все не видно. Зато служанки все на месте.

Они нервничают, когда я спрашиваю у них, куда делся мой сопровождающий, но всё же указывают путь. В считаные минуты мы приходим к другому, не менее величественному особняку, двери которого уже распахнуты.

— Входите, Ваше Высочество, — кланяется мне местная служанка в тёмно-бордовой форме, а я замечаю стражников у входа. Не нравится мне это. Похоже, на западню.

Но кому такое надо? Неважно. Драпать нужно! И срочно!

— Мне что-то дурно. Сопроводите меня к лекарю, — тут же нагло лгу, лишь бы сбежать, разворачиваюсь, чтобы уйти, однако натыкаюсь на высоченного блондина, в секунду загородившего собой путь — Кьяр!

— От меня дурно, дорогая?

От голоса Кьяра по телу пробегают мурашки. Достаточно неприятные мурашки, несмотря на то что сам кронпринц выглядит вполне дружелюбно. Точнее хочет таким казаться, но напряжение, исходящее от него, чувствуется.

— Приветствую вас вновь, Ваше Высочество, — решаю, что такое обращение и поклон будут лучше всего.

Я не знаю, как вела себя с ним настоящая Лира, но учитывая, что рядом есть глаза и уши – слуги и стража, – нужно придерживаться этой линии поведения.

— Теперь ты так ко мне обращаешься, — с долей огорчения отзывается Кьяр.

— Так положено, Ваше Высочество, — немного склонив голову, чтобы высказать почтение, сообщаю я.

На секунду мелькает мысль: стоит ли обратиться сейчас к нему за помощью по поводу искры. Хотелось бы, но мне нужен хоть что-то, чтобы понять, стоит ли ему доверять. Учитывая уровень ведения интриг императрицей, этот блондин тоже непрост. А значит… придётся пока придержать коней.

— Кого ты высматриваешь? — Кьяр замечает, как я осторожно оглядываюсь.

— Со мной был сопровождающий. Он куда-то ушёл, не предупредив.

— Это я его озадачил, чтобы он не путался под ногами. Давай выпьем чаю, Лира, и поговорим по душам, — выдает кронпринц, а внутри все сжимается.

Ноги прирастают к ступеням лестницы, мозг судорожно ищет повод отказать.

— Ты теперь меня избегаешь? Перешла на сторону Хагана? Думаешь, с ним тебе будет выгоднее? Он варвар, не забывай об этом, — пилит взглядом Кьяр, и вот теперь я точно хочу уйти.

Но за ужином мы снова встретимся, да и не только сегодня. Наши судьбы будут переплетаться вновь и вновь, потому что вендетта Хагана касается Кьяра. Поэтому генерал и потребовал меня. Чтобы насолить кронпринцу.

Лучше всего держаться подальше от этих двоих, но, увы, такой возможности сейчас нет.

— Отчего бы нам не выпить чая в павильоне? На Драконьем Пике всегда холодно, а здесь замечательная погода. Не хочется упускать такой шанс насладиться свежим воздухом, — решаю схитрить, но Кьяр мотает головой.

— То, что я хочу тебе сказать, Лира, не для посторонних ушей. Никому не стоит нас видеть.

Ага, а идти в покои кронпринца, будучи женой его брата, стоит? Да чего Кьяр вообще прицепился? И не пошлёшь ведь. Как минимум маменьке доложит, а как максимум… учудит чего-нибудь ещё. И что мне делать, как быть?

— Ваше Высочество, за мной наверняка следят. Встречу на виду я смогу объяснить, а вот встреча за закрытыми дверями, вызовет лишние вопросы. Я искренне не хочу, чтобы у вас были проблемы из-за меня.

— Мда, красиво говорить ты всегда умела, — кивает Кьяр, машет слугам, и они тотчас выносят на крыльцо два стула, столик и поднос с фарфоровым голубым чайником и чашками.

Вот так исправила ситуацию.

— Так лучше? — будто с издёвкой спрашивает кронпринц, а я уже начинаю молиться, чтобы он поскорее отстал. Но для виду киваю.

По безмолвному приказу кронпринца, отданному жестом, усаживаюсь на голубую подушку, поверх сидушки деревянного стула с высокой резной спинкой. Кьяр располагается напротив.