— Я всегда знала, что ты догадливая. Однако надеялась, что мы с тобой свидимся, когда все невзгоды останутся позади, но пришлось явиться раньше, — говорит она, поджав губы.

— Так это вы переместили меня в этот сериал? — кажется, я уже знаю ответ, но всё равно хочу услышать от неё.

— Какой же это сериал, Лера? Это мир. Такой же, как и твой. Я просто хотела подготовить тебя к его правилам. Не могла сказать открыто, ведь даже у богов есть правила, потому создала иллюзию. Надеялась, ты всё запомнишь…

Ага, под препаратами только и думаешь, что съел на завтрак герой какого-то фильма или что сказал проходной персонаж. Это шутка какая-то?

— Кажется, ты не рада моей помощи, — расстроенно добавляет Алиа. — Разве не ты молилась о втором шансе? О здоровье и счастливой жизни. Место подвернулось, и я дала его тебе.

Даже не знаю, что на это сказать. Да, я не умерла в своем мире, но здесь – каждый день борьба за выживание. Не знаешь, кто друг, а кто враг. И страшно… Постоянно страшно, потому что искра угасла, а день “Х” все ближе. Если я вообще до него доживу.

Какая-то безумная гонка, а не второй шанс.

— Хочешь вернуться в свой мир? — перебивает поток моих мыслей богиня.

— Разве это возможно? — Там я, скорее всего, уже умерла.

— Ты в коме. Но я могу тебя вернуть, а если выполнишь одно условие, то даже болезнь отступит от твоего тела.

— Правда? — внутри зарождается крохотное семя надежды.

— А ты действительно хочешь?

— Вернуться в понятный мне мир, где никто не хочет меня прибить и где я могу быть здоровой? Ещё как!

— И ни о чем не будешь жалеть?

Вопрос с подвохом.

Не буду лгать, несмотря на все испытания я привязалась к этому месту. Но если отмести чувства и посмотреть правде в глаза: тут я долго не протяну. Даже не так. Тут я вряд ли смогу жить спокойно и счастливо, будучи вечно втянутой в интриги и противостояние тех, с кем мне не совладать.

— Я бы с радостью переместила тебя в любое иное тело, но и у миров есть правила, которые даже богам нельзя нарушать. Тебе идеально подходило это тело, и ты заслуживала второй шанс, в отличие от прежней хозяйки. Более того, ты показалась мне той, кто может сделать этот мир лучше.

Хорошие слова, только я не то что мир, я даже свою жизнь улучшить пока не смогла.

— А тут ты ошибаешься. Ты до сих пор жива, более того, тебя защищает твой же враг. Хотя для этого и мне пришлось постараться, — как-то странно хихикает богиня.

— Что?

— Ты пока не понимаешь, но ты уже меняешь историю этого мира. Если бы Хаган убил Лиру, это очернило бы его душу и запустило бы необратимую цепочку событий. Ты ведь уже знаешь о легенде про рождённого с глазами дракона, — скорее не спрашивает, а заявляет она.

— Знаю. Согласно легенде это сильнейший из драконов. В отличие от своих сородичей, он способен не только менять форму, но и владеть магией. А ещё он может подчинить своей воле других драконов, если ступит на тёмный путь, — говорю я, надеясь ничего не упустить, и тут вспоминаю то, что должна была вспомнить ещё раньше.

— Императрица сказала, что у Хагана отняли ипостась!

— Это они так думают, — сообщает Алиа, — И наивно полагают, что обхитрили судьбу.

Вот значит, как? Поэтому никто ничего не предпринимает? Они уверены, что угроза миновала, а императрица нагло лгала мне, манипулировала!

— Зверя можно отнять у любого двуипостасного, кроме того, кто родился с глазами дракона. Он – иной. Но смертные этого не знают. Они думают, что Хаган выжил за счёт своей магии. Но на самом деле, эти дураки просто оглушили дракона на долгие годы. Они даже представления не имеют, что Хаган уже способен выполнить полоборота. Но полностью дракон отчнётся лишь тогда, когда его хозяин выберет путь.

По спине пробегают мурашки. Воздух в комнате будто холодеет. Даже изо рта выходит облачко пара.

— И чего вы хотите от меня? — сглатываю и смотрю на богиню.

Неспроста ведь она сейчас явилась и проводит ликбез.

— Грядет шторм, Лера. Большой шторм. Я не могу вмешиваться в материальный мир и играю лишь душами, оказавшимися на границе миров. Потому я очень надеюсь, что ты сможешь удержать Хагана от тьмы.

— Не думаю, что мне это по силам, — говорю искренне, однако, ловлю себя на том, что очень хочу, чтобы богиня сказала мне, что я ошиблась. Что на самом деле, я смогу… я что-то значу…

— Буря будет сильной, и даже я не вижу сейчас её исход. Но от себя могу подарить тебе это, — говорит богиня, раскрывая ладонь. Но она пуста. — Совет. Если откроешь свое сердце, то поймешь, почему я выбрала тебя. Вы с Хаганом похожи намного больше, чем тебе кажется. И какие бы тёмные времена тебя ни ждали, ты должна сделать как минимум одну вещь, если хочешь вернуться в свой мир. Доживи до девятнадцатого дня третьего месяца.

До девятнадцатого марта? Почти пятьдесят восемь дней. Почему именно такой срок?

— Что бы ни случилось, ты не должна пасть от руки Хагана, иначе то, что я хочу исправить, непременно случится. У меня один шанс. И я сделала ставку на тебя, Лера. Продержись до этого дня во что бы то ни стало, как ты делала это до сих пор, и тогда я дам тебе выбор. Захочешь вернуться в свой мир – будет сделано! Очнёшься в своём теле, и от него отступят болезни.

— Но вы сказали, что не вмешиваетесь… — ловлю несостыковку.

— Скоро в тебе проснется магия, ты сможешь унести её частицы в свой мир и это исцелит твоё тело. Главное, доживи до назначенной даты и запомни, наконец, главное правило.

Какое правило?

— Даже думать забудь о том, чтобы сказать хоть одной душе из этого мира, кто ты на самом деле такая.

— Что? — охаю я, ибо действительно думала об этом. — Почему?

— Пока твоя душа не коснулась грани миров, я не могла сказать открыто, но столько раз намекала тебе, что если в пчелиный улей закинуть муху, последствия будут ужасными.

— Я сейчас не совсем понимаю…

— Нельзя нарушать баланс. В этом мире есть Лира Шиен и только. Лера Амелина здесь никогда не рождалась, и её появление не должно оказать влияние на исход вплоть до ключевого дня, иначе баланс будет нарушен и случится большая беда.

— Что? — охаю я. — Разве о таком не говорят заранее? Я могла сотню раз проболтаться!

— Я говорила, иносказательно, много раз, — заверяет богиня.

Да уж. Сравнение с ульем очень доходчиво, не говоря обо всех её других метафорах в этом ключе, которые она бубнила, лежа на соседней койке. Я же её тогда почти не слушала, сознание было замутнено болью и лекарствами.

— Я неспроста тебя выбрала, Лера. Впредь будь очень осторожна, а мне пора уходить, — говорит богиня и исчезает в долю секунды.

— Стойте! — только и успеваю крикнуть в пустоту, ибо у меня осталась ещё куча вопросов.

Но богиня не возвращается, зато на полу я замечаю маленького паучка, который тут же убегает.

— Боги! — Подпрыгиваю от ужаса!

Ненавижу пауков… хотя.. это ведь не просто паук?

Это – богиня?!

— Госпожа, что случилось? — раздается голос за моей спиной, и принадлежит он, кажется, Мело.

Оборачиваюсь и убеждаюсь: на пороге комнаты стоит блондин в тёмно-сером камзоле, а рядом с ним и Жансу.

— Госпожа! — кидается ко мне брюнетка так, будто мы год не виделись.

Я тоже очень рада её видеть, но после разговора с Алией никак не могу прийти в себя.

Мело замечает мою бледность, хотя он и сам похож на белый лист. Уже не такой бравый защитник Хагана, который когда-то грозился прибить меня, если решу предать его господина.

— Госпожа, простите. Меня отвлекли на долю секунды, а потом связали. Я не должен был допустить того, чтобы вы оказались в опасности, — выдает он вполне искренне, однако все время умудряется поглядывать на Жансу, которая уже принялась осматривать новые владения и скидывать простыни с мебели.

— Жансу не в курсе о случившемся?

— Нет.

— Пусть так и остаётся, — решаю я, а затем добавляю. — Решишь её обмануть или воткнуть ей нож сердце, я воткну нож первая. В тебя.